Бог не Желает - Стивен Эриксон

Тониз вздохнула. - Воеводе это ни к чему. Мы объединились, сестра, после стольких лет розни. Сетал видит в тебе почти чужачку, а Вдовица была в восторге от твоего возвращения. А теперь ты снова делишь нас, и виной этот приблудный ребенок.

Делас Фана пожал плечами. Словно призванные, показались Сетал и вдова Дейлис с ее дочерью, Пейк Гилд. - Я не встану пред ним на колени. Не поднесу меча.

- Ты не объяснила, почему, - отозвалась Тониз Агра.

- Удивительно, сестра, что тебе нужны объяснения. - Она поймала взгляд вдовы Дейлис. - Разбитый Бог связал нас. Нити наших жизней сплетены воедино. Путей Теблоров не изменить. Что думаешь, Вдовица?

Женщина оправила волчью шубу. - Ты одна из нас, Делас Фана, склонилась пред отцом, или так говоришь. - Плечо дернулось, улыбка была кривой. - Отлично понимаю твое раздражение. Сетал выдержала лишь половину дня в его обществе. Ты с Тониз - да, вы были там, когда бог Смерти ступил на улицы Даруджистана. С Карсой Орлонгом вы связаны так, что нам не дано вообразить. - Она подняла руку, мешая Делас заговорить. - Не отрицаю его божественности. И не желаю, чтобы Элейд Тарос вознесся на эти надмирные высоты. Но он мой Воевода, я обязана идти за ним. Неотразимые доводы. Всеми нами движет необходимость. Зачем же бороться с приливом?

- Не надо бороться, - сказала Делас, не огорченная речами вдовы Дейлис. - Не отвергаю я и хитрость воеводы, обращающего отчаяние в жажду отмщения. Южане не были к нам добры. Ответ давно запоздал. Нет, - завершила она, - его шаги безошибочны, и никакая иная истина не объединила бы племена севера, Теблоров и прочих. Я не хочу возражать. Скорее, меня обидела его игра в день встречи, как он использовал Рента, чтобы очернить его отца и нашего бога.

- Будь я там, - сказала Дейлис после долгого молчания, - тоже обиделась бы. Похоже, в глазах Элейда Тароса Рент несет угрозу куда большую, чем я могу представить.

- Он не одинок в своих скитаниях, - вставила Тониз Агра. - Убит воин. Дело в малазанском клинке и демоне, что в нем таится. Он явился не как дитя - хотя он еще ребенок - но как возможный враг, и опасный враг. - Она помедлила. - Я тоже не была рада, хотя и понимала его мотивы.

Делас Фана покачала головой: - Если Рент превратился во врага Элейда, это результат поступков воеводы. И пусть. Я стою за сводного брата, мне ли склоняться пред Элейдом Таросом? Он диктует мне свою волю, и он же недоволен? Говори об отце что хочешь, но когда мы встретим его, не говори, что не понимала последствий.

Вожди выкрикивали приказы. Походный строй формировался. К авангарду гнали тысячу теблорских коней. Здесь, на последнем горном склоне, было жарко; в низинах будет еще жарче.

Вдова Дейлис хмурилась. - Делас Фана, я беспокоюсь не так сильно, как ты. Помни, я знавала Карсу в юности. Он часто не думал о последствиях. Когда ранили его гордыню, он обижал друзей и туго натягивал узы верности. Да, он оставил позади трупы двух лучших друзей. - Она пожала плечами. - Элейд еще юн и не обрел шрамов мудрости. Понимание приходит в страданиях. Боюсь, скоро наш воевода их познает. - Она шагнула и коснулась рукой плеча Тониз. - Пусть Делас Фана идет с Рентом, чтобы защищать и беречь его.

- Она склонна скитаться, - заметила Сетал равнодушным тоном. - Именно это я и запомнила, ее неугомонность.

- Не стану отрицать, - сказала Делас Фана, взглядом выражая всю приязнь к сестре. - Цивилизация запятнала меня духом вечного недовольства, как, наверняка, и Карсу Орлонга. Но сейчас меня гонят не разочарование, не спешка. Сейчас мое будущее определено клятвой. Рент не будет скитаться один.

- Итак, - почти недоверчиво пробормотала Дейлис, - твой младший брат увеличил свое сборище. Двух замечательных Жекков недостаточно. Как и псов из выводка Грыза. Теперь рядом пойдет лучшая воительница Урида.

Пейк Гилд, державшаяся позади, молча, вдруг вышла вперед. - Я с тобой, Делас Фана.

Мать удивленно обернулась, но сжала губы и молча кивнула.

Делас всмотрелась в Пейк Гилд. Она была на год старше, Дейлис носила ее, когда Карса, Байрот и Делюм пустились к Серебряному озеру. Вечно тихая, вечно задумчивая. Говорили, она может ездить на любом коне, даже необузданном.

- Рада твоей компании, - сказала она. - Возможно, ты станешь подругой Ренту. - "Хотя бы одной не его крови", подразумевала она.

Пейк Гилд наморщила лоб, словно эта мысль ей не приходила на ум. - Честно сказать, я видела в себе иную пользу для вас. Я владею лошадьми породы, созданной отцом Карсы.

Нилгхан кривился, но ведь он каждый рассвет встречал кривой гримасой. Почему этот день должен был стать иным? Псы, свита Рента, привыкли к воинам-Жеккам. То один, то другой подходил к Нилгхану или Говеру, обнюхивал и снова ложился. Уже не было вздыбленной шерсти. Другие теблорские псы, а здесь их были тысячи, держались на изрядном отдалении от выводка Грыза. Рент спрашивал Делас Фану о судьбе этого достойного праотца; но знаменитый Грыз пропал годы назад. Считалось, что хромой пес удалился в леса, чтобы умереть в одиночестве.

После смерти Дамиска Рент плохо спал. Часто пробуждался с полными слез глазами, в груди саднило - незримая рана вины всё ещё истекала пылающей кровью. А иногда он обнаруживал в руке свой нож, омывающий железо воздух столь холоден, что дымится инеем, а рука онемела. Тогда он садился и видел одинокую фигуру за кругом псов, шкура серого медведя на плечах. Призрак смотрел на него, но видя, что полукровка проснулся, отворачивался и уходил.

Похоже, Элейд Тарос еще не закончил с ним. Как ни странно, эта мысль радовала Рента - ведь и он еще не свел счеты с воеводой. Делас Фана толковала о терпении, но эта добродетель была ему мало знакома. Хотя он обучился сжимать ее в руке, даже когда гнев обдавал то жаром, то хладом; говорил себе, что боль смирения в конце концов даст приятные плоды.

Было ли честно винить Элейда Тароса за гибель Дамиска? Рент знал ответ. Вина была на Ренте и лишь на нем. Но именно воевода