Осколки времени - Райса Уолкер

Серьезно?

Я пытаюсь вспомнить, но его название никак не хочет всплывать в моей памяти.

– Что-то… Club… Начиналось с буквы «c». Эта штука очень крепкая. И… Clicquot! Clicquot Club.

Теперь, убедившись, что это я, он прячет оружие под прилавок и расплывается в своей обычной улыбке, шаркая из-за угла, чтобы поприветствовать меня.

– Мисс Кейт! Как давно мы не виделись. Слишком давно! Я полагал, что это ты, судя по тому, что вчера рассказал Кирнан, но он также сказал мне, что меры предосторожности не помешают.

Он обнимает меня так же, как и в прошлый раз, и на этот раз мои ответные объятия немного менее притворны. Отстранившись, он говорит:

– Ты ведь юная Кейт, не так ли? Не та, на которой он женился.

Я киваю, хотя от ярлыка «юная Кейт» меня бросает в дрожь. Это слишком близко к «юной Пру» и «старшей Пру», которые мы использовали, чтобы различать разные возрасты и уровни здравомыслия Пру.

– Я так и думал, – говорит Джесс.

Я бросаю взгляд на свою странную одежду, и он смеется:

– Ну, отчасти из-за этого, да. Но еще ты кажешься немного застенчивой. Та Кейт, которую я знаю, уже спросила бы, свободен ли берег.

– Для… чего?..

– Чтобы мы могли сбежать к Ниагарскому водопаду, – хихикает он. – Оставить Кирнана и Амелию заниматься магазином. Она подшучивала вместе со мной, хотя и не имела этого в виду больше, чем я. Она не могла любить никого, кроме Кирнана. Это было видно по ее глазам в тот день, когда он надел кольцо на ее… палец.

Джесс, кажется, понимает, что этот разговор может оказаться для меня неловким, потому что его улыбка меркнет. Он прочищает горло и говорит:

– Следуй за мной, и мы достанем то, за чем ты пришла.

Он исчезает за прилавком, я следую за ним и стою с краю, пока он присаживается и открывает большой деревянный сундук. Я не вижу, что внутри, но крошечный порыв холодного воздуха касается моих лодыжек, так что это, должно быть, холодильник. Одну за другой он вытаскивает бутылки и расставляет их на полке возле своей головы, пока не находит красно-белый контейнер, полный медальонов.

– Они могут быть немного холодные. Лежали у меня под бутылками. Я подумал, что если кто-нибудь придет искать… – Он замолкает, когда звенит колокольчик над дверью.

Входит человек, и его тело очерчено солнечными лучами, льющимися через дверной проем. У меня нет никаких сомнений, что это Саймон. Я оставляю ключи в руках Джесса и наклоняюсь на несколько сантиметров, чтобы схватить пистолет под его прилавком. Мужчина делает еще два шага в нашу сторону, и я замираю.

Не Саймон.

Он такого же роста, примерно такого же веса, но теперь, когда он отошел подальше от яркого света, проникающего из окон, я вижу, что он по меньшей мере на тридцать лет старше, с оливковым цветом лица и редеющими черными волосами. И если бы он был на метр ближе, то заметил бы, что пистолет, который я держу под прилавком, нацелен прямо ему в грудь.

Джесс тихонько хихикает, когда видит выражение моего лица, но его глаза немного обеспокоены.

– Полегче, девочка. – Затем он говорит немного громче: – Я подойду к вам через минуту, сэр.

Я делаю несколько успокаивающих вдохов и кладу пистолет обратно.

– Прости, Джесс, – шепчу я, нагибаясь, чтобы подобрать ключи. – Эта пара недель была очень тяжелой для меня.

– Это я и сам вижу. Для Кирнана тоже эта пара лет была тяжелой. Передай ему мои наилучшие пожелания, ладно? И… передай ему, что я не жду возвращения моей Ирэн, хотя если каким-то чудом это случится, я буду очень благодарен. Но я ожидаю, что он заставит этих сукиных сынков заплатить, прости за мой язык.

– Да, сэр. Я ему передам.

* * *

Бетесда, штат Мэриленд

12 сентября, 19:40

Коннор стоит в перчатках у верстака. У него на шее висит одна из тех масок, что закрывают нос и рот, а перед ним лежат маленький фонарик, несколько бутылок и пипетка.

Он с сомнением смотрит на контейнер, который я держу в руках, и стягивает маску с лица.

– А я-то думал, что они лежат в роскошной позолоченной урне или еще где-нибудь.

– Нет. Ничего, кроме логотипа Ziploc на дне.

Его брови в удивлении взлетают вверх:

– Серьезно?

– Попался.

– Ха. Смешно. Теперь иди. Но оставь дверь открытой, ладно? Мне нужно немного проветрить здесь.

– Я могу помочь?

– Нет, ты не можешь. Иди. Но… вы с Гарри смотрите в оба, хорошо? Я буду гораздо меньше нервничать, когда превращу эти штуки в дешевую бижутерию.

– Конечно, но сначала… – я достаю из коробки один из ключей. – Для Дафны.

Коннор вздыхает и грустно улыбается мне.

– Ладно, Кейт. Но… но это ненадолго. Как только ты остановишь Отбор, мы уничтожим остальные ключи. Получим ту временную линию, которую получим. И, возможно, в ней не будет Дафны, бегающей по заднему двору. Если тебя это утешит, я уверен, что она будет где-то бегать, но… мы не можем оставить ключ только для того, чтобы удержать ее здесь.

Внезапно у меня в горле встает комок и мне становится трудно дышать. Не только из-за мысли, что мы потеряем Дафну, как бы ужасно это ни было. Я вот-вот разрыдаюсь из-за того, чего Коннор не сказал вслух. Он имеет в виду, что мы не можем оставить ключ и ему. И да, я с легкостью могу представить себе, как возвращаю этот поезд времени на те рельсы, где у нас есть Дафна, но я даже не помню ту временную линию, в которой Коннор существовал без этого ключа, те рельсы, где были живы его дети.

– Коннор, нет…

– Кейт, – он долго смотрит мне в глаза. – Мне нужно сосредоточиться на своем деле здесь, милая. Иди на улицу и подожди вместе с Гарри.

Я не сразу его слушаюсь, просто смотрю на него, разрываясь между желанием ударить и желанием обнять.

– Ладно, – говорю я наконец. – Я пойду. Но этот разговор еще не окончен, Коннор. Совсем нет.

Папа сидит на скамейке возле сарая, из-за его пояса неловко торчит кольт. Я вижу, что он слышал все, о чем мы говорили. Он похлопывает по месту рядом с собой и обнимает меня одной рукой. Я рада, что он знает меня достаточно хорошо, чтобы просто промолчать, потому что если мы начнем говорить об этом, я не смогу сдержать слез. Поэтому мы просто молча сидим и смотрим, как Коннор уничтожает очередной ключ.

От Кирнана по-прежнему нет вестей. Я достаю свой телефон и проверяю приложение геолокации, прижав палец к точке на Шестнадцатой улице.

– Она все еще в храме. Или только ее телефон, – добавляю я, потому что знаю, что это вполне вероятно, и понимаю, утверждать обратное – это не проклятие или что-то еще. Если Саймон или его приспешники узнают, что телефон при ней, это станет идеальной ловушкой. Остается лишь бросить телефон там, отвезти маму и Кэтрин куда-нибудь в другое место и просто подождать.