Рай беспощадный - Артем Каменистый

Диме кличка подходила идеально — на фоне до черноты загорелой кожи его почти белая вихрастая шевелюра и впрямь напоминала кучку снега. Он, судя по всему, знал здесь каждый камешек — идти за ним Максу было удобно и приятно. Даже частые обходы не напрягали — их явно делали ради комфорта. Там, где он потерял бы немало времени на раздевание-одевание и заплывы, мальчишка просто находил другой путь — человеку, который знает каждый коралл на дне, это легко.

Вскоре рифовый хаос остался позади — к острову они подошли по мелководью с ровным песчаным дном. Нет, коралловые нагромождения и здесь встречались, но нечасто и лишь в отдельных местах.

Выбравшись на берег, Макс с тоской уставился на крону высоченной пальмы. Там, в основании сходящихся к вершине листьев, висели крупные плоды. Кокосы? Наверняка. Снежок, увы, не стал останавливаться — так и шагал вперед не оборачиваясь. За весь путь ни слова не проронил, что в принципе понятно — хоть местность знает, но за дорогой надо следить в оба глаза и не отвлекаться. Одно неловкое движение — и проткнешь ногу о коралл или обломок раковины: сандалии у него ненадежные.

В кустах обнаружилась широкая, хорошо натоптанная тропинка. Почти сразу она вывела к поляне, на которой четверо детишек возрастом лет по восемь-десять возились с длинными мясистыми стеблями какой-то темно-зеленой водоросли.

Не выдержав, Макс спросил:

— Что это они делают?

— Дровяк сушат, — неохотно ответил Димка — его разговорчивость не возвращалась, да и настроение, похоже, упало.

— Дровяк?

— Водоросль такая. Дровяная водоросль. Толстая она и не совсем пустая внутри. Как высохнет, можно на дрова пускать. Не очень она горит и дыма вонючего много от нее, но сойдет.

— А не проще кусты на дрова пускать?

— Нет, кусты нельзя. Только сухие разрешено ломать. За сломанную живую ветку всыпать могут.

Вышли на перекресток троп. Снежок, остановившись, неловко помялся и предложил:

— Слушай, может, ты сам дойдешь?

— А ты?

— Да мне лучше Рыжему на глаза не попадаться. Задание не выполнено уже который день. Мало ракушек приносим, а норму сейчас задрали вообще круто. Штраф будет — пайку урежут. Ник без меня тем более не справится. Вон иди по этой тропе до конца. Баррикада там будет, ты в проход топай. Ну а там увидишь здоровенное, на дом похожее — ни с чем не перепутаешь такое. Скажешь, что новенький. Да ты не бойся, все хорошо будет. Ну? Сможешь сам дойти?

— Смогу… — неуверенно ответил Макс.

— Ну, пока тогда, — обрадованно произнес Снежок и растворился в зарослях.

Оставшись один, Макс помялся на месте, не решаясь продолжать путь. Робость напала. Даже про жажду на миг забыл. Странное место, и порядки здесь непонятные. Ладно — лишь бы воды дали.

Уже было пошел дальше, но тут с другой стороны показалась целая процессия — пятеро ребят возрастом лет по шестнадцать — восемнадцать. Все такие же загорелые и с минимумом одежды, у каждого в руках охапка таких же мясистых водорослей — видимо, тащат к поляне новую порцию.

Один при виде Макса изумленно вскрикнул, выронил свой груз и затараторил:

— Привет! Макс! Не узнаешь?!

— Жора?! — изумленно выдохнул тот.

— Ага! Я! А ты что — только появился?!

— Вчера сюда попал. Ходил-бродил, сегодня вот нашел этот остров. А с тобой что?!

— Да то же, что и с тобой! Зря мы на этот светляк пошли смотреть! Да здесь целый остров для таких любопытных! Вот мы и встретились! Ха-ха-ха!

— Да нет! Ты почему такой загорелый?! Черный! Вчера ведь как сметана белый был!

— Эх… сметанки бы сейчас из холодильника… Так ты что — вообще ничего не знаешь?

— Жора! Я только что пришел! Я со вчерашнего дня ничего не пил! Пацан какой-то показал дорогу, куда идