Путь домой. Четыре близнеца - Наталья Щёголева

– Вы, молодые люди, настоящее чудо природы! Диву даюсь!!! Ваше сходство просто поразительно!!! Вижу, вы тоже в шоке… Что ж, думаю, я понимаю ваше состояние и, пожалуй, не ошибусь, решив, что вам есть, о чём поговорить, верно? Тогда будет лучше, если я оставлю вас наедине.

И герцог, таинственно улыбаясь, покинул комнату. Виктор невольно проводил Его Светлость взглядом: «Оставить? Вы очень любезны, милорд, но сдаётся мне, оставить нас наедине выше ваших сил». Дверь бесшумно затворилась, и Виктор медленно развернулся к Антуану. Их взгляды снова встретились.

«Так вот ты какой, Антуан! И зачем же была нужна та порка?! В каком качестве ты здесь?!» – начал немой диалог Виктор.

«Теперь-то я знаю, что вы мне братья», – мысленно отозвался Антуан, – «Но что изменилось? Мы всё равно чужие люди. Вот этот мечтает стать богатым, как сказал герцог… А знает ли он о моей встрече с Эженом? Да что это я… Не может не знать. Плохо. Брат…»

Вдруг Виктор улыбнулся, как показалось Антуану, печально:

– Позвольте спросить, сударь, как вы относитесь к моему появлению?

Антуан оказался не готов к такому вопросу, а потому и не стал спешить с ответом. Он медленно отошёл к оставленному прежде креслу и тяжело опустился в него, при этом не сводя с Виктора пытливого взгляда:

– Как отношусь?.. Труднее вопроса не придумаешь. А ты?

– Удивлён, – просто ответил Виктор, – Мы и правда похожи до безобразия сильно. Я говорю о внешнем сходстве, конечно. А что бы вы сделали, встреться мы при других обстоятельствах?

При этом Виктор отошёл к окну, позволил себе присесть на подоконник, и теперь Антуан не мог смотреть на него, не жмурясь от яркого солнца, бьющего прямо в глаза.

– Например? – в его голосе почувствовалось раздражение, и Виктор распознал это, как распознал и собственную набирающую силу злость. Всё-таки та порка оставила глубокие шрамы не только на его спине, но и на душе. Вот эти душевные раны сейчас вдруг вскрылись и с этим надо было срочно что-то делать, этим он и занялся в первую очередь:

– Спрашиваете «например»? – отозвался Виктор, – А давайте представим какую-нибудь таверну, тихое послеобеденное время, непринужденную пьянку…

В ответ Антуан горько поджал губы: «Да, он, конечно же, знает и не может мне простить!» – сделал он вывод и сам же содрогнулся от его незыблемости. И тут же в его душе поднялся сильнейший протест: «Нет, всё не так просто! К тому, что тогда случилось, есть причины, объяснение! Есть!!!» И Антуан выпрямился, а боль от раны в спине только ещё больше подстегнула его желание принять этот бой:

– Я привык видеть глаза человека, с которым говорю, – не без вызова воскликнул он, – Будь так любезен, отойди от окна.

– Ох, прошу прощения, – легко уступил Виктор и выполнил эту просьбу, отошёл к камину и опустился в стоящее там кресло, – И всё же я задал вопрос.

– Да, но ещё не сказал всего. Будешь продолжать?

Виктор не произнёс ни звука, но его глаза исполнились такой глубокой печалью, что Антуан внутренне содрогнулся и вдруг выдал:

– Все мы платим по долгам, и я догадываюсь, что ты здесь делаешь…

– И что же? – тоже сощурился Виктор.

– Меня рассматриваешь, – вдруг усмехнулся Антуан.

В ответ Виктор удивлённо повёл бровью: «А ведь он парень не промах и… да, чертовски похож на нас!»

– Кажется, вы занимаетесь тем же, – заметил он вслух.

Но Антуан неожиданно сменил тему:

– Так ты служил барону Парадессу? Или нет?

– Да, было такое.

– И успел за это время увидеть его племянницу?

«Так, ему много рассказали», – мелькнуло в голове Виктора:

– Я имел удовольствие оценить её красоту и раньше, до поступления на службу к барону.

Виктор не мог не заметить нехороший огонёк, мелькнувший в глазах Антуана.

– Интересно, и при каких же это обстоятельствах?

– Во время несостоявшейся казни некоего Анри Монсо. Вы не слышали об этом?! Правда?! – совершенно искренне удивился Виктор: «Ты ведь врёшь, верно?! Не мог ты не слышать об этом, если знаешь, что графиня де Монсар в бегах. Что ж, сыграем», и Виктор от души рассмеялся, – Как же! Это событие потрясло весь Рунд. Я видел эту комедию во всех подробностях. И это, скажу я вам, было нечто… Анри едва не повесили, графиня де Монсар вступилась за него, но это не спасло бы его, если бы его друг не прорвался сквозь строй стражи и не освободил бедолагу.

И Антуан тут же подался ближе:

– Друг?!

Что ж, Виктор понял и этот знак: «Он знает про Френсиса! И ему интересно знаю ли я…»:

– Да, друг. Он был в маске.

«Получается, он не видел лицо Жана!» – и Антуан заметно расслабился, даже позволил себе откинуться на спинку кресла, – «Но это значит, что… Чёрт возьми! Анри в самом деле может оказаться братом Марианны, а Жан спас его! Снова Жан!!!»

– Сударь… – Виктор заставил Антуана вернуться к реальности.

– Я, собственно говоря, имел в виду другое, – тут же вскинулся Антуан, – Я слышал, что барону удалось выследить её…

«Вот-вот, братец! Слышал! Давай уж на чистоту!» – Виктор рассмеялся и, повысив голос, заявил:

– Да, и это ему удалось ни без моей помощи.

Брови Антуана медленно поползли вверх, и Виктор поспешил добавить:

– Правда, графине вновь удалось бежать. Отчаянная девица, скажу я вам, да и тем, кто ей помогает, смелости не занимать.

Глаза Антуана потемнели, а сжатые кулаки побелели. Что ж, Виктор с прискорбием отметил и эту перемену: «Ревнует!» – чётко поставил он диагноз. Но Антуану уже удалось немного овладеть своими эмоциями:

– Позволь узнать, а что движет тобой? Что заставило выслеживать графиню?..

– Барон обещал щедро заплатить, – с готовностью ответил Виктор, и в тоне его звучало: «Неужели это не понятно?»

– Значит, ты жаден и, наверно, мечтаете стать богатым.

– Нет, уже не мечтаю, я знаю, что стану богатым.

«Так ты позарился на моё состояние! Да, всё, как и сказал герцог. Надо признать, Его Светлость умеет разбираться в людях», – пролетело в мыслях Антуана:

– Интересно звучит, учитывая наше сходство.

– Признайтесь, при других обстоятельствах вы бы приказали высечь меня за такое нахальство, верно? – Виктор сощурился, – Но это другой случай. Вам тоже понадобилось наше сходство. Зачем же?

И Антуан снова напрягся. Было видно, к этому вопросу он оказался не готов, а потому и невольно ожесточился:

– В твоём положении лучше не задавать лишних вопросов. Мы разные люди!

– Правда? – усмехнулся Виктор, – Вы в зеркало давно смотрели? Многие ли смогут нас различить?