Розыгрыш или реальность - Кира Леви

Мы выслушали мессира Витора и, коротко поблагодарив за гостеприимство, отправились в приготовленные комнаты. Нас поселили в двух раздельных, но с общей стеной, комнатах. Меня отдельно от родителей. Свой багаж я нашла уже разложенным: вещи в гардеробной, предметы личной гигиены — в ванной комнате. Приведя себя в порядок и переодевшись в лёгкое платье, я зашла за родителями. Карлос дежурил у наших дверей, сидя на двухместной канапе, стоящей в нише напротив наших комнат. Парень увлечённо просматривал видеоролики, но стоило мне появиться, как он тут же отложил гаджет и вежливо поинтересовался, предварительно поднявшись, чего я желаю. Я желала кушать и очень сильно, о чём и сказала. Парень повёл нас в столовую.

Большой обеденный стол был накрыт на восемь персон. И за столом уже сидели все присутствовавшие у бассейна. Карлос безупречно выполнял роль слуги, при этом всё время молчал, словно воды в рот набрал. И куда только делся тот болтун, встречавший нас в аэропорту? Витор на правах хозяина познакомил нас со своими дочками — очаровательными блондинками Итэлой и Петрой. Остальных он не представлял. Зато указал им на нас.

— Протеже легаты Асирии Торкват синьорина Карина и её родители, — с пафосом представил нашу семью хозяин.

Гости и дочери хозяина многозначительно переглянулись, и, не скрываясь, стали заинтересованно рассматривать мою персону. Некоторые принюхивались, трепеща ноздрями, что сбивало меня с толку. Вроде бы я только из душа, чего это они? Тем временем Витор продолжил:

— Я надеюсь, недоразумений не возникнет, несмотря на такой соблазн, — эта фраза полностью адресовалась его гостям. — Мы не должны попрать оказанное нам доверие легатов. Несколько дней синьорина проведёт в нашем обществе и, надеюсь, что будет вспоминать это время с теплотой.

На удивление, за столом воцарилась дружеская атмосфера. Меня изумило то, что вся компания в общении перешла на русский язык. Пусть с акцентом, коверкая слова, но всё же. Мы с родителями всё понимали.

Кстати, мой супер-переводчик, внедренный ар Шалом, не распознавал земные языки, кроме русского и английского. А вот язык демонов я понимала. Об этом я узнала случайно на следующий день, когда стала свидетельницей разговора сестёр. Выходит, хозяин и его дочери — демоны, постоянно живущие на Земле. Интересно, почему? Девушки эмоционально обсуждали мою внешность и недоумевали, как это мне удалось захомутать наагата, элленийца и двух тимеррийцев. На что я им ответила на чистом демонском, выйдя из своего укрытия:

— Могу раскрыть секрет — это не я их захомутала, а они меня. Привязали к себе так, что и не отвертишься, — и многозначительно погладила свой кругленький животик. — Влюбили в себя раз и навсегда.

Петра и Итэла ничуть не стушевались и пристали ко мне с расспросами, из серии подтверждения-опровержения баек о мужской силе этих рас.

Развёрнутого ответа с примерами из личной жизни они не получили. Я только загадочно хмыкнула и томно улыбнулась, отвечая:

— Попробовать стоит, не пожалеете. Они такое умеют… ммм…

Девушки ушли задумчивые и озабоченные вопросом, где же найти объекты интереса для «попробовать». Смешные они.

Мессир Витор сразу же после ужина пригласил меня к себе в кабинет и пояснил, что мне придётся какое-то время пожить на вилле. Ничего конкретного по срокам он сказать не мог. Его в известность не поставили, но просили передать, что встреча состоится именно здесь, а до того времени я должна была наслаждаться отдыхом на средиземноморском побережье.

Рассуждая логически, пришла к выводу, что время встречи зависит от того, насколько далеко от планеты находятся мужья. Чтобы преодолеть пространство на космическом корабле, даже с учётом гиперпрыжков, нужно время. Через элары я чётко чувствовала Херона и Берка, по брачной связи начала ощущать Шиана. Эол пока был недоступен. Это могло означать, что они находятся в разных местах. Все ли они прилетят сюда? Или один из них? На корабле или порталом? Как произойдёт встреча? Что они скажут, когда увидят меня? Все эти, и даже больше, вопросы крутились у меня в голове всё время, пока я бодрствовала.

И я решила с полной отдачей провести оставшееся время с родителями и действительно отдохнуть на море.

Скучать нам не приходилось. Наш досуг был заполнен под завязку: прогулки по морю на белоснежной яхте, посещение выставок и музеев, купание голышом на диком пляже, танцевальные вечеринки, набеги на модные бутики вместе с сёстрами Калиборн. Калейдоскоп ярких событий и праздничных мероприятий. Я действительно отдохнула.

Мои родители не скучали, в чём могли, принимали участие и объездили всю Италию вместе с Карлосом. Он устроил им романтическое путешествие на воздушном шаре. Помолодевшие, счастливые, они наслаждались отдыхом. И, самое главное, они морально созрели, свыклись с мыслью — нам придётся расстаться. Мама уже не заливалась слезами, когда я говорила об этом. Тем более, что я уверилась в мысли, что через демонов можно будет передавать весточку о себе на Землю, в чём и их убедила.

Вечерами, пока не стемнело, мне нравилось бродить босыми ногами по белому песку пляжа, что примыкал к вилле. Сегодняшний вечер не стал исключением. Тёплое ласковое море неспешно набегало слабыми волнами на берег, охлаждая натруженные за день ноги. Шутка ли, мы с неугомонными сестричками обошли весь торговый центр. Морской бриз колыхал полы задранной до бёдер юбки, подхватывал отросшие пряди волос, приятно ласкал кожу, даря прохладу и сонм мурашек, пробегающих по рукам.

Я не увидела — почувствовала присутствие у себя за спиной. Застыла соляным столбом, боясь обернуться, чтобы не разочароваться. Дыхание перехватило от нахлынувших чувств: всепоглощающего счастья, радости, облегчения. Руки сжали подол белого платья до треска рвущейся материи. И в тот же миг я задышала часто-часто, как загнанный зверь, и резко развернулась, путаясь в ногах и намокшем подоле… Они… Ноги уже сами несли навстречу к спускающимся с пригорка на пустынный пляж четырём мужчинам. Шум в ушах, грохот сердца в груди, спазм в горле, застывший вскрик… Радость от встречи. Слёзы облегчения. Горячие объятия. Нервные прикосновения. Всё смешалось.

Мы все повалились на песок — ноги не держали. Родная… Любимая… Дорогая… Суматошные поцелуи туда, куда могла дотянуться, того, кто ближе. Цепляясь за руки. Всхлипывая и бормоча какие-то глупости и нежности. Нашли… Пришли… Рядом… Вместе… Жива… Прикосновения в ответ. Зацелованная, обласканная, обнюханная, занеженная, я растеклась безвольной лужицей на Хероне, который усадил меня к себе на колени. Первая волна чувств захлестнула и чуть отступила, возвращая крупицы сознания, чтобы можно было сфокусировать взгляд и удостовериться, что это не мираж, не галлюцинация, а действительно мои любимые, из плоти и крови. Вот они здесь, со мной!

— Карррина, — раскатисто, тягуче, возбуждённо прозвучало моё имя из уст Эола. Как слепой котенок, повернула к нему голову на звук, на этот певучий голос.

— Эол… — выдохнула имя, потянулась за поцелуем и почувствовала, как осторожно руки легли на живот, в котором что-то колыхнулось и еле слышно булькнуло. Изумлённо опустила взгляд, медленно соображая, возвращаясь сознанием во вменяемое состояние. Вся возня вдруг прекратилась и наступила тишина. Все взгляды скрестились на моём беременном животе и застывших на месте, приклеившихся ко мне руках Эола.