Лабиринты Ехо. Том 1 - Макс Фрай

– Видел! – с восторгом заявил сэр Нули Кариф, победоносно оглядывая нас с Кофой. – Видел, причем совсем недавно! Теперь надо вспомнить, где и у кого я это видел… Вы же знаете, сколько народу здесь шляется. И это правильно, так и надо, порт – есть порт! Зачем он вообще нужен, если люди будут обходить его стороной, верно? Так… Ну, дело было уже в этом году. То есть меньше дюжины дней назад. Хорошо! Так, дальше… Я увидел этот пояс и сказал Ду Идунну: «Арестовать бы сейчас этих пиратов, Ду, были бы мы с тобой самыми модными ребятами в столице!» Не «пирата», а именно «пиратов» – значит, их было двое, в таких поясах. Или даже больше. Да, и еще получается, что мы были вместе с Ду Идунном, а он не появляется на службе уже полдюжины дней: болеет. Он вообще такой хилый парень, или прикидывается. Я до сих пор не понял… Грандиозно! У меня в голове Магистры знают, что творится, а Ду должен помнить, чем занимался перед тем, как захворать, он очень мнительный. Когда заболеет, непременно вспоминает всех, с кем встречался и пытается убедить жену, будто его «сглазили». Я пошлю ему зов и спрошу, а вы угощайтесь камрой, господа. Закончится – еще принесут, знали бы вы, как ее у нас много, этой дряни…

Сэр Нули Кариф умолк и напрягся. Перешел на Безмолвную речь, как я понимаю.

Через полчаса мне стало ясно, что Безмолвная речь не сделала нашего гостеприимного хозяина менее разговорчивым. Сэр Кофа изобразил страшное лицо и громко кашлянул. Нули покивал головой, виновато пожал плечами и снова ушел в себя. Еще через несколько минут он задумчиво слез со стола и вышел из кабинета. Я вопросительно посмотрел на Кофу.

– Ему надо посекретничать, Макс, – объяснил тот. – В народе ходят слухи, будто я могу подслушивать чужие разговоры на Безмолвной речи.

– Только слухи? – недоверчиво спросил я.

– Ну… Вообще-то я действительно могу, но… Это слишком утомительно, да и вредно для здоровья. Знаешь, мальчик, некоторые вещи лучше просто не делать. Тем более, что гораздо легче прочитать мысли каждого из собеседников по окончании их разговора. Так что я и не собирался… Но ведь никому ничего не докажешь, пусть себе прячется.

– Прошу прощения, господа, – физиономия Нули Карифа была скорее довольной, чем виноватой. – Одно к одному, мне еще и в уборную приспичило. Вы уже были в нашей новой уборной? Мальчики украсили ее всеми контрабандными талисманами, которые не вызвали интереса в Иафахе. Очень познавательное зрелище!.. Я нашел ответ на ваш вопрос, сэр Кофа, не волнуйтесь.

– Не тяни, Нули. Вашу уборную мы обсудим в следующий раз.

– Зря вы так, сэр Кофа! Такого вы нигде больше не увидите! Ладно, как хотите… Ду все прекрасно помнит. Это были судовладелец из Ташера и его капитан. Прибыли в порт утром пятого дня этого года. У них шикарная лоханка, получше многих наших будет. Можете полюбопытствовать, она еще стоит у причала. Называется «Вековуха». Смешно, правда? Моряки порой так называют свои ни в чем не повинные корабли – обхохочешься!.. Сейчас я вам скажу, как зовут владельца… – Нули полез в стол, достал пачку самопишущих табличек и уткнулся в них носом. – Ага, его имя Агон, и это все. У жителей Ташера такие короткие имена! Да, Ду Идунн мне напомнил, что такие же пояса были среди их груза. Мы еще шутили: жаль, дескать, что не к чему придраться, а то забрали бы все себе… Всего-то четвертая ступень Белой магии, ничего запретного. Пришлось пропустить.

