Блуждающий Трактир - pirateaba

Эрин кивнула, и теперь она выглядела… печальной. Крайне печальной.

— Я всё время расспрашивала Уэсли – [Стражника] – о нём. Сначала ничего не было слышно. Но… на днях он сказал мне, что на дороге на людей нападает скелет. Он убил кучу путников и закопал их в снегу. Группа авантюристов чуть не погибла от его рук, а потом они нашли всех мертвецов. Больше двадцати.

Все четверо разумных в помещении уставились на Фишеса. Защищаясь, он вскинул руки.

— Я не приказывал ему это делать!

— Тогда, что, чёрт возьми, произошло?!

Церия встала со своего стула. Она указала пальцем на Фишеса, который вздрогнул.

— Это точно похоже на то, что твоё заклинание дало сбой! Торен как-то потерял контроль? Почему он начал убивать людей?

— Я не знаю. У меня есть идея, но…

— Это еще не всё.

Эрин прервала их. Авантюристы уставились на неё. Девушка смотрела на них в темноте, её лицо освещали лишь несколько свечей, слабо горевших в трактире.

— Есть ещё кое-что. Из Эстхельма только недавно пришло много сообщений.

Йивлон зашевелилась на своём месте, выглядя растерянной.

— Эстхельм? Я думала, он был уничтожен.

Эрин кивнула.

— Так и было. Но, видимо, кучка людей выжила. Им удалось вернуть город… они отбились от другой армии гоблинов и кучи нежити. Очевидно, гоблинская армия подошла как раз в тот момент, когда все мертвецы в городе начали подниматься. А во главе мертвецов стоял скелет. Скелет, который мог сражаться как фехтовальщик и у которого были фиолетовые глаза.

Фишес застыл на своём месте. Церия уставилась на него, но Эрин не смотрела ни на одного из них.

— Людьми, по всей видимости, руководил тот [Рыцарь]. Он их спас. Все о нём говорят. Спаситель Эстхельма. Авантюрист Золотого ранга по имени Йилавес Байрес.

Йивлон застыла на своём месте, широко распахнув глаза. Церия перевела взгляд на неё.

— Это твой родственник, Йивлон?

Полуэльфийка смутно помнила это имя. Откуда? Затем Церия вспомнила.

Яма. Яма безумия. Йивлон как-то утверждала, что она Йилавес. Теперь женщина закрыла глаза. Открыв их, она горько улыбнулась.

— Я знаю Йилавеса. Он мой старший брат. Должно быть, он отправился на юг, чтобы со мной повидаться. Обычно он работает далеко на севере, в районе наших родовых поместий.

Все уставились на Йивлон. Она лишь устало пожала плечами.

— Удивлены? Я всего лишь Серебряный ранг, но мой брат довольно известен на севере. Его команда – Серебряные Мечи – часто берётся за такие дела, как это. Эстхельм – ещё один его триумф.

— Я слышала о Серебряных Мечах.

Не то чтобы Церия знала все команды авантюристов наизусть, но те, что были Золотого ранга, обычно запоминались. Но она никогда не знала, что у Йивлон есть брат. Впрочем, она никогда и не спрашивала. Это было, мягко говоря, удивительное открытие, но Йивлон, похоже, в данный момент не хотела говорить о своём брате. Воительница посмотрела на Эрин.

— Оставим в стороне моего брата… ты сказала, что Торена заметили в Эстхельме?

Эрин несчастно кивнула.

— Да. Во главе нежити. Они убили много людей. Нападавших гоблинов тоже, но много людей. Это точно был он.

Девушка беспомощно посмотрела на Фишеса.

— Почему он это сделал? Почему он убежал и…

Все взгляды были устремлены на мага. Он заёрзал на своём стуле, выглядя неловко. Юноша дважды бросил взгляд на Церию, но затем вздохнул и выпрямился.

— На ум приходят многочисленные теории. Его могли взять под контроль или он мог просто разбушеваться, если мои заклинания дали сбой. Однако оба варианта крайне маловероятны. Моя лучшая теория заключается в том, что он просто… стал слишком сильным, чтобы ваши приказы могли его контролировать. И он решил идти своим путём.

— Как? — резко спросила Церия.

Она пялилась на Фишеса, и её сердце забилось быстрее.

— Торен – всего лишь скелет, разве нет?

Полуэльфийка вспомнила взгляд скелета, в котором был почти виден интеллект. Взгляд которого был почти живым. Фишес помедлил.

— Возможно, у него развилась способность мыслить.

— У Торена?

Эрин была в неверии. Йивлон тоже. Ксмвр просто молча смотрел на Фишеса, когда маг кивнул.

— Это могло случиться. Ревенанты сохраняют личность своих прежних сущностей. Торен, разумеется, не ревенант, но он мог обрести… способность мыслить.

— Обрести.

Это слово тяжело слетело с её языка. Церия не могла отвести взгляда от Фишеса.

— Ты продолжаешь использовать такие слова. Обрести. Развилась. Но нежить не может развиваться. Они не живые. Они не могут измениться, если только их каким-то образом не изменит [Некромант]. Они на такое не способны. Если только они не могут повышать уровень.

Фишес смотрел сквозь Церию. Безмолвно. Неподвижно. Пульс Церии отдавался громом в её ушах. Она вспомнила прошлое. Она вспомнила Вистрам и озвучила свои страхи:

— Торен не мог измениться. Если только ты всё же этого не сделал. Ты действительно это сделал. Ты дал ему, нежити, способность к повышению уровня.

Глаза Эрин на другом конце стола широко распахнулись. Йивлон выпрямилась, и даже Ксмвр был потрясён. Церия продолжала пялиться на Фишеса. Он смотрел вперёд, лицо его не выражало никаких эмоций. Затем, медленно, каменный фасад треснул. Его губы изогнулись. Он посмотрел на Церию.

И улыбнулся.

— Ах ты ублюдок!

Церия вскочила со стула. Она выбила Фишеса с его сиденья и повалила на пол. Он задыхался, когда полуэльфийка обхватила его руками за горло, пытаясь задушить. Церия почувствовала, как юноша оттолкнул её руки прочь, отступая назад, говоря быстро, торопливо:

— Я не знал, что он обретёт разум! Его способность повышать уровень была лишь особенностью, не более того!

— Ты знал! Ты дал Эрин нежить, которая может повышать уровень! Ты с ума сошёл?!

Церия преследовала Фишеса, готовая вышибить ему мозги. К её удивлению, её схватили руки. Ксмвр использовал три своих руки, чтобы её удержать, а за другую руку схватилась Йивлон. Эрин просто сидела за столом, выглядя опустошённой и потрясённой.

— Йивлон!

— Успокойся, Церия. Нам нужно знать, что сделал Фишес, прежде чем ты изобьёшь его до полусмерти.

Взгляд женщины ясно говорил, что избиение будет в любом случае. Фишес тяжело сглотнул, но начал объясняться. Делал он это с пылом. Церия смотрела на него через стол, а глаза [Некроманта] пылали, пока он рассказывал группе о том,