Дух демона - Роберт Энтони Сальваторе

— Где ты? — телепатически спросил Джоджонах. — В Санта-Мир-Абель?

Магистр Джоджонах, умоляю вас! Вы должны меня слышать! Юсеф и Данделион не вернулись вместе с караваном!

Контакт становился все слабее. Джоджонах понимал: Браумин устает. Затем связь резко оборвалась, и он испугался, что, должно быть, Маркворт или Фрэнсис каким-то образом подслушали сообщение Браумина.

Если это действительно был Браумин, — напомнил себе Джоджонах. Может, все это — бред, вызванный его лихорадкой?

— Они еще не знают, — прошептал затем магистр, ибо только сейчас до него дошло, что в сообщении Браумина ничего не говорилось о Добринионе. Кряхтя, Джоджонах выбрался из постели и, стараясь ступать тихо, побрел в общую комнату. В темноте он чуть не споткнулся о хозяйку. Уступив магистру свою кровать, та спала на полу в общей комнате, подстелив несколько одеял. Магистру не хотелось будить добрую женщину, но одну вещь он должен был выяснить прямо сейчас.

— Где возница? — спросил он. — Он ночует здесь или где-нибудь в другом доме?

— Здесь, где же еще, — ответила женщина, стараясь говорить как можно любезнее. — Спит вместе с моими мальчишками. В тесноте, да не в обиде, как у нас говорят.

— Пойди и разбуди его, — велел магистр Джоджонах.

— Как скажете, святой отец, — ответила хозяйка.

Она вылезла из-под одеял и ощупью куда-то побрела.

Вскоре женщина вернулась вместе с заспанным возницей.

— Вам бы спать да спать, — зевая, проговорил парень. — Час-то совсем поздний. Еще простынете.

— Я забыл у тебя кое-что спросить, — махнув рукой, объяснил ему Джоджонах. — Когда убили настоятеля Добриниона, где находился караван из Санта-Мир-Абель?

Парень удивленно вскинул голову.

— Ты ведь наверняка знаешь, что монахи из моего монастыря находились у вас в Сент-Прешес, — не унимался Джоджонах.

— Находились — это еще мягко сказано, — презрительно усмехнулся возница. — Столько бед понатворили.

— Это верно, — согласился Джоджонах. — Но где они были, когда поври убил настоятеля Добриниона?

— Уехали.

— Из города?

— Выехали через северные ворота, хотя я слыхал, что они пересекли пролив, и совсем даже не на пароме, — ответил возница. — Настоятеля убили дня через полтора после их отъезда.

Магистр Джоджонах отпрянул назад, ущипнув себя за подбородок. Кучер стал говорить что-то еще, но Джоджонах лишь махнул рукой.

— Ложитесь, — сказал он парню и хозяйке. — И я пойду лягу.

После этого магистр долго лежал с открытыми глазами не в состоянии уснуть. Теперь он не сомневался, что контакт с Браумином не привиделся ему в горячечном сне. Магистру было о чем подумать. В отличие от Браумина, он не боялся, что Юсеф и Данделион посланы для расправы с ним. Маркворт был слишком близок к своей цели (по крайней мере, этому одержимому старику так могло казаться), чтобы заставлять убийц делать крюк. Нет, убив Добриниона, те отправились прямо на север, на поиски камней. В Палмарисе эти двое задержались лишь ненадолго — ровно настолько, чтобы устранить одну небольшую помеху на пути Маркворта.

Магистр Джоджонах подбежал к одному из окон комнаты, отодвинул ставни и раскрыл створки окна. Его вытошнило прямо на траву, росшую под окном. Тошнотворной была сама мысль, что отец-настоятель приказал уничтожить другого настоятеля!

Уму непостижимо! Но каждая мелочь, встававшая в памяти Джоджонаха, подтверждала, что все действия Маркворта вели именно к этому. И все-таки, может, своими суждениями он сгущает краски? — задавался вопросом Джоджонах. Но ведь Браумин не лгал: Юсеф и Данделион не вернулись вместе с караваном!

Браумин еще не знает, что настоятель Добринион встретил свой безвременный конец.

Магистру Джоджонаху искренне хотелось надеяться, что он все же ошибается, что у него разыгралось бредовое, горячечное воображение. Он хотел надеяться, что глава Абеликанского ордена не мог решиться на подобное. И в этом водовороте мыслей ясным для Джоджонаха было только одно: ему теперь незачем ехать в Урсал. Надо возвращаться в Санта-Мир-Абель.

Наконец все двести беженцев двинулись в путь, обойдя стороной Ландсдаун и Кертинеллу. Элбрайн постоянно отправлял вперед разведчиков и держал наготове отряд из сорока лучших бойцов. Из общего числа беженцев лишь меньше половины были способны в случае чего взяться за оружие. Остальные были слишком стары, малы или немощны, чтобы сражаться. Правда, стараниями Пони и при помощи ее драгоценного камня никто особо сильно не хворал.

Засевшие в двух городах поври даже не пытались напасть на караван беженцев. К вечеру пятого дня люди одолели почти половину расстояния до Палмариса.

— Всего в миле отсюда — крестьянский дом с амбаром, — сообщил Элбрайну вернувшийся из разведки Роджер. — Все строения целы, и я даже слышал кудахтанье кур.

От одной мысли о свежих яйцах беженцы, слышавшие эти слова, вздохнули и зачмокали губами.

— А самих кур ты видел? — недоверчиво спросил Элбрайн.

— Во дворе — нет, — ответил парень, несколько сконфуженный собственной недогадливостью; ведь мог же он разузнать все поподробнее. — Но я там не задерживался, — поспешно добавил он. — Если бы я там замешкался, ты бы все равно туда отправился и мог бы оказаться под прицелом тварей, если они скрываются внутри.

Элбрайн с улыбкой кивнул.

— Ты правильно поступил, — сказал он. — Теперь оставайся здесь и наблюдай за обстановкой, а мы с Пони съездим туда и разузнаем, что к чему.

Роджер кивнул и помог Пони усесться на коня позади Элбрайна.

— Поставьте дозорных по границам лагеря, особенно с северной стороны, — велел парню Элбрайн. — Разыщи Джуравиля и скажи ему, где нас искать.

Роджер молча выслушал приказания, кивнул в ответ и легонько шлепнул Дара по крупу. Конь поскакал к постройкам, а Роджер отправился готовить лагерь к обороне.

Разыскать постройки не составило труда. Теперь настал черед Пони. Воспользовавшись камнем, она вышла из тела и осмотрела вначале амбар, а затем и сам дом.

— В доме хозяйничают поври, — объявила она, проведя разведку. — Трое. Один из них спит в задней комнате. В амбаре — гоблины, но все какие-то вялые и ленивые.

Элбрайн прикрыл глаза, погружаясь в состояние глубокого спокойствия и почти зримо переходя в свое второе «я» — воина, воспитанного и обученного эльфами. Слева от амбара он заметил несколько деревьев. Элбрайн спрыгнул с коня и помог слезть Пони. Оставив Дара здесь, они осторожно двинулись под тень деревьев. Дальнейший путь Элбрайн проделал один. Прячась за пнями, потом за корытом с водой, он приблизился к дому. Вскоре он достиг стены, оказавшись рядом с окном. В руке он держал лук. Осмотревшись и затем взглянув туда, где осталась Пони, он кивнул ей и приладил стрелу.