Магнификус II - Иван Охлобыстин

– Я убегать не умею, – обиженно буркнул мужчина. – Подземные ходы – это еще один способ жить незаметно. Один ведет к соседней улице, где магазины, другой – где рынок, третий – где больница, а четвертый – запасной вариант. Пусть будет. А соседи – недоумки! Я им дважды объяснял, что подземный ход пройдет под их сараем, а не домом!

– Ты совсем рассудка лишился в своем лесу, – рассердилась женщина. – Я остаток жизни под землей проводить не собираюсь! Один ход рой, так и быть, и хоть спи в нем. Но только один.

– Два, Радира, два! – хлопнул по столу мужчина. – Иначе я выкину секретер и тридцать стульев.

Услышав, как сосед по столику назвал свою даму, Магнификус не выдержал и обернулся. Сомнений не было: за соседним столиком сидели Ульрик и Радира.

– Не верю, – громко произнес Второй, привлекая внимание спорщиков. – О чем вы тут спорите?

Застигнутая врасплох внезапной встречей со старым знакомым, парочка безмолвно уставилась на Магнификуса.

Первым пришел в себя Ульрик.

– Мы в Нульне дом купили, – без всякого намека на приветствие, сообщил он. – Хотим с Радирой начать жизнь заново.

– Этого никто не знает, и мы не хотели никому говорить, – сразу предупредила Повелительница Невест. Теперь мы супруги Ральф и Луиза Геминги.

– Обещаю забыть, что встретил вас. Мне достаточно того, что вы сами наконец встретились, – заверил их Магнификус. – Помнится, мне говорили, что вы сможете встретиться только после смерти Тзинча?!

– Значит, он умер, – предположил Ульрик, а ныне Ральф. – Мы же встретились.

– И что теперь?

– Мы просто исчезли, – ответила Радира. – Когда-то у нас был такой договор с Ульриком, вот и пришло время его воплотить в жизнь.

– Думаете, получится? – спросил Второй.

– Знаем, что получится, – решительно заявил Ульрик. – Либо так, либо никак.

– Я тоже так думаю, – взяла под локоть своего спутника женщина. – Ты осуждаешь нас за это?

– Я поздравляю вас, – сказал Магнификус. – Наступит время, и я тоже приобрету в этих краях маленький домик.

– Как надумаешь, предупреди. Я знаю все свободные дома в округе. Что-нибудь подберем. Хотя дерут в три шкуры! – пообещал Ульрик.

– Предупрежу, – кивнул Второй и полюбопытствовал у Радиры: – Как там в Наггароте?

– Более или менее. После опереточного переворота на храмовой площади Кет Зарин провела с помощью солдат своего отца серию арестов коррумпированных чинов в правительстве. Заключила перемирие с азурами и гномами. Подвижная девочка оказалась.

– У меня скоро свадьба, – сообщил Магнификус. – Я вас приглашаю.

– Мы поднимем за вас кубки дома, – вежливо отказался Ульрик и объяснил: – Хотим, чтобы о нас забыли.

– Прости нас и тоже забудь, – извинилась за обоих Радира.

– Первое не требуется, второе не обещаю, – встал из-за стола молодой человек, расцеловал старых друзей в щеки и пошел к гостинице.

В номере Магнификус застал ожесточенно спорящих священника и жреца. Перед ними лежала готовая колода карт.

– Неужели ты серьезно думаешь, смертный, что судьбу можно предсказать? – негодовал Миб Тоус. – Я сейчас брошу эту кисть на пол, и моя судьба изменится. Карты созданы не для балаганных шарлатанов, а для людей, желающих постичь глубины своего «Я»!

– Почтенная мумия, – не уступал ему Вилли, – твои представления многотысячелетней давности давно устарели. Прогресс и эволюция не стоят на месте. Я не утверждаю, что с помощью карт можно предсказывать будущее, потому что и в настоящем-то путаюсь. Я констатирую, что предсказанная на картах судьба имеет гораздо большую вероятность сбыться, чем не предсказанная, поскольку она и не судьба вовсе, а так – неопределенное будущее. Ты упростил мою мысль до уровня своего жука-навозника.

– Тогда как ты смеешь настаивать на том, что «Дурак» – последняя карта Старшего Аркана, если я лично участвовал в разработке исходной колоды! «Дурак» – начинает Старшие Арканы. Эта карта олицетворяет чистую, наивную душу, не имеющую ничего, кроме природного чутья и готовности к познанию. Она фактор-ключ к любой другой карте.

– Чушь! – взревел сигмариот, – «Дурак» завершает Старшие Арканы и олицетворяет отнюдь не чистую душу, готовую к познаниям, а свойственный разуму парадокс, столь выгодно отличающий даже тебя от жука-навозника. Присутствие «Дурака» в раскладе прежде всего корректирует смысл рядом расположенной карты Старшего Аркана, делая этот смысл обширнее.

– Да, конечно, – язвительно скривился жрец. – Именно поэтому у ваших гадалок каждая карта имеет сразу десяток противоположных друг другу значений. Трактуй, как хочешь, лишь бы деньги платили. Все уйдут довольные с «прямой десяткой пентаклей» в итоговом результате. Будешь богатой, выйдешь за принца.

– Нет, лучше они уйдут с перевернутой «Башней», как символом внутреннего переустройства и ментального обновления! – парировал священник. – Самосовершенствуйся, чадо, и дальше.

– Господа! – подал голос Второй. – На улице давно стемнело, можно выходить.

– Слушаюсь, о Великолепный! – тут же внял его призыву Миб Тоус. – Колода готова.

– Быстро, – похвалил Магнификус. – Скажите мне, уважаемый, что точно я должен буду сделать для вашего народа? До сих пор не понимаю.

– Ничего, кроме того, о чем мы уже договорились, – объяснил жрец. – Древнее пророчество гласит, что участие моего народа в битве под знаменем Великолепного освободит нас от жизни в смерти.

– Тогда, Вилли, накинь на нашего гостя плащ и, когда будем выходить из гостиницы, заболтай портье, – приказал ничего так и не понявший Второй.

Спорщики беспрекословно выполнили его указания, и они покинули номер.

Портье на месте не было, поэтому сигмариоту не пришлось применять свои таланты.

Сторонясь яркого света, троица пробралась к парку неподалеку и остановилась у куста, постриженного в форме шара.

– Вы помните о моей второй просьбе? – напомнил жрецу Второй.

– Мы найдем его, – кивнул тот, скинул плащ и попросту утонул в земле.

– Ух ты! – нагнулся над местом его исчезновения Вилли.

Тут из земли высунулась рука Миб Тоуса, звонко щелкнула пальцем сигмариоту по лбу и опять исчезла.

– Хулиганье трухлявое! Покарай тебя Сигмар! – рассвирепел священник и начал ожесточенно топтать землю.

– Брось, Вилли, – взял его за плечо Магнификус, – он уже далеко. Пошли-ка лучше спать.

Глубоко оскорбленный заштатный клирик напоследок плюнул в траву и поплелся за другом.

На заре молодого человека разбудил гудок клаксона. Магнификус выглянул на улицу и увидел Тордиона, поджидающего его у входа в гостиницу на мотоцикле. Осторожно обойдя храпящего на кушетке у стены Вилли, путешественник вышел наружу.