Начинающая Богиня - Людмила Гурламская

— Что ТЫ можешь знать о боли, которую причиняют созданные в любви? — шершаво проговорила голова потрескавшимся ртом.

Вид ее был ужасен. Но, как ни странно, именно ужаса я не испытывала. Я пыталась себе представить, как она будет выглядеть, если убрать все эти шрамы и язвы, волосы отрастить… Вопрос застал меня немного врасплох. Я не спешила с ответом.

— Да, я никого не создавала, — признала я и продолжила, тщательно выбирая слова: — Но и меня предавали те, кого я считала друзьями. И даже до рождения умудрились предать. И я до сих не знаю точно, кто это.

Хранительница неодобрительно фыркнула.

— Тебя предали и ты ничего не делаешь???

— Делаю, — возразила я. — Я провожу расследование, пытаюсь восстановить ход событий… у меня есть подозрения, но пока недостаточно доказательств…

— Сжечь все население и дело с концом, — зло прошипела она.

Я горько усмехнулась.

— Среди них есть те, кто мне дорог…

— А если б не было, уничтожила бы? — усмехнулась кривым ртом Хранительница.

Я покачала головой.

— Нет. Каждый должен отвечать только за свои действия. Невиновные не должны страдать за чужие деяния.

Хранительница задумалась и, кажется, пустилась в воспоминания. По ее изуродованному лицу пробегали тени, оно то хмурилось, превращаясь в еще более жуткую гримасу, то озарялось подобием улыбки.

— Ты еще молода, девочка, — наконец выдала она. — Но в твоих словах есть мудрость. Зачем ты пришла?

— Я ищу свою маму, — честно призналась я.

— А-а, — протянула хранительница, — наверное, эта та бедная девочка, которая сидит у меня на затылке, — она странно хихикнула. — Хочешь, чтобы я тебя проводила к ней?

— Да, — затаив дыхание, ответила я. — Меня и моих спутников.

— Хорошо, — ответила она и неожиданно ехидно спросила: — А что ты дашь мне взамен? Ты ведь ее заберешь? А мне будет совсем скучно!

— Благословлю! — с перепугу брякнула я и только потом с ужасом подумала: «А зачем ей мое благословение?». С досады шлепнула себя по бедру. Рука наткнулась на что-то твердое. Я полезла в карман. Желудь! Тот самый, подарок Великого Дуба. Эльфийский желудь! С тех пор я так и носила его с собой.

— Валяй! — согласилась она. — А я посмотрю, надо оно мне или нет.

Я оторвала руку от поверхности планеты и обернулась.

— Всемир! — позвала я. — У тебя была вода. Мне надо посадить желудь. Только вот куда? — взгляд заметался по округе.

— Вон там песочек. Красненький, — Шейла кивнула с папиного плеча куда-то позади меня.

— А зачем? — спросил папа.

Место, куда показывала Шейла, оказалось как раз на границе разлома. Ага, того, где посланник завис.

— Услуга за услугу? — хитро прищурился Всемир.

— Что ты хочешь сделать? — спросила Матрена.

— Посадить желудь, — нетерпеливо пояснила я. — И благословить его.

Ямку мы рыли все впятером. Потом Всемир вылил треть воды на дно. Я торжественно положила туда желудь. Опять же дружно его закопали, Всемир полил остатками озерной воды. Я наложила руки на холмик.

— Я помогу, — серьезно сказала Матрена и положила свои руки поверх моих. — Сила сказанного удвоится.

— Утроится, — сказал папа и повторил ее жест.

— Учетверится, — хмыкнул Всемир.

— У-у-умножится! — возвестила Шейла и прыгнула на всю конструкцию всеми четырьмя лапами. Я невольно крякнула. Ну и как под таким весом пытаться сосредоточиться?

— Благословляю тебя, маленький желудь, — начала я, — на быстрый рост, на долгие века полной жизни, на многочисленное потомство. Дарую тебе способность расти и прекрасно себя чувствовать без воды и без кислорода. Твои корни научатся извлекать воду из камня. Твои листья будут тянуться к свету, но они смогут прекрасно жить и без него. Твои потомки да имеют способность прорастать в любом месте. Ты сам будешь себе дождем, ты сам будешь себе солнцем. Да приумножатся твои века во всех измерениях! — я замолчала. Следом за мной заговорила Матрена:

— Дарую тебе способность латать, сращивать, разглаживать пространственно-временные разломы. Ты — мастер пространства!

— Дарую тебе способность к магии! — просто, но емко сказал папа.

— Да пребудет с тобой сила во всех веках! — совсем как герой из «Звездных войн» пожелал Всемир.

— Да пребудет… — начала Шейла, — да пребудет с тобой божественная мудрость и божественная любовь! — пожелала она желудю.

— Да будет так! — в завершение сказала я.

— Да будет так! — хором повторили мои спутники.

Шейла спрыгнула с наших рук и мы по очереди убрали их.

— Расти, — шепнула я напоследок.

А потом было томительное ожидание. Все уселись вокруг места посадки и гипнотизировали мокрое пятно на песке.

— Ну и? — минут через пятнадцать спросила Шейла. — Когда он изволит прорасти?

— Не знаю, — рассеянно ответила я. — Обычные желуди долго прорастают…

— Этот столько благословений получил, между прочим, от двух богинь, магистра энного количества магических наук, мироходца и одной замечательной кошки, мог бы уже и проклюнуться! — обиженно проговорила Шейла и сердито дернув хвостом, повернулась задом к месту посадки.

Ну что тут скажешь? Я вздохнула. Конечно, роптать на желудь бессмысленно. К тому же, я еще никогда подобным образом их не проращивала. Да и вообще не проращивала! Эх, надо было взять с собой Эльдара, у него хоть есть опыт в этом в деле. Если бы знать заранее, как дело обернется… А так, кто их знает, эти эльфийские желуди. Но попробовать стоило. И когда я уже совсем решила, что ничего не произойдет и опустила взгляд, изо всех сил стараясь не расплакаться от отчаяния, что-то хрустнуло. Все разом обратили взоры на место посадки. Холмик приподнялся и потрескался. Через мгновение нас осыпало красноватым песком и на поверхности показался жирный светло-зеленый росток высотой сантиметров в тридцать. Через минуту он вырос еще вдвое и выпустил два листочка. «Листочки» весьма напоминали дубовые красивыми волнистыми краями, а вот по размеру… размер был немного гипертрофирован. Ежеминутно кряхтя, дубок принялся ветвиться. Мы молча взирали на это буйство, потом благоразумно отошли подальше. Минут через пятнадцать дерево достигло пяти метров. В воздухе запахло озоном. Шейла с сомнением принюхалась.

— Кислород?

— Выделил из породы, — констатировал Всемир.

Еще через несколько минут уже десятиметровое дерево окутало себя туманом и оросило дождем.

— Переборщили, — не отрывая взгляд от чудо-дерева, прошептала Шейла и запрыгнула ко мне на руки. С дуба начали падать спелые жирные желуди. Они долго катились, как будто с заранее заданным ускорением, останавливались примерно в пятнадцати метрах от родителя, сразу же пускали корни и стремительно прорастали. Если какой попадал в разлом, тот схлопывался с оглушительным треском.