ВАМП. Практикум по целительству - Лана Ежова

Ведущий напевно объявляет второго бойца:

— Встречайте, О-о-ожог!

Противник мэтра вразвалочку выступает на песок босиком и в обрезанных выше колена штанах. Он также впечатляюще сложен, но зрители приветствуют его намного сдержанней — в любви никто не признается.

Звонкий удар гонга возвещает о начале боя. Ведущий вьюном выскальзывает с арены. Торопится он недаром — противники встречаются в ее центре как два вихря. Быстрые, беспощадные, резкие удары…

Вскоре становится ясно: мэтр сильнее и опытнее Ожога. Его боковые удары в голову заставляют меня морщиться — воображение ярко рисует картинку того, что происходит сейчас с мозгом противника.

Тройной удар Фликса — боковой в челюсть, прямой в нос и снизу в подбородок — лишает Ожога последних крупиц уверенности. Иначе почему его движения становятся такими рваными? Резкие отскоки, суетливо и раньше времени выставленные руки при защите… Хотя, может, я не понимаю, и это такой стиль драки?

Атака следует за атакой — мэтр заставляет Ожога оставаться в глухой защите. Кровь стекает с разбитого лица боевика, щедро орошая песок…

С появлением Фликса Мелиссе уже неинтересен флирт с покалеченным ею магом, все ее внимание теперь принадлежит происходящему в круге. Я замечаю, что она болеет за мэтра и зло улыбается, когда его противник пропускает удар.

Фликс побеждает. Зрители неистовствуют. Ведущий верещит что-то малопонятное, сливающееся с ором толпы.

Идя с арены, в этот раз по тому проходу, возле которого стоим мы, мэтр прижимает к правому боку руку. Зацепил-таки Ожог…

Поравнявшись с нами, Фликс указывает пальцем на Мелиссу, затем на меня:

— Ко мне. Обе. Живо!

Почему именно сейчас? Когда мой черед обрабатывать раны бойцов? К мэтру уже подскакивает господин Херт, и мне достается его проигравший соперник.

— Что делать? — обрисовав ситуацию, спрашиваю совета у Мелиссы. — Пойти сейчас или чуть погодя, осмотрев Ожога?

— Я пока не пойду, мне нужно отдышаться. — Наставница выглядит все еще взволнованной. — Дождусь тебя, хватит десяти минут?

Откуда же я знаю? Вздохнув, отправляюсь выполнять свои обязанности.

Мне есть чем оправдаться перед мэтром — его же предыдущим приказом своевременно исцелять бойцов гильдии и гарнизона, чтобы утром нельзя было сказать, чем они занимались ночью. А что скажет Мелисса, когда он спросит, почему не явилась пред его темные очи сразу? Впрочем, интуиция подсказывает: о зельеваре, торгующем приворотами, не стоит волноваться, выкрутится из любой ситуации.

Все тело Ожога в гематомах и ссадинах. Кроме того, сломана рука в кисти. К счастью, перелом закрытый, маг сильный, и много времени помощь ему не занимает. Боец отказывается идти в импровизированную палату, и я его понимаю: на арену выходит… орохоро.

Со слов ведущего ясно, что четырехрукий гигант — один из плененных степняков. Каким образом его заполучил мэтр для боев, можно только гадать.

— Вот знал бы, что достанут серого, не вышел бы рубиться с Фликсом! — Ожог смачно сплевывает, не обращая внимания на мое присутствие.

Его товарищ, оказывающий проигравшему боевику моральную поддержку, обидно гогочет:

— Ты против мэтра продержался не больше пяти минут, Скиталец укладывает на лопатки за три! Так тебе ли тягаться с рукастым?

— С-слышь, не с-сыпь мне с-соль на раны, дружище! — шипит сквозь зубы мой пациент.

Чуть сдвинув его маску вниз, занимаюсь рассеченной бровью, попутно краем глаза поглядывая на арену: любопытство сильнее жалости и отвращения к логически неоправданному мордобою.

Когда степняки во время прорыва прошли сквозь телепортационную арку, было не до разглядываний.

Сейчас же я имею возможность рассмотреть орохоро вживую. Даже самые подробные рисунки в книгах не передают всей мощи и чуждости существа с четырьмя верхними конечностями. Я даже применяю заклинание, усиливающее зоркость, чтобы рассмотреть лучше.

Смутно помню, что у степняков из зала перемещений было множество украшений на руках и шее, у этого же на мощной груди болтается только один кулон в виде белого клыка. Вязь татуировок щедро покрывает руки и обнаженный торс, а еще на серой коже есть шрамы и свежие рубцы, шершавые даже на вид оттого, что плохо обработаны. Мускулы под ними напоминают каменные грубые плиты и корабельные канаты.

Пленник дерется против двоих бойцов достойно, успевая отбиваться и атаковать. И при этом заметно подволакивает ногу, которая если и была подлечена, то недобросовестно.

Окончание боя мне не увидеть — выросший за спиной Фликс обманчиво спокоен:

— Ты закончила? Бери свою старшую подругу и бегом за мной. И предупреди ее, задержитесь еще — желаемого не получит никогда.

Передавать угрозу нет нужды — с ярко блестящими глазами госпожа Вогар следует за мэтром впереди меня. Нездоровое какое-то возбуждение настораживает. Впору поинтересоваться, не угощал ли ее кто-то из своей фляжки, а то некоторые маги не чураются бодрящих настоев…

В импровизированном кабинете — пещерке длиной десять-пятнадцать шагов — мэтр холодно произносит:

— Госпожа Вогар, меня смущает ваша необязательность и недисциплинированность. Я всерьез задумываюсь, а достойны ли вы доверия? Стоит ли продавать вам столь опасные вещества, которые вы просите?

Мысленно стону. Вещества? Значит, не одни лишь травы? Неужели она изготавливает не только приворотные зелья и антидоты к ним, но и еще что-то запрещенное?

Наставница ведет себя неадекватно, одна безумная улыбка чего стоит! Что с ней?

— Я не буду оправдываться, сейчас совсем не до глупых слов.

Преодолев разделяющее их с Фликсом расстояние, она… она виснет у него на шее!

— Вы что себе…

Закрыв ошарашенному мэтру рот ладонью, Мелисса качает головой:

— Не надо. Я так рада за тебя, Вит! Что помогло? Упражнения или снадобья шаманов?

У мэтра широко раскрываются глаза. Такого потрясения я еще не видела на его лице.

— «Orte-daretoo», — произносит он глухо, и вход в пещеру закрывает непрозрачный синий щит. С трудом, но бережно отцепив руки Мелиссы от своей шеи, он устало спрашивает: — Я так понимаю, что отпираться глупо? На чем я погорел?

— Сердце подсказало. — Счастливые глаза наставницы сияют ярче драгоценных камней. — А еще… я ведь недаром не пропускала твои бои!

Кивнув и что-то нажав на браслете, маг… Я тру глаза, хотя освещение в пещере выше всяческих похвал. Иллюзорный облик мэтра тает, открывая настоящую внешность. Король преступного мира Вышеграда — Виттор Ораш?!

Холод камня под задом заставляет с удивлением осознать, что я сижу. Когда это я успела рассесться? Шэйш, не помню!

— Ну и зачем ты это сделала, Мелисса? Да еще при ней? — Кивок в мою сторону. — На ребенке и так много клятв висит, теперь еще одну брать придется.