Шторм войны - Виктория Авеярд

«Какой обмен? На что?» – хочется спросить мне.

Или на кого?

Кто-то борется в кругу Озерных стражей – но напрасно.

Я вижу его в просвет между Сенрой и Айрис. Он отчаянно вырывается из рук людей, которые гораздо сильнее.

У Мэйвена в кровь разбита губа, корона косо сидит на растрепанных черных волосах. Он беспомощно пинается и упирается, вынуждая Озерных тащить его за руки. Вода обвивает тело пленника, готовая разить. Айрис, стоя рядом с ним, посвистывает и крутит в руках браслеты. «Ключ к его способности», – понимаю я, потрясенная. Мэйвен беззащитен, отдан на милость тех, кого ни за что не пощадил бы сам.

Озерная принцесса усмехается – и эта улыбка на лице человека, во всех остальных отношениях уравновешенного, леденит кровь. Мэйвен плюет в нее и промахивается.

– Водяная сука, – рычит он, отбиваясь. – Ты сегодня сделала большую ошибку.

Сенра кривит губы, но не вмешивается.

– Правда? – невозмутимо отвечает Айрис. – А по-моему, это ты ошибся. И не раз. Не в последнюю очередь – когда впустил меня в свое королевство.

Не верю своим глазам. Мэйвен – преданный предатель. Обманутый обманщик.

Война кончена.

Я сейчас упаду в обморок.

У меня перехватывает дыхание, и я с трудом перевожу взгляд с Мэйвена на его брата. Кэл смертельно побледнел. Ясно, что он понятия об этом не имел, что бы ни задумали Анабель и Джулиан. Какую бы сделку они ни собирались заключить от имени законного владыки Норты.

«Кого они отдадут взамен?»

Надо бежать. Схватить Толли. Броситься прямо в море.

Я быстро взбираюсь обратно на холм, к брату. Мнимый король привлекает к себе достаточно внимания. «Не упрощай дела нимфам. Беги к самолету. Возвращайся домой».

– Не льсти себе, Эванжелина! – кричит Мэйвен, изгибаясь, чтобы отбросить волосы с лица. Они продолжают лезть на глаза. – Задирай нос как угодно, но ты не стоишь меня!

И все поворачиваются ко мне – в ту самую минуту, когда я тихонько отступаю прочь, крепко держа Птолемуса за руку. Я ищу хоть одно дружелюбное лицо и понимаю, что ближе всех к сочувствию Мэра Бэрроу. Она смотрит, как я цепляюсь за Птолемуса. В ее глазах появляется что-то вроде жалости, которую мне хочется отсечь ножом.

– Тогда кто? – спрашиваю я, вздернув подбородок. Моя гордость сродни броне. – Ты снова предлагаешь себя, Бэрроу?

Она моргает, и жалость сменяется гневом. Так-то лучше.

– Нет, – отвечает Джулиан, который возвращается со стражей. Как и Озерные, они тащат пленника.

В последний раз я видела Салина Айрела лишенным всех титулов; мой отец чуть не удавил его за глупость и гордыню. Айрел убил Озерного короля под стенами Корвиума, вопреки приказу, надеясь на похвалу. Ему не хватило предусмотрительности, чтобы понять, что это лишь укрепит союз Озерных и Мэйвена – и решимость обеих королев. Теперь он жизнью заплатит за свою ошибку.

Салин висит на руках охраны, и глаза у него странно пустые. Он смотрит себе под ноги и, хотя держат его не очень крепко, даже не пытается бежать. Поскольку рядом стоит Джулиан Джейкос, я понимаю, почему. Сомневаюсь, что Айрелу позволят скрыться.

– Что это… я не разрешал… – с трудом выговаривает Кэл, нависая над бабушкой.

Та ласково кладет руку ему на грудь и отталкивает своего короля.

– Но ты не станешь возражать. Не так ли, Кэл? – сладким голосом спрашивает она.

С материнской заботливостью Анабель касается его лица.

– Мы можем закончить войну сегодня, прямо сейчас. Такова цена. Одна жизнь – в обмен на тысячи.

Решение, которое нетрудно принять.

– Всё правильно, Кэл. Ты ведь делаешь это ради спасения людей, так? – спрашивает Мэйвен голосом, полным сарказма. Слова – его единственное оружие. – Благородный до мозга костей…

Кэл медленно поднимает взгляд на брата. И даже Мэйвен замолкает. Время мучительно тянется. Никто не моргает. Никто не отступает. Младший Калор продолжает усмехаться, пытаясь вызвать у брата хоть какую-то реакцию. Лицо Кэла не меняется, он не произносит ни слова. Но очень красноречиво дергает плечом и отходит с пути Анабель.

Джулиан приподнимает голову Салина, чтобы заглянуть ему в глаза.

– Иди к королевам, – приказывает он, и я слышу мелодичный голос одаренного певца. Того, кто мог бы зачаровать нас всех, если бы захотел, и пением проложить себе дорогу к трону. К счастью, Джулиана Джейкоса не интересует власть.

Несмотря на чары, Салин Айрел – шелк, и его движения изящны. Он направляется к Озерным королевам. Те смотрят на него, как умирающие от голода – на приближающуюся еду. Айрис хватает Салина на шею, пинает под колено и заставляет с плеском упасть на четвереньки.

– Отправь его на ту сторону, – негромко говорит Сенра, махнув рукой в сторону Мэйвена.

Все это как-то неправильно, слишком медленно, чтобы происходить взаправду. Но мне не мерещится. Озерные стражи толкают Мэйвена вперед, заставив двинуться навстречу брату. Он по-прежнему усмехается, сплевывая кровь, но в его глазах блестят слезы. Он теряет власть над собой, и крепкая хватка, в которой Мэйвен держит себя, слабеет.

Он понимает, что это конец. Мэйвен Калор проиграл.

Стражи продолжают толкать его, не давая обрести равновесие. Жалкое зрелище. Он начинает что-то шептать – торопливо, в промежутках между взрывами резкого хохота.

– Я сделал, как ты сказала, – бормочет он, ни к кому не обращаясь. – Сделал, как ты сказала.

Прежде чем Мэйвен успевает упасть к ногам брата, Анабель шагает вперед и решительно становится между ними. Как мать-тигрица.

– Ни шагу больше к законному королю, – рычит она.

Эта женщина достаточно умна, чтобы не доверять ему даже теперь, когда он побежден.

Мэйвен падает на одно колено и проводит рукой по волосам, взъерошивая мокрые темные кудри. Он смотрит на брата, и в его глазах – огонь, которым он больше не владеет.

– Боишься мальчишки, Кэл? Я думал, ты у нас воин.

Мэра, стоя рядом с Кэлом, напрягается и кладет руку ему на локоть. Не знаю, зачем. Чтобы удержать его или, наоборот, подтолкнуть? Горло у Кэла вздрагивает, пока он пытается решить, что делать.

С мучительной медлительностью тот из Калоров, кто остался стоять на ногах, кладет ладонь на рукоять меча.

– Ты бы убил меня, окажись я на твоем месте.

Мэйвен дышит со свистом. Он молчит – достаточно долго, чтобы можно было понадеяться на ложь. Невозможно предугадать ход мысли Мэйвена Калора, ну или того человека, который сейчас перед нами.

– Да, – отвечает он и снова сплевывает кровь. – Ты горд?

Кэл не отвечает.

Синие, как лед, глаза смотрят на девушку, которая стоит рядом с Кэлом. Мэра напрягается под этим взглядом, превращаясь в закаленную сталь. У нее есть все причины бояться Мэйвена, но она скрывает страх.