Ведьма западных пустошей - Лариса Петровичева

Бастиан лежал в траве у дороги, и Аделин, увидев его, сокрушенно подумала: убит, все кончено. Потом она увидела, как от тела инквизитора поднимаются мелкие бледно-голубые искорки, верный знак магического истощения, и вздохнула с облегчением. Жив, просто измотан. Оставалось надеяться, что он не обвинит в нападении ведьму, когда опомнится…

Аделин налила чаю и дотронулась до плеча Бастиана. Тот вздохнул, открыл глаза и усмехнулся — и Аделин невольно заметила, что у него очень приятная, располагающая улыбка.

— Я все-таки у вас в гостях? — уточнил он. Кусь, который оккупировал столбик его кровати, презрительно вскрикнул и вздыбил перья, словно хотел сказать, что надо было не звать на помощь, а пообедать от души. И что они прекрасно обойдутся без таких неприятных гостей, которых еще надо ставить на ноги, о да!

Аделин кивнула и, сев на край кровати, показала Бастиану чашку.

— Чай на травах. Помогает восстановить силы. Кто на вас напал?

На мгновение все в ней замерло, когда она подумала, что Бастиан может ответить: вы и сами знаете. Это ваших рук дело, чьих же еще? Кто тут ведьма, я, что ли? Но следователь приподнялся, устроился поудобнее и, взяв чашку с чаем, ответил:

— Знаете, что такое некроморф?

«Господи Боже», — только и смогла подумать Аделин. Кивнула.

— Минимум сотня посмертных оттисков, — со сдержанной гордостью сообщил Бастиан, сделав глоток. — Я отбился, но он меня помотал, конечно.

Он покосился в сторону Куся, который старательно делал вид, что не имеет отношения к происходящему, и добавил невероятно уважительным тоном:

— Этот строгий господин очень помог.

Строгий господин сыч посмотрел на него со всем возможным презрением, словно хотел сказать: даже и не думай ко мне ластиться, я все равно тебя ненавижу и убью, вот только отдохну немножко. Аделин улыбнулась и призналась:

— Я испугалась за вас.

Уродливое лицо Бастиана дрогнуло, словно ее слова согрели его. Может быть, в мире не было никого, кто переживал бы о нем.

Аделин сказала себе, что незачем врать: она волновалась не о возможной смерти инквизитора, а о последствиях этой смерти лично для нее и Уве. Бастиан, должно быть, это понимал, потому что улыбнулся и невозмутимо сказал:

— Не стоило, Аделин, я и не с таким справлялся. Но наши дела плохи.

Аделин невольно отметила это «наши дела», и ей в очередной раз стало не по себе.

— В чем именно плохи? — спросила она.

— Вы знаете, что такое стихийный маг? — уточнил Бастиан. Аделин неопределенно пожала плечами, и он продолжал: — Он живет, как обычный человек. Его невозможно как-то выявить. Но иногда его внутреннее напряжение нарастает настолько, что случается взрыв, и тогда он может творить магию.

Он задумчиво посмотрел в чашку, и Аделин долила чаю. Сейчас, в свете маленькой лампы, лицо Бастиана было почти обычным. Сильный молодой мужчина в ее доме — Аделин никогда не думала об этом. Ее боялись, несмотря на отцовское наследство: даже деньги на счету не сделали ее завидной невестой.

А Бастиан не боялся. И не презирал, как положено инквизитору. Это было непривычно и странно.

Это было одновременно неправильно и правильно. И Аделин не знала, что обо всем этом думать.

— Судя по тому, как перерезаны горла жертв, по краям раны… — Бастиан вдруг кашлянул, словно понял, что эти речи не для ушей леди. — В общем, все мы думали, что это стихийный маг. Но стихийный маг не способен выловить Вымрака и направить его на жертву. И создать некроморфа тоже. У нас тут, скажем так, хорошо обученный специалист, который маскируется под стихийника.

— Вымрак? — переспросила Аделин. — Вы сказали, Вымрак?

Вспомнилась старая книжка сказок: отец спрятал ее, чтобы дети не просыпались от кошмаров, но Аделин все равно сумела найти ее и прочесть, дрожа и замирая от сладкого мучительного ужаса. Вымрак был на одной из последних страниц: рисунок был таким впечатляющим, что она едва не мочила постель от страха.

— Именно, — кивнул Бастиан и с отменным равнодушием, так, словно речь шла о чем-то вроде комара, сообщил: — Напал на меня в поезде, я убил его.

Убил Вымрака. Силен инквизитор, ничего не скажешь. И говорит об этом с легкостью светского болтуна. Хотя, возможно, просто красуется — почему бы и нет?

«Почему бы да?» — мрачно осадила себя Аделин. Отменная из них получится парочка: уродливый инквизитор и ведьма Западных пустошей. Хоть сейчас в роман.

Она напомнила себе, что еще вечером боялась его до ватных коленей. Да и сейчас боится — просто старательно прячет свой страх, не давая ему высовывать носа из-за глупых мыслей.

— Потрясающе, — призналась Аделин. — Никогда не слышала, что кто-то может убить Вымрака.

— И некроморфа в тот же день, — улыбнулся Бастиан. — Это было… я бы сказал, относительно легко. Как на учениях, когда знаешь, куда бить и как двигаться.

— Вас проверяли, — сказала Аделин. — И у нас намного больше проблем, чем казалось сначала.

Она поймала себя на том, что сказала «у нас», и поняла, что не знает, что об этом думать и как к этому относиться.

— Верно, — кивнул Бастиан. — В Инегене живет незарегистрированный маг, который убивает невинных дев с учетом лунного цикла, если судить по приступам вашего брата.

Он замолчал и какое-то время испытующе смотрел на Аделин. Она механически отставила поднос с чайником на прикроватный столик и негромко спросила:

— Что-то не так, господин Беренгет?

— Не бойтесь, — мягко сказал Бастиан. — Ни меня, ни его. Я чувствую ваш страх, вы задавили его и загнали глубоко в душу. Но он есть, вот я и говорю: не бойтесь.

Бояться? Да он слаб, как цыпленок! Аделин могла бы уничтожить его, не отрываясь от чашки чая!

Но она лишь ответила:

— Я постараюсь, Бастиан. Правда постараюсь.

***

Сюртук Бастиана был идеально вычищен и высушен — висел на вешалке вместе с остальной старательно отутюженной одеждой. Бастиан проснулся рано утром, еще даже не развиднелось, поднялся с кровати и принялся одеваться, без суетливости, но быстро.

Ему казалось, что он сбегает после любовного свидания, оставляя спящую девушку — он сам не знал, почему. Такой, наверно, была обстановка: тихая сумеречная комната, первые рассветные лучи, еще робкие и несмелые, легкая птичья трель за окном. Куда идти в такую рань? Конечно, возвращаться после свидания, чтобы никто не заметил, и красавица не была бы скомпрометирована.

Бастиан спустился на первый этаж. Дом спал в тихо угасающем свете ламп. Даже на кухне еще не звенела посуда. Выйдя на крыльцо, Бастиан поежился от утреннего холодка и зашагал по дорожке к воротам.

Вчера он приехал в Инеген, победил Вымрака и некроморфа и познакомился с Аделин. Красивая, упрямая, несчастная девушка, привязанная к больному брату чувствами долга и любви. И есть кто-то, кто ее ненавидит — иначе на Бастиана не напали бы, когда он возвращался из ее дома.