Восход Водолея - Вячеслав Шалыгин

– Я же не бревно, чтобы меня грузить! – гнусаво возмутился космонавт. – Чертов насморк! У вас капель в нос не найдется?

– Постойте, – сказал Раздражаев. – Один из ваших товарищей говорил что-то о третьей атаке. Что это означает?

– Атака? – удивился колонист. – Никаких атак у нас не было. Да и не могло быть. Мы жили тихо и мирно. Вы не представляете, какая там фантастическая природа! А какой воздух! Воевать в раю... это глупо. У нас было все, что мы хотели, освоение неизведанных просторов давало нам полный комплекс ощущений. Был и азарт, и приключения, и все остальное. Мы жили полной, интересной жизнью. Без всяких там войн. У нас даже преступности не было.

– Все стали ангелами? – удивилась Света.

– Нет, зачем? Просто нам нечего было делить, – космонавт огорченно вздохнул. – Неужели... все оказалось сном? Не может быть!

– Если ваши слова подтвердит хотя бы один из коллег, мы вам охотно поверим, – заявил Раздражаев. – Ведь сны на самом деле явление индивидуальное. В отличие от массовой колонизации.

– Мне все равно, поверите вы или нет, – удрученно сказал пилот, махнув мокрым платком. – И вовсе необязательно ждать подтверждения от других колонистов. Вы можете заглянуть в бортовой журнал.

– Действительно, – опомнился Совковский. – Как же мы раньше-то... Какую кнопку следует нажать?

– С пиктограммой «книжечки», – космонавт снисходительно усмехнулся и чихнул. Прямо на Совковского.

Директор поморщился и активировал ходовой пульт лайнера. Когда «Колонист» ожил, Совковский вывел на большой экран «окно» бортового журнала и нашел виртуальную закладку под названием «Посадка».

– Здесь сказано, что космолет «Колонист-9» совершал всего одну посадку, – спустя минуту, задумчиво произнес Совковский.

– Я говорил то же самое, – согласился пилот.

– Не совсем, – возразил директор. – Речь идет о посадке на Планету. Это произошло полчаса назад.

– Чушь! – космонавт подался вперед, но силы его оставили, и он снова откинулся на спинку кресла. – Этого не может быть! Вы хотите сказать, что мы три года просидели в своем корабле?!

– Скорее, пролежали, – подсказал Жутиков. – В креслах. Вот как сейчас.

– Бред! Я вам не верю! Мы жили на колонии...

– Ну-ну, – скептически «подбодрил» его Совковский, – заканчивайте. Жили на колонии... Название, любезнейший. Как она называлась?

– Я не помню, – сдался пилот.

– Все-таки нам придется допросить кого-то еще, – сделал вывод агент.

– Если успеем, – Паша поднял и отпустил руку еще одного колониста. Она безвольно упала на подлокотник. – Скоро все перемрут.

– Надо срочно выявить причину болезни! – завел прежнюю пластинку Раздражаев. – А кто куда садился и где жил, выясним позже. Доктор, условное выздоровление этого колониста можно считать лучиком надежды, не так ли?

– Ну-у...

– Так давайте обследуем больного более детально. Вдруг из его крови можно выделить анти... что там... уже не помню... антиген? Нет... а-а... вспомнил! Антитела! Так? Иммуноглобулины?

– Ну-у... – Жутиков вспотел. С каждой секундой роль доктора становилась все более тягостной. – Так, если это...

– Если это вирус, – подсказала Света. – Надо перенести пилота в лабораторию.

– Перенесем, – вмешался Совковский. – Только сначала выясним, кто и, главное, когда дал кораблю команду возвращаться.

Он немного помучил компьютер и сдался.

– Там... файл «команды»... – слабым голосом подсказал космонавт и снова высморкался, теперь уже громко, без стеснения, на весь отсек.

– Я уже нашел, – агент озадаченно потер подбородок. – Получается, что приказ был отдан капитаном на двадцать первый день полета. Если считать по корабельному времени. По времени Планеты это случилось полтора года назад. Выходит, вы просто летели, летели, а потом вдруг ни с того ни с сего развернулись и отправились обратно... Н-да... Странно.

– И не было никаких посадок? – уточнил Раздражаев.

– Нет.

– А стыковок? – спросила Светлана. – С посторонними... кораблями.

– Тоже нет, – Совковский полистал журнал. – Был выход в открытый космос для починки антенн, но...

– Вот вам и причина, – поспешил указать Раздражаев. – В этот момент микробы и проникли на борт!

– Выход обычно осуществляется через шлюз! Его конструкция не позволяет посторонним частицам проникать на борт, – слабо выкрикнул пилот. – К тому же в космосе никакие микробы не живут.

– А вирусы? В таких специальных суперкапсидах. Они очень живучи, – возразил патриот-биолог. – Космонавты могли принести их на скафандрах.

Колонист поморщился и устало прикрыл глаза. После продолжительной лихорадки неизвестного происхождения, да еще осложнившейся банальным насморком, чувствовал он себя очень неважно и к долгим дискуссиям был явно не готов.

– Мы лечить их будем или как? – пробурчал Жутиков. – Чего вы прицепились-то?

– Понимание происхождения болезни может оказать нам неоценимую помощь в ее излечении, – изящно жестикулируя, высказался Раздражаев. – Вы не согласны, коллега?

– Все равно я не понимаю, что заставило капитана изменить курс, – сказал Совковский. – Сбрендил, что ли, от высокой температуры? Нет, тут должна быть более весомая и понятная причина.

– Капитан опасался, что корабельные врачи не справятся с эпидемией, и принял решение вернуться туда, где его экипажу смогут оказать квалифицированную помощь, – выдал очередную версию Раздражаев.

– Возможно, – согласился директор. – Хотя непонятно, почему он не запросил помощи у своих пассажиров или экипажей прочих кораблей. Среди колонистов наверняка нашлись бы любые специалисты. И вирусологи в том числе. До ближайшего корабля, к слову, было десять световых минут. Стоило капитану немного сбросить ход, и «Колонист-10» нагнал бы этот лайнер в два счета. Почему он этого не сделал?

– Потому, что все это время мы жили на своей новой планете, – снова очнулся простуженный пилот.

– Но как же показания бортового компьютера, уважаемый? – Совковский постучал пальцем по дисплею. – Это факт. Прямая улика.

– Значит, капитан отключал все системы на время стоянки, – ответил космонавт. – Например, чтобы скрыть находку от прочих экипажей.

– Фу, как некрасиво, – фальшиво возмутился агент. – Разве такое практикуется на космофлоте?

– Соблазн был слишком велик... – пилот пожал плечами.

– А капитан, случаем, не вы? – с профессиональным подозрением поинтересовался агент.

– Нет, я второй навигатор...

– И вы ничего не знали об изменении курса?