Небо после бури - Саба Тахир

Я не отворачиваюсь, когда она выкрикивает мое имя, когда она стискивает мои руки, когда ее тело прижимается к моему, когда мы движемся к одной и той же точке, к этому невыразимому, невероятному сочетанию боли и удовольствия – наконец, вместе.

* * *

Спустя несколько часов, когда мы лежим рядом, глядя в потолок, тяжело дыша, она приподнимается на локте и сурово смотрит на меня.

– Мы должны победить.

– Почему ты сейчас говоришь об этом?

– Потому что эта ночь не может быть нашей единственной ночью вместе. – Ее прикосновения нежны, как поцелуй ветерка, но голос свиреп, как рычание львицы. – Мне нужна жизнь с тобой. Я хочу, чтобы мы вместе искали приключения. Обедали и ужинали. Сидели ночами у костра. Гуляли под дождем. Чтобы ты уговаривал меня заниматься любовью в неподходящих местах. Я хочу де…

Лайя замолкает, взгляд ее становится печальным – всего на мгновение, но я знаю, что она собиралась сказать. Потому что я тоже хочу детей – возможно, не прямо сейчас, но рано или поздно, обязательно.

– Я хочу большего, – шепчет она.

Я улыбаюсь, но внезапно вспоминаю, что она хочет уничтожить джиннов. А я – нет.

Если ей удастся покончить с Князем Тьмы, а мне – вернуть джиннов на Земли Ожидания и заставить их выполнять обязанности Ловцов Душ, нам все равно придется расстаться. «Ты поклялся служить мне до того дня, пока не появится желающий заменить тебя – человек, а не джинн».

– В чем дело? – Она устраивается на моей груди, опираясь подбородком на скрещенные руки, так что я вижу только ее глаза. – Что тебя гнетет?

Мы не можем быть вместе, она и я. Не будет приключений. Обедов и ужинов. Ни ночей у костра, ни прогулок под дождем. Не будет занятий любовью в неподходящих местах.

Не будет детей.

Эта ночь – все, что отпущено нам судьбой. Как только могущество вернется к Мауту, он заберет меня к себе. И заставит забыть Лайю, на этот раз навсегда.

Пока я подыскиваю слова для ответа, огонь в очаге гаснет. Теплый золотистый свет сменяется холодным синим полумраком. Наступило утро.

Далеко на юге просыпаются солдаты, им предстоит тяжелое сражение. А еще дальше, за рекой, Князь Тьмы вынашивает планы катастрофы, которая уничтожит нас всех.

Я обнимаю Лайю и снова целую, вкладывая в этот поцелуй всю свою любовь, надежду и желание. Все, что я хотел бы ей дарить всю нашу жизнь.

Она чувствует мое смятение и печаль. Слезы текут по ее лицу.

– Элиас… – шепчет она. – Ты…

Но я качаю головой.

– Ловец Душ, – говорю я. – Меня зовут Ловец Душ.

Лайя кивает, поднимается и расправляет плечи.

– Конечно, – говорит она. – Мы должны идти.

Мы собираем одежду, высохшую за ночь у очага, и молча одеваемся, натягиваем сапоги, доспехи, застегиваем пояса с ножнами. Поднимая оружие джинна, Лайя вздыхает, как будто несет невыносимую тяжесть. Она выходит из дома первой и ждет на поляне, повернувшись ко мне спиной.

Я плотно прикрываю за собой дверь и вздрагиваю от внезапного предчувствия, столь сильного, точно сейчас мне предсказали наше будущее: мы с Лайей никогда больше не вернемся сюда вместе.