Русалка в академии - Мария Максонова

Мы замерли лицом к лицу, глядя друг другу в глаза и почти не дыша.

«Какая же я была дура», — почему-то пролетело в голове. Обижалась на него, винила, думала, что он ничего не делает для остальных, только бегает по инстанциям и ерундой занимается. А он... он готов умереть рядом со своими людьми, как капитан, последний покидающий тонущий корабль.

— Там песчаная буря! — закричал, подбежав, Териф, пытаясь отдышаться. — Военные собирают людей, но здесь негде укрыться.

Его крик будто сорвали с меня оцепенение, я растерянно огляделась по сторонам и велела:

— Младших детей и беременных женщин пусть ведут на корабль, для них все опаснее, чем для других. Если что, это будет последний рубеж обороны, их-то я всяко укрою и сберегу.

— Лариф, Териф... — начал Ярис.

— Мы останемся, — прервал его неожиданно твердо Лариф.

— Но...

— Мы уже не дети, мы военнообязанные маги. Мы будем прикрывать отход.

Началась суета, люди бежали, дети кричали, семьи со слезами на глазах прощались с детьми, но все понимали, что на корабле будет легче спастись, особенно когда я подняла вокруг него защитную волну-ракушку. Она пока была открыта со стороны берега, чтобы можно было усадить всех, кто поместится на корабль. Начали с самых младших и тех, кто быстрее прибежал. Некоторые семьи боялись расставаться, паниковали и истерили, другие старались действовать рационально. К Ярису постоянно подходили мужчины и женщины и что-то требовали от него. Лариф перевел мне, что требуют они гарантий, что, если дети выживут, а их члены семьи — нет, то он позаботится о них, не оставит без опеки. Ярис клялся, что постарается уберечь всех, но ему не верили, плакали, просили, требовали...

Военные, прикомандированные к охране лагеря, пытались соорудить что-то вроде нор-землянок в качестве укритий, но было видно, что сил их не хватает. Магов земли к охране лагерей не приставляли, тут были в основном огневики, но они пытались сделать хоть что-то, распихивая по получившимся землянкам детей постарше, не поместившихся на корабль, и женщин.

Когда на корабле закончились и каюты, и место на палубе, пришло время запечатать наш «ковчег».

— Арина, идите на корабль, — велел Ярис, когда услышал от Гарта, что места больше нет, и так детишки постарше сидели на палубе вплотную друг к другу. Самых маленьких отправили по каютам, к каждой группе приставили несколько женщин, чтобы не сильно ревели, но в целом дети были и так довольно сильно истощены, несмотря на недавние улучшения в рационе, так что капризов и диких криков не было.

Вместо того, чтобы послушаться, я кивнула Гарту, и тот понимающе велел убрать трап. Я же собрала вокруг побольше воды и сделала стены пузыря в полтора метра толщиной, надеясь, что песком и ветром его не прорвет.

— Арина, — протянул Ярис недовольно, — вы должны быть на корабле.

— Не волнуйтесь, себя я прикрыть успею. Не смотрите на мою инвалидную коляску, при необходимости я нырну в реку быстрее метеора. Но, пока есть время, посмотрим на проблему поближе.

«Я могу увеличиться в размерах и закрыть людей», — предложил в моей голове Кракен.

Я глянула на него удивленно.

«Ты ведь разбухаешь от воды, а тут вокруг воды кот наплакал».

«Я смогу! — прозвучало обижено, — я большой и сильный!»

Я усмехнулась:

«Конечно, ты самый большой и сильный осьминог, какого я знаю. Но дай мне немного подумать».

Было очевидно, что это не выход, и так Кракен скорее убьется. Здесь недостаточно воды, чтобы ему раздуться и создать себе подходящего размера водяной пузырь. Но, даже если бы воды хватило, его пузырь мягкий, это не водный щит, а просто вода вокруг его тела. Он спас его от нападения огненных магов, когда он ломал дамбу, просто затушив огонь, но ветер и песок легко высушат воду и доберутся до его мягкой кожи. Нет-нет, надо что-то придумать другое.

Я поехала вон из лагеря навстречу пустыне. Военные все еще пытались что-то рыть, но маги были уже слишком обессилены, мужчины из лагеря тоже помогали, но исключительно физическими силами. Лопат было немного, но приспосабливали что ни поподя: палки, металлические миски и горшки, рыли даже просто голыми руками. К сожалению, земля была под ногами плотная, каменистая с примесью глины, без магии создать убежище невозможно.

На горизонте уже можно было даже обычным человеческим зрением разглядеть желтые клубы, а моим и вовсе было видно отдельные и перемешивающиеся тучи песка, как они наскакивают на землю, будто мчащие из пустыни песчаные барсы. Я прищурилась, разглядывая и прислушиваясь к магическому фону. Мне в каком-то смысле даже хотелось, чтобы там, в этой буре обнаружился один единственный источник проблемы, зверь, которого я могла бы одолеть. В прошлый раз это были одержимые птицы, которые принесли мне камни Крылья Неба, но здесь я ничего такого не чувствовала. Магия воздуха была разлита в буре равномерно, словно вся она — одно огромное чудовище.

Крылья Неба. Точно. Способность повелевать Воздухом.

Я попросила Кракена достать камни, которые он хранил в полости внутри своего тела, и он выложил на мою ладонь три осколка будто из желтого стекла с рисунком, напоминающим чешуйки на крыльях стрекозы. Если одержимые птицы могут создать торнадо с помощью этих камней, быть может, человек сможет развеять песчаную бурю?

Я сжала камни в ладони и попыталась сама обратиться к их силе, но ровным счетом ничего не почувствовала. Пустота и холод, никакого отклика. Обратилась к внутреннему зрению... я видела их сияние, как и Крови Моря, только они светились желтым, а не голубым. Но моя энергия проходила сквозь эти камни, не зацепляясь за них, они мне не откликались.