Сэр Кофа решительно забрал таблички и принялся их изучать.

– Любопытно, – сказал он через некоторое время. – Как я понимаю, никакого товара на продажу, за исключением этих поясов, у ребят не было. Тоже мне туристы.

– Они сообщили, что собираются покупать товар в Ехо. Имеют право! – заметил Нули Кариф.

– Ага. Покупать здесь, а продавать у себя, в Ташере, где цены на все в несколько раз ниже. Какой мудрый человек этот купец Агон! Как он хорошо ведет свои дела! Подобная торговая операция имеет смысл только в том случае, если столичный товар не покупать, а красть… Тоже мысль, между прочим! На судне кто-то есть, Нули?

– Да, конечно. Капитан и часть команды. Экономят на гостинице или стерегут свою посудину. Она того стоит, крутая лоханка, я вам говорил? Но там нет ничего интересного, сэр Кофа. Я у них все перерыл.

– Сейчас выясним, что это за «крутая лоханка», и есть ли там так называемое «интересное». Спасибо за камру, Нули, только мой тебе добрый совет: переходи снова на местную. Думаю, твой помощник хворает именно от этой заморской дряни. Она же горчит, и от нее начинает ныть желудок. И держи ушки торчком: если что-то еще услышишь об этих поясах, немедленно посылай мне зов, в любое время. Все документы о «Вековухе» я забираю, давай распишусь. – Кофа хлопнул ладонью по маленькой толстой табличке, которую начальник таможни извлек чуть ли не из-под тюрбана. – Вот и ладненько! Хорошего дня, Нули. Пошли, Макс.

Я тоже распрощался с симпатичным таможенником, и мы отправились в порт смотреть на «Вековуху» и знакомиться с ее капитаном.

Контуры изящного парусника действительно не оскорбляли глаз. Да и капитан выглядел не хуже. Статный красавец с длинной косой и бородой ниже пояса встретил нас на причале. Его облик дополнял строгий черный костюм: просторные штаны и что-то вроде широкой куртки до колен. Пояс, если он все еще был на капитане, ясное дело, скрывался под этой «рясой».

– Капитан Гьята, к вашим услугам, господа, – сухо представился он.

Капитан говорил с забавным тягучим акцентом. «Хвала Магистрам, что он не из Ирраши, намаялись бы с переводчиками», – подумал я.

– Тайное Сыскное Войско Ехо. Давайте поднимемся на ваше судно, господин Гьята, – не менее сухо сказал сэр Кофа Йох.

– Судно является личной собственностью господина Агона, и я не имею права пускать туда посторонних.

– На всей территории Соединенного Королевства Тайный Сыск имеет полное право выпотрошить не только вашу личную собственность, но и вашу личную задницу, если нам покажется, что там можно найти что-нибудь интересное, – в голосе сэра Кофы зазвучали некие новые для меня нотки, ласковые и в то же время угрожающие.

– Я могу сказать только одно, господа: мне приказали никого не впускать на корабль. Мне остается только одно – умереть, выполняя приказ. Мне очень жаль.

Капитан Гьята совершенно не походил на тупого фанатика. И на закоренелого преступника он не был похож, – хотя, конечно, кто знает, как именно должны выглядеть закоренелые преступники? Но у него были усталые, печальные глаза, а слово «умереть» капитан произнес почти мечтательно.

Сэр Кофа послал мне зов: «Будь наготове, Макс. Не хотелось бы его убивать, но сам видишь – похоже, с ним не все ладно».

Затем Кофа снова обратился к капитану:

– Что ж, я понимаю, приказ есть приказ. В таком случае вам придется немного прокатиться в амобилере. Надеюсь, ваш хозяин не запретил вам кататься?

– Нет, – растерянно, но с явным облегчением сказал капитан Гьята. – Об этом и речи не было. Так что я не против.