Срывая маски - Николай Метельский

— В этой стране хозяева Слуг отправляют кого-то из своих вместе с кандидатами на Герб. Насколько я знаю, в других странах… как минимум в части из них, само задание лишь формальность. Всё оговаривается заранее. У нас же не так. Задание действительно должно быть сложным, и член Рода является гарантией этого. Вроде как если кто-то кого-то решил надуть, а потом это вскроется, позор падёт на обе стороны, и аристо не смогут отговориться, что Слуги их обманули, и просто выкинуть их из Рода.

— Понятно, — произнёс задумчиво Мартин.

— А это ничего, что ты отправишься с нами не один, а чуть ли не с третью всех наших сил?

— А я не собираюсь сразу принимать всех своих людей в Род. Для начала лишь небольшую часть. Все остальные будут либо сотрудниками Шидотэмору, либо вольными стрелками.

— Но ведь это ты хозяин Шидотэмору, — заметил Август.

— Юридически я лишь владею частью акций, — пожал я плечами. — Да и не оговаривается этот момент в ритуале. Главное, чтобы моих сил было меньше, чем ваших. Чем меньше, тем лучше. Аматэру-сан в любом случае обо всём договорилась бы. К тому же, с учётом сложности нашей задачи, вряд ли кто-то будет против.

— А малайцы? — спросил Джернот. — Не будет ли нам сложнее, учитывая, что нападут на них уже не обычные простолюдины, а по факту — Слуги аристократов?

— Герр Шмитт, — улыбнулся я ему. — Просто поставьте себя на место малайского короля. К вам приходит кучка боевиков, будете вы поднимать кипеш на всю страну?

— Конечно… Стоп, — замолчал он.

— Кланы он трогать не будет, — произнёс Клаус. — Англичан тем более. А остальное и так по плану.

— Чуть труднее будет, — заметил Мориц, — но в пределах запланированного.

— Кстати, — вспомнил я ещё один момент. — Род Аматэру выйдет из клана. Об этом, понятное дело, вы должны молчать.

— Но… — удивился Мартин. В общем-то, удивились все, но голос подал именно он. — Но зачем? Это же… — растерялся он.

— Это ведь из-за тебя? — спросил Джернот.

— Да, — кивнул я. — Я еще не отказался от мысли организовать свой клан.

— Ты просто… — запнулся Август. — Просто безумец.

— Но безумец пробивной, — заметил Джернот. — Меньшего я от тебя и не ожидал.

* * *

— Что? — Кента буквально очумел от услышанной новости. — Ты совсем на старости лет рехнулась?

— Это надо было сделать давно, — пожала плечами Атарашики. — Клан годами притеснял мой Род.

— Точно рехнулась… — покачал он головой. — Да мы с тебя пылинки сдували.

— Я не обвиняю тебя. Не в этом, — произнесла она спокойно. — Честно говоря, я и сама не верю, что ты действовал специально. Но год за годом, десятилетие за десятилетием клан отодвигал мой Род всё дальше и дальше.

— Назови хоть один факт этого! — рассердился Кента.

— Ты серьёзно? — приподняла брови Атарашки. — Изволь. Я не стану упоминать случай с кольцом…

— Акено погорячился, — отозвался он тут же. — И я извинялся за него.

— Думаешь, мне от этого легче? — усмехнулась она. — Да и извинился ты лишь после спасения внучки. Но, как я и сказала — не будем об этом. Давай вспомним… ну скажем… "Бунден".

— Какой ещё "Бунден"? — нахмурился Кента.

— Театр "Бунден". Тот самый, который я хотела организовать всего пару лет назад. На пару с… кем?

— Нибори… — пробормотал Кента.

— И ведь организовала, что самое интересное. И кому он сейчас принадлежит? Молчишь? Ну конечно, невместно женщине заниматься такими делами. Вот тебе пятнадцать процентов, и больше не лезь сюда.

— Я… — пытался подобрать слова Кента.

— Ладно. Предположим, что ты не знал. Хотя какая мне разница? Но ладно, пусть так. Тогда давай вспомним историю трёхлетней давности. Я тогда организовала шикарное мероприятие. Императора пригласила. И всё ради одного-единственного артефакта, который должен был помочь моей родственнице. Я была в шаге от удачи. И? Где тот артефакт? Хотя, наверное, лучше сказать, почему после того вечера получили выгоду все, кроме меня? Каждый поимел хоть что-то. Но только не я. А ведь я предупреждала тебя, просила помочь. Но когда всё это клановое шакальё налетело в поисках своей выгоды и поломало мне всё, что можно, что ты сказал?

— Выгода для клана… — попытался ответить Кента.

— А я, значит, не клан?! — спросила зло Атарашики, но тут же взяла себя в руки и продолжила: — Четыре года назад я попыталась работать за границей. Раз уж мне здесь не дают. Напомни мне, кто из наших приобрёл в то время рудники в России? Опять молчишь? Так я напомню — некий Род Бунъя. Ведь у них так много голодных ртов, а я одна, и мне всё равно скоро помирать.

— Я не говорил такого, — произнёс Кента.

— Но услышала я именно это. Пять лет назад… Хотя ладно. И этого хватит. Ты даже не дал Герб семье Кадзухиса, — отвернулась она.

— Я не мог. Их отец несомненно заслуживал Герб, но его дети…

— Ты мог это сделать, — лениво махнула она рукой. — Их отец заработал им Герб.

— Отец, но не они! Те же Сакураи — отличный пример того, что бывает, если давать Герб незаслуженно. В кои-то веки пошёл на поводу и выполнил просьбу, и что?

— Ты знаешь, я не люблю семейство Сакурай, — произнесла она. — Ещё один момент, кстати, когда на моё мнение наплевали. В общем, я не люблю их, но я считаю, что именно дав им Герб, ты показал себя с лучшей стороны. Именно так действует глава клана. Именно ради этого клан и существует. Взаимовыручка, Кента. Без неё никуда. Кем бы ты был, не дав Герб лучшему другу собственного сына, который к тому же спас Кагами и твою нерождённую ещё внучку? Но даже этот случай ты записываешь в свои промахи. Клан, который меня ни во что не ставит и только наживается на мне. Глава клана, у которого непонятно что на уме. Я не желаю здесь быть. Хватит с меня.

— Я не могу отпустить тебя, — сгорбился Кента. — Ты слишком важна для клана.

— Пф, тоже мне, нашли дойную корову. И ты не прав, Кен-тян, всё совсем наоборот — ты не можешь удержать меня. Не в твоих это силах. Я — Аматэру! И в мире эта фамилия ещё кое-что значит. Так что давай решать. Расстаёмся тихо-мирно или с криками и воплями?

— Я… Мне… — пытался найти выход из ситуации Кента.

— Цените моё великодушие, Кояма-сан. В счёт тех веков, что мы были рядом. Я, по крайней мере, даю вам выбор.

* * *

Само собой, Шмиттам понадобилась пауза — подумать. Не могли они взять и принять решение по такому важному вопросу в тот же вечер. Но какого-то неприятия я у них не заметил. Да, они были задумчивы, но в основном бомбардировали меня уточняющими вопросами. То есть про себя, скорее всего, были готовы, но и просто махнуть рукой и согласиться тоже не могли.

Следующие пару дней прошли на удивление спокойно. Я ходил в школу, искал подарок на день рождения Мизуки, разгребал нудные, но тем не менее важные дела, работая в основном с бумагами. Понаблюдал разок, как Атарашики строит моих горе-родителей. Те даже пикнуть боялись, только кивали и подписывали нужные бумаги, которых оказалось несколько больше, чем я полагал.