Пираты Черных гор - Гарри Тертлдав

– Вы пытаетесь оправдать то, что хотите так или иначе сделать, потому что вы не любите принца Всеволода, – сказал Белойец. – Вы просите меня предать моего друга и покровителя, ради которого я отправился в изгнание.

Это заставило Граса снова недовольно заворчать. Белойец был прав – король Аворниса не любил Всеволода. Впрочем, он был не одинок в своем чувстве. Король со вздохом сказал:

– Ладно, ваше превосходительство, я не стану просить вас делать что-то, что идет против вашей совести. И все-таки вам следует подумать, что хорошо для вас, а что – для Нишеватца.

– И для Нишеватца, и для меня принц Всеволод, – лучше.

Белойец поклонился и вышел.

Услышав ругательства, которые проворчал Грас, его охранники широко раскрыли рты. Он говорил слова и похуже, когда был капитаном речной галеры, но с тех пор как надел корону, казалось, просто забыл их.

Итак, Белойец все расскажет Всеволоду, и тот закатит истерику. У Граса начинала болеть голова от одной мысли об этом.

Но Всеволод не пришел побеспокоить его, он даже не попался ему на глаза. В свою очередь, король не спрашивал, куда подевался черногорский правитель. Ему было все равно.

Прошла неделя. Один из аворнийцев, охранявших Всеволода и его свиту, явился к Грасу.

– Ваше величество, я думаю, вам лучше пойти повидаться с принцем.

– Зачем?

Таким тоном мог сказать ребенок, которому не хотелось умываться.

– Он... не совсем здоров.

– О-о. – Грас сделал кислую мину.

Он направился в палатку к принцу в сопровождении охраны, так как предположил, что его ждет более чем прохладный прием. Наверняка Белойец рассказал другим черногорцам из окружения Всеволода о предложении короля. Им также может не понравиться эта идея и, как следствие, он сам.

Его встретил Белойец вместе с тремя другими черногорскими дворянами-беженцами.

Итак, вам уже сообщили, – сказал Белойец.

– Да, ваше превосходительство. Как его высочество себя чувствует?

– Его состояние не меняется с тех пор, как это случилось.

Грас кивнул, как будто он понимал, что имеет в виду черногорец. Белойец продолжал:

– Полагаю, вы хотите его видеть.

– Да, и поэтому я здесь, – снова кивнул король.

Белойец и другие изгнанники отошли в сторону, безропотно пропуская Граса и его людей. Странно... Всеволод тоже надоел им? Если так, почему Белойец отказался занять его место? В таком случае он ведет себя противоречиво.

Но как только Грас бросил взгляд на Всеволода... Принц Нишеватца лежал на походной кровати, очень похожей на ту, которая имелась у короля Аворниса. Он узнал посетителя, король понял это по движению глаз – или, точнее, правого глаза, потому что левый был почти закрыт. Левый угол рта скривился в застывшей недовольной гримасе, да и вся левая половина его лица была неподвижной. Всеволод поднял правую руку, чтобы погрозить пальцем Грасу. Левая сторона его тела была больше не подконтрольна его воле.

Он попытался заговорить – и речь оказалась бессвязной. Грас даже не смог определить, на каком языке Всеволод пытался с ним заговорить, черногорском или аворнийском. Один из телохранителей короля прошептал:

– Спасите меня боги от такой участи.

Граса охраняли молодые и энергичные солдаты, он тоже оставался полон энергии, несмотря на годы. Время от времени тело напоминало ему о том, что оно не вечно. Но такое... Он поежился. Это было все равно что смотреть на ожившую смерть. Парень прав, по сравнению с параличом просто свалиться замертво было благом.

– Спасите меня боги... – И Грас поспешно покинул палатку.

– Когда это случилось? – спросил он Белойеца.

– После того как я рассказал ему, что вы хотели от меня. – Черногорец вздохнул. – Он рассердился, как вы могли догадаться. По правде говоря, он был в ярости. И вдруг, когда он проклинал меня, он сказал, что голова болит так, что готова разорваться. И он упал, и стал таким... как сейчас... с тех пор.

К нему приходил лекарь? – спросил Грас.

– Да, – кивнул Белойец. – Он сказал, что ничего не может сделать. Он также сказал, что принц – старый человек, и это могло случиться в любое время. Это могло... да.

Он говорил так, как будто не верил своим словам. И он ни в чем не обвинил Граса. Король был благодарен ему за это.

– Я пришлю своего главного волшебника, – предложил Грас. – Я не знаю, насколько он может помочь, но стоит попробовать, а?

– Спасибо... – Теперь пришла очередь удивляться Белойецу. – Если бы я думал, что вы скажете это, я бы пришел к вам раньше. Я думал, вы скажете, пусть он мучается. Пусть он умрет.

– Клянусь богами на небесах, Белойец, я бы не пожелал такой участи для Всеволода. Я бы никому такого не пожелал!

Король послал одного из своих телохранителей за Птероклсом. Волшебник пришел к палатке принца спустя несколько минут. Выслушав Граса, он спросил:

– Вы хотите, чтобы я вылечил его? Я не знаю, смогу ли я что-нибудь сделать.

– Постарайся. – Грас с надеждой смотрел на него. – Как бы там ни было, я не думаю, что ты повредишь ему. – Он повернулся к Белойецу. – Если ты не согласен, скажи.

– Нет, я не буду. – Черногорец покачал головой. – Я скажу спасибо. Я скажу: пусть боги будут с вами.

Птероклс скрылся в палатке принца. Спустя некоторое время раздался крик Всеволода, больше похожий на мычание. Затем колдун начал произносить заклинание, и постепенно ритм его менялся.

Когда Птероклс вышел из палатки, его лицо было печальным.

– Что-нибудь получилось? – Грас вопрошающе уставился на него.

– Не так много, как мне бы хотелось, – ответил волшебник. – Что-то... нарушилось у него в голове. Я не знаю, как исправить это. Заклинание, которое я использовал, облегчит его состояние, но это все, что в моих силах.

– Даже это лучше, чем ничего. – И Белойец низко поклонился волшебнику. – Спасибо.

– Я не сделал ничего такого, чтобы заслужить вашу благодарность. – Он тоже поклонился и ушел, бормоча что-то себе под нос.

Грас и Белойец переглянулись. Спустя мгновение король кивнул:

– Ты ведь знаешь, о чем я хочу спросить...

– Да. – Белойец выглядел еще более несчастным, чем Птероклс – Это заставляет меня чувствовать себя белой вороной.

– Я понимаю твои чувства и уважаю их, – проговорил Грас – Но ты не смеешь утверждать, что это не нужно. Нишеватц не может оставаться без правителя. Кто лучше тебя?

– Всеволод, – сразу же ответил дворянин.

– Я уже сказал тебе «нет», и ты меня убеждал в обратном. Сейчас ты не можешь так же легко повторить это.