Дураков здесь нет! или Приключения дракоши - Елена Белова

Словом, разошлись дамы…

Деморализованные олухи нацепили на шеи по три мешочка вместо одного и готовы были нагрузиться кем угодно, вплоть до подопытного крокодила, лишь бы в кратчайшие сроки оказаться подальше от разъяренных вторых половинок.

Ну, удачного им полета.

— Александра, сосредоточься. — Голос Орро возвращает меня на землю.

— Ага, сейчас, — я закрываю глаза. Почти закрываю. В последний момент слышится какой-то шум, и из хатарессы выбрасывает нового подопытного…

— Мяу!!!

Народ замер, пристально рассматривая лохматое и глазастое сокровище, вцепившееся когтями в раму хатарессы.

— Норма, — кивает Кристаннике. — Опыт прошел успешно. Следующий объект.

— Чиррррр! — подтверждает песчанка.

— Киса, — мурлыкает Марина, подбираясь поближе.

— Кисса, — завороженно повторяет малышня, топая следом.

— Миу!!! — в панике вопит «объект» и пытается выброситься обратно в хатарессу, но опаздывает, попадая прямо в цепкие крылышки Рриши.

Ну, держись, киса…

Опыты по передаче через расширенную хатарессу всевозможных живых существ начались благополучно — ну, для всех, кроме котенка. Хотя ему тоже особо жаловаться не на что. Разве что на размеры перепавшей на долю любви — какая б ни была малышня, человечья или драконья, а котят они любят одинаково.

А опыты нужные. Сами маги уже свободно ходят через хатарессу туда-обратно, но драконы из убежища под Иррашем, во-первых, покрупнее, во-вторых, ослабленные из-за долгой голодовки, поэтому никто не рискнул так сразу переносить их подобным манером. Нет, маги сначала обкатают все от и до, а уж потом аккуратненько, в подготовленные условия, да под заботливый присмотр…

Сразу после сезона бурь в Ирраше начнут строить свою хатарессу, чтобы переправить ребят из убежища без потерь.

— Александра, так ты сосредоточилась?

— Э-э… сейчас.

Но сосредоточиться мне временно не судьба.

— Александра! Александра-а! — Свекровь голоса не сдерживает. — Тебе письмо! И посылка!

— Что?

— Письмо! Тебе! Из университета!

— Откуда? Откройте, пожалуйста, мне сейчас меняться не с руки.

— Сейчас…

«Уважаемая леди Александра… (крохотный золотой дракончик, нарисованный рядом с моим именем, улыбается ясным солнышком). Мы, студиозусы с вашего потока, выражаем вам свое огромное уважение за то, что вы накостыляли (последние пять слов перечеркнуты и чуть ниже, уже другим почерком, вставлен новый текст) за Вашу отвагу и умение добиться цели (рядом почему-то клякса). Весь курс передает вам привет, и не только курс (приписка сбоку: и не только привет!) В свертке — амулет на хороший сон, нам почему-то кажется, что вам он пригодится. А ЕЩЕ ОН ДАРИТ СПОКОЙСТВИЕ! Оно тоже пригодится, правда?

Ваши ученики.

Приписка: У вас в скором будущем видится вот такой предмет (неумелый рисунок яйца).

Новая приписка: Мы вас ждем! Помните, вы обещали нам экскурсию в стаю».

И длинная цепочка сердечек по краю бумаги.

Улыбаться я начала еще на кляксе. На «спокойствии» хихикала. А при виде яйца не сдержалась и расхохоталась в открытую, еле успев отвернуть голову от свекрови. Милые дети со своим приветом… о да, с полным приветом! Но с каким замечательным…

— Александра, мы работать сегодня будем? — Терпение у Орро титановое, не иначе — голос спокойный-спокойный, будто ученица не отвлекается третий раз подряд.

— Будем, будем…

— Ну так закрой глаза. И представь то, что я просил.

Я с сожалением отворачиваюсь от письма. И разворачиваю сферу.

«То» — это структуру тела. В объеме. Я в принципе эту самую структуру неплохо представляла, но отграничить отдельно нервную, отдельно костную, отдельно энергетическую не слишком умею. А уж представить их в работе было не проще, чем выучить историю клана Южных Скал. Орро приходилось еще круче — учить кого-то чарам, которые и сам представляешь, мягко говоря, смутно, не самое легкое дело. Так что наше обучение напоминает езду глухого и слепого на машине. Один видит, другой слышит, и остается только надеяться, что у нас в конце концов что-то получится.

Пока, если честно, мы добились не очень многого. В активе наших экспериментов числился один вылеченный синяк, один резко выросший гребень и одна двухголовая змея. Хм, вообще-то до начала эксперимента змея лишними головами не отличалась, была всего-навсего ранена в хвост. Хвост вылечить удалось? Удалось. И претензии змеи (а они были, причем выражались не только шипением) не принимаются. Еще у нас получилось отрастить когти на моем крыле… то есть не получилось задуманное, потому что планировали мы вовсе не наращение когтей, а восстановление поврежденных мускулов.

Двигаться дальше Орро не соглашался, да я и не настаивала. Сначала надо стопроцентно отработать то, что есть, а потом уже усложнять. Вот только с материалом для экспериментов у нас сегодня туговато. Песчанка, насмотревшись на змею, решила, что судьба подопытного кролика не для нее, и смылась к деду Гаэли. Остальной народ тоже не имел проблем с воображением и, живо представив себя с лишними головами, вспомнил о неотложных делах и рассосался в стороны. Так что эксперименты пришлось отложить на пару часов, пока не отловился подходящий материал, с гребешком, хвостом и чешуей.

Да нет, при чем тут драконы? При чешуе? Слушайте, а уху вы тоже из драконов варите?

Вот и мы из рыбы…

— Видишь слои?

— Вижу.

— Повреждения?

— Вижу.

— Что дальше, помнишь?

— Помню. Проникнуться структурой, чтобы увидеть гармонию строения… Орро, это даже звучит бредово.

— Александра…

— Помню, помню. Итак, слои… повреждения… гармония… изначальная структура… слить энергию… восстановить до нормы… норма. Ух ты, получилось!

— Не совсем. Помнится, на плавниках не было колючек…

— Блин!

Еще одна попытка, и следующая рыбка обрастает шерстью. Со здоровьем у нее полный порядок, она бодренько плещется в рукотворном заливчике, вот только на рыбу похожа мало. Скорей на симпатичного моржа карликовой разновидности. Третьей рыбке везет еще больше. Что там получилось с ее энергоструктурой, не представляю, потому что обследовать стало некого — подопытная улетела. Ага, на плавниках. Не знаю, как-то вышло.

Орро смотрит на свои лапы, чтобы не встречаться со мной взглядом, я скрежещу зубами и берусь за рыб всерьез. С этой минуты ни одной ошибки. У меня получаются идеальные плавники: один, другой, пятый, седьмой… Вдохновленный Орро радостно обещает перейти к излечению более сложных частей тела и советует пока вылечить собственное крыло. Счастливая я лечу… и потом минут пять прихожу в себя, разглядывая то, что получилось.