Цена свободы - Инна Живетьева

— Слушай, а ведь Тимс в тебя влюбился!

— Скажешь тоже! — отмахнулась Сима.

— А что, он прямо по пятам за тобой ходит. Давай поспорим, что скоро выйдет?

— Очень мне надо спорить!

— Вот! — подняла Аля палец.

— Даже если и влюбился, что с того? — жестко спросила Сима, и Аля растерялась.

— Ну как это... А что, он тебе не нравится?

— А это неважно, нравится он мне или нет. Совсем неважно.

Аля от удивления спустила ноги с подоконника, Сима тут же присела рядом.

— Даже если отбросить то, что мы собираемся жить в разных мирах. Что у нас может быть общего? Он для меня как инопланетянин. Ой, Алька, не умею я объяснять!

Аля задумалась, поскребла каменную стену пальцем. Нет, все-таки она не хотела бы жить в замке, неуютно. Окна маленькие, стены слегка влажные, и свет шаров слабо освещает коридор. Непривычно. И что-то есть в Симиных словах правильное. Аля вздохнула:

— Ты просто сама не влюбилась, вот и все.

Сима кивнула:

— Конечно. Как я могу в него влюбиться?

— Можно подумать, влюбляются как-то и по желанию, — фыркнула Алька и тут же прикусила язык: из зала вышли Славка с Алексеем. Сима проследила ее взгляд, чуть слышно хмыкнула.

— Чего сидим? — задал Славка тот же вопрос.

— О любви говорим, — улыбнулась Сима.

Славка озадачился. У него на лице явно читалось: «Ну, вы и тему нашли!» Алешка демонстративно уставился в окно, глядя поверх Алиного плеча.

— Ага, главное, к месту, — наконец пробормотал Славка.

— И вовсе не о любви, — ощетинилась слегка покрасневшая Алька. — Я смотрела, где могла быть лаборатория дрида.

— А, вы тоже, — легко отбросил любовную тему Славка. Сима глянула вопросительно. — Если тут бывал дрид, то имеет смысл обыскать замок. Может, что полезное найдем, узнаем.

— И как ты себе это представляешь? — покрутила пальцем у виска Аля.— Замок-то ого-го!

— Ну, хотя бы самые старые, заброшенные коридоры. Давайте чуть попозже, когда эти, — мальчик мотнул головой в сторону зала, — как раз до кондиции дойдут.

— Наши не дойдут, — заметил Алешка.

— Ну и фиг с ними. Главное, чтобы местные не засекли, а нашим соврем про неуемное любопытство.

— И Аскар тогда точно всыплет, — усмехнулась Аля, с вызовом глянув на Алешку.

Тот растерялся.

— Не всыплет, — поспешно вставил Славка. — Если Рик с нами пойдет.

Девочка улыбнулась, оценив столь быстрое вмешательство полупрезрительным изгибом губ.

Аля вернулась в зал и осторожно присела на лавку. Барон все-таки уговорил петь хором, правда, не ведуна, а Ильма и Атена. Пели про то, как едет по бескрайней степи ратник, возвращается домой, где ждет его семья. Мелодия совсем простенькая, стихи не блистали изысками, но была такая искренность в голосе воинов, что Аля заслушалась. Как там дома — надеются ли еще?

Сидевший напротив Талем наклонил голову, спрятал глаза под волной упавших волос. Але стало очень жаль его. Когда Рик рассказывал о погибшей семье ведуна, главным был страх перед жестокостью этого мира. А вот сейчас Аля поняла — это не фрагмент из учебника истории, это живые люди. «Мы ведь ничего о них не знаем! Совсем ничего! Чем живут, чего они хотят. Мы только боимся их или надеемся на них!»

Аля повернулась, чтобы поделиться своим открытием хоть с кем-нибудь. И увидела Влада. Тот застыл на пороге, не сделав шага в комнату. Служанка, несшая кувшин с вином, бесцеремонно подвинула мальчика. Влад сел на край скамьи, положив перебинтованные руки на стол.

— Ты что? — повернулась к нему Аля, мельком подумав, что пора сменить повязку, ткань загрязнилась.

— Я вот думаю... Костя, он, наверное, сейчас играет такое... Вот сейчас, вечером. А потом переоденется, и его поведут в дом Ласка. Представляешь? Он придет в комнату, а там нас нет. Там пусто. Только он и Антон. Представляешь?

Альку передернуло. «Его я тоже не знаю», — подумала она, и это немного напугало. Как-то привыкла уже к ребятам, мысленно отведя каждому его роль. А с чего она взяла, что, если Влад циник, то ему не может быть тяжело из-за другого? Але стало не по себе, захотелось зажмуриться, тряхнуть головой и забыть все эти мысли, вернуться в уже привычное состояние. Но это было невозможно, и она задумалась: а Алешка? Что он носит в себе, кроме той боли, которую видно другим?

Рик согласился на вылазку сразу. Только смотался на конюшню и вытащил из сумки Талема хвост саламандры да прихватил веревку. Влад, увязавшийся с ним, уговорил взять еще ножи. Пиршество продолжалось уже больше четырех часов, и Аля сомневалась, что кто-то из «своих» может сейчас встать из-за стола. А местные так сбились с ног, что им не до детей. Башню для исследования выбрали «на глаз»: самую потрепанную, как наиболее старую.

Извилистый коридор тянулся в нужном направлении, по нему и пошли. Рик шагал впереди, освещал дорогу. Осторожно вытягивал руку, прежде чем зайти за поворот. Тень, неожиданно выросшая на стене, показалась ребятам гигантской. Рик даже отпрыгнул от неожиданности, а Славка мгновенно изготовил к броску нож.

— Это я, Тимс! — крикнул человек и вышел на свет.

— Ты что тут прячешься? — холодно спросил Рик.

— Простите, сэт. Я просто хотел пойти с вами.

— Ты подслушивал, да?

Аля чуть поежилась: тон у Рика был еще тот — княжича.

— Сэт, я нечаянно услышал! — попытался оправдаться Тимс.

— И кто услышал еще? Аскар? Или Талем?

— Никто, сэт! Я никому не сказал.

— Никому? — поднял брови Рик. — Ты не сказал своему командиру?

Аля с жалостью посмотрела на Тимса. Он ведь всего года на два-три старше их. Хотя это в школе между восьмым и одиннадцатыми классами пропасть, а тут возраст меряется по-другому.

— Рик, — осторожно начала Сима. — Он же...

— Вы не понимаете! — посмотрел на ребят, нехотя кивнул: — Хорошо, пошли.

Из башни в башню можно было попасть либо по внутренним переходам, либо по навесным мостам. Но идти через улицу ребята не решились. Выбирали ходы самые старые, а значит, запущенные и грязные. Сырые темные коридоры поворачивали под неожиданными углами, несколько раз им приходилось перелезать через груды досок и камней, натыкаться на полуобрушенные лестницы и галереи.

— Несет нас черт знает куда, — ворчал Влад. — Хотел бы я знать, как мы обратно потащимся.

— А по-моему, тут очень интересно, — ответила Алька, оглядывая висевшие на стенах основательно подпорченные сыростью картины. — Главное, чтобы паук за шиворот не свалился. А то я заору так, что все сбегутся.

— Не сбегутся, мы далеко ушли, — успокоил Славка.