Хранитель порталов - Михаил Дулепа

Я сел на пол, проверил связь, и тихо, словно Темные могли услышать, вызвал:

— Марат? Мы тебя не видим. Голос подай?

— Ша! Я на потолке завис… темные внизу возятся, их девять штук осталось. Все «полуторашки».

— Это я удачно жахнул… молчу! — Ал замахал руками на наши с Паладином взгляды.

— Осилишь?

Молчание.

— Куда деваться. Три, два, один…

На его статусе одновременно полыхнули несколько баффов.

— Дуррак… камнешкуру-то зачем сразу? — Ал напряженно смотрел перед собой.

Жизнь драконида упала на треть… еще пять процентов… Еще восемь… В наушниках тяжелое дыхание и хеканье, что-то загремело, опрокинутое. В парту врезался? Мы слышали только то, что происходило в классе, где сейчас вертелся и дрался с невидимыми противниками наш драконид, о событиях в пещере можно лишь гадать по полоске статуса и моду-таймеру умений.

Паладин мерно стучал кулаком по каменной стеле с письменами, Альдрик стоял, расправив крылья как перед прыжком, я сидел на диске слайдера и машинально водил рукой по гладкой поверхности.

— Обнимашки! — Паладин на секунду сбился с ритма, потом застучал еще сердитей.

— Прыжок! Левой! Хвост!

У Марата осталось двадцать процентов жизни, зато полоска «боевой ярости» переполнена. Среди дебаффов возникли два знака кровотечения, мигнула иконка отравления, но мгновенно исчезла — рефлексы охотника на любителей всяких ядов и ударов в спину.

— Свиток даст мне силу!

Альдрик фыркнул и еще чуть пригнулся.

Замигала зеленая иконка целительного зелья, погасла, тут же вторая, третья. Все, больше у него в перевязи ничего нет, Марат сам мне втолковывал смысл именно такого набора. В бою из инвентаря не полечишься.

— Шкура отлипла, шкуру юзай! — Паладин поморщился, и Ал замолк.

Выросшая до шестидесяти процентов полоска жизни драконида вновь рывками поползла вниз.

— Удар! Прыжок! Ррар!

Одновременно замигала активация четырех навыков, пропали еще несколько процентов хитов и обновилось кровотечение. Паладин ударил по стене особенно сильно и выругался зашипев.

Дальше мы молча смотрели на полоску, скачущую вперед-назад, расцвечивающуюся то алым знаком раны или отравления, то иконкой активированного защитного умения. Дважды она опускалась почти до конца, один раз мы долго смотрели на знак «парализации» и ругались про себя… потом мигнул зеленый знак выпитого зелья. Как ухитрился?

— Все…

Голос было не узнать, Марат почти хрипел.

«Вход в данное подземелье невозможен до окончания квестового сценария».

Паладин, с которым мы столкнулись на входе, заорал:

— Марат, эвент еще идет!

— Я всех убил… вроде. — Молчание. — Ух ты!

— Что там?! Канал открой, задница крылатая!

Жизни у драконида оставалось пять процентов, и она медленно снижалась — одно кровотечение оказалось критическим, не вылечить.

Замигало.

Марат стоял у стены зала, смотря вокруг. Тяжелое дыхание, резкие движения… Перед ним ярко горели шесть пятен на полу, выбрасывая лучи света, словно копья, в потолок.

— Головы! Он говорил о головах!

Точно!

— Трупы не рассыпались! Не ищи лут, отрывай головы руками!

Кинувшись к ближайшему телу, Марат, ударив хвостовым шипом, отрубил голову мертвеца, поднял в руке, примериваясь…

— Слева! Смотри, в центре!

Между световых колонн медленно появлялся дух-хранитель. Обычно такой дает задания, награждая чем-то из охраняемой им сокровищницы или могильника.

Три процента.

Марат метался по залу, собирая головы. Некоторые никак не отрывались, другие рассыпались в прах. Видимо, были какие-то условия, которых мы не знали, но уже пять голов заняли свое место.

— Трешак, сыпятся! — Драконид с рыком оглянулся вокруг.

— У стены, там их главный!

Прыжком через весь зал Марат дожег последние секунды полета, рывком открутил голову Погонщика в простой железной короне и кинулся обратно.

Один процент.

— Дар достоин просьбы. Моя служба исполнена, я свободен!

Дух рассыпался облаком искр, в стене сдвинулся камень, открывая нишу с ларцом.

— БЕРИ!

— Добыча! Добыча!

— Идиот, эпик-квест, руками бери!

— А, зараза!

Марат ударил кулаком в окованную темным серебром стенку ларца, пробив насквозь…

Мигнуло.

Драконид медленно повернулся к нам и скривился.

— Ну?

— Ой-ё…

— Что?!

— Да погодите вы! Я прямо об угол парты пальцами звезданулся!

— Выносить надо было из класса, а не по стенам складывать!

— Да лень, что б ее! Ух ты!

— Да что там, говори, зараза!

Марат скинул в чат линк на вещи.

— Половинка карты и четыре камня! Три «коронационных», тех самых, что мы ищем, и один непонятный. Светик, чекни, что это?

Я взял протянутую мне светящуюся искорку, полез в книгу умений. «Поиск ингредиентов» помимо прочего позволял распознавать всякие редкие предметы, не требуя дорогих свитков идентификации. Так, камень, «опознать»…

— Что там?

— Вот уж воистину — мечта всех светлых пришельцев!

— Не томи, что это?

— «Слеза Света», квестовый предмет, одноразовый. Позволяет закончить квест на героик любому классу. Ну понятно, только для «архи», «мульты» отдыхают.

Альдрик задумчиво присвистнул, покачав головой.

— Не «начать»?

— Именно что «закончить». То есть поюзать — и получаешь героик.

— Круто! Теперь мы можем…

— Черт, да сколько можно? Это уже пятая!

Я оглянулся и невольно хихикнул — Паладин держал в руке натуральную «печать чистоты», белую с синим ленту на печати, исписанную священными цитатами.

— Стоило один раз пошутить, и теперь в половине «мистиков» эта фигня!

— Тебе так скоро болтер выдадут!

— Ага, и цепной меч!

Так, что же у меня тогда?

Коробочка «мистика» раскрылась от прикосновения, оставив в руке пластинку с рисунком портальной беседки. «Опознать». Понятно. Вот и сложились все части. Не загадка — так, несложный ребус. Чтобы даже совсем тупенький хран мог понять. Никакой не чит, просто награда за сложный бой. Обман не всегда обман.