Пари на пятьдесят золотых - Тата Орлова

Дом старого слуги находился на самой окраине города. Приземистый, начавший уходить в землю дом и небольшой огород, с которого, похоже, старик и кормился. Дальше только глубокий овраг и подступавший к самому обрыву лес.

Была еще и дорога, королевский тракт, который вел в столицу, но это немного в стороне – слышно, но не видно.

Благодаря Эдгару место это Алекс знал довольно неплохо. Оба заканчивали Бессольскую академию, так что возможность изучить окрестности у них имелась.

Хорошие времена были. Проказливые и беспечные, несмотря на все усилия, которые приходилось прилагать, чтобы считаться если и не самыми лучшими студиозусами, то хотя бы одними из первых.

– Достался дом ему от родителей, – тем временем продолжал свой рассказ Абигор. Не по необходимости – подробности ни его, ни Херлифа не интересовали, но ожидание удовольствия не доставляло, потому и коротали его за разговором. – До имения графа отсюда минут тридцать верхом. Если будет необходимо…

– А ты давно здесь? – довольно невежливо перебил его Алекс. Спрашивал у Херлифа, который в Бессоле был, похоже, едва ли не своим.

– А вот как сына на службу отдал, так сюда и перебрался, – угрюмо ответил Первый воин. – Там меня больше ничего не держало.

– А здесь? – грубовато поинтересовался Абигор, но дожидаться ответа не стал, задав вопрос: – Мишель – наследница?

Алекс не сдержал ухмылки. Чем занимался при Повелителе Восьмой воин, Херлиф поведал еще до того, как они перебрались в Бессоль. Разведка. Глаза и уши.

Почему появился в их мире сам, не отправив кого-нибудь не столь облеченного властью и ответственностью, тоже было понятно. Уж лучше посмотреть самому, когда тут такие дела творятся, чем узнавать с чужих слов.

– Да кто ж теперь разберет, – флегматично отозвался Херлиф, бросив на Алекса предупреждающий взгляд. И не важно, что темно, маги они или кто. – Повелитель принял силу и прошел обряд.

– А как получилось, что ты – Ночной, а он – Зимний? – посмотрев, как стекают по висевшему над ними щиту ставшие редкими капли, безразличным тоном спросил он у Херлифа.

– А это мамочка его постаралась! – неприязненно буркнул Первый. – Наши женщины никогда не упустят своего, а эта всем фору даст.

– Она лишь показала, что не стоит ее недооценивать, – утробно засмеялся Абигор, давая понять, что эта тема доставляет ему удовольствие. – Представляешь, – обратился он к Алексу, – матушка дождалась, когда отец вынужден был ее покинуть, и только тогда родила меня. Херлиф вернулся, когда я был уже предназначен зимнему.

– Ты мог быть свободным, – безразлично заметил Херлиф.

– Эта свобода много тебе дала? – без малейшего намека на эмоции огрызнулся Абигор.

– Дождь закончился, – спокойно произнес Алекс и снова поймал себя на ощущении нереальности происходившего.

Он и Черные! Дружеской их беседу назвать было трудно, но и врагами эти двое уже не были.

– Закончился, – подтвердил Херлиф, но убирать щит не торопился. Стояли они под деревом, вновь оказаться мокрым от первого же порыва ветра никому не хотелось.

– Значит, наследница Мишель или нет, ты не знаешь? – вновь полюбопытствовал Абигор.

– А это так важно? – посчитал нужным спросить Алекс.

Смески деркари в их мире встречались. Не сказать, что много, но были. Более того, в родословной каждого сильного мага можно было найти кровь Нижнего мира.

Затесались деркари не только среди людей. Как бы ни кичились чистотой своего происхождения элианы, а тоже не избежали смешения с теми, кого сейчас называли тварями.

– Теперь уже нет, – понимающе осклабился Абигор, – а на будущее…

– Выходят, – остановил его Алекс и свистнул, привлекая внимание Эдгара, Агжея и Крайна, стоявших с другой стороны дома.

– Вижу, – кивнул Абигор. Развеял щит, сбросив висевшие над ними капли в траву, и первым направился к дорожке, на которую вышли Мишель и Марк.

Алекс, опередив Херлифа, поспешил за ним. В каком смятении находилась Мишель, чувствовал даже на таком расстоянии.

– Совпало? – Абигор излишней сентиментальностью не страдал, так что спросил довольно-таки грубо.

– Да, – положив руку на плечо Мишель, дрожавшей то ли от прохлады, то ли от переживаний, подтвердил Марк. – Сэссиль Шорез, жена графа Ярого, и Вивьен Коро – одно лицо. В том, что она – сильный заклинатель, тоже нет сомнений. Как и в способностях ее дочери.

– Ее и Сабьена де Борея, – сглотнув, добавила Мишель. Посмотрела на Эдгара. – Извините, ваша светлость, но все, что происходит сейчас, – месть обиженной женщины. Вам и вашему отцу.

– Не только, – тяжело вздохнул Марк. Оглянулся на дом, из которого они только что вышли.

Алекс невольно посмотрел туда же, поймав себя на ощущении, что хочет сорваться и разнести все. В пыль! Чтобы и следа не осталось.

– Уверен, что об этом стоит говорить здесь? – отвлек его Крайн. – Мы могли бы вернуться.

– Здесь и сейчас, – остановил де Ашкера Марк. – И на то есть серьезные основания, – добавил он, чуть смягчив интонации. – Мишель, ты должен кое о чем узнать.

– Подожди! – перебил его Алекс, давая передышку. Не себе – едва стоявшей на ногах Мишель. – Во время дуэли герцог де Борей находился под принуждением?

Марк задумался лишь на мгновение, а потом кивнул:

– И не только он, но и Безами. Более того, этот под принуждением до сих пор.

– Даже так! – резко выдохнул де Ашкер. – Но ведь это…

Близкий родственник короля, обладавший даром контроля разума, привязанный к сильному заклинателю…

Даже мысль о такой возможности вызывала ярость. Что уж говорить о самом факте.

– Нужны доказательства. – Голос Эдгара не дрогнул, но Алекс мог представить, чего это тому стоило. Сам едва сдерживал рвущийся наружу гнев.

– Из доказательств только граф Ярый, – произнес он, мысленно пробегая по тому, что им было известно.

Прав был де Корсото – зачем им заговор против короля, когда был свободен другой, возможно, не менее лакомый трон. С помощью Безами подчинить себе Мишель, сделав ее ярдари Ночных, и править за ее спиной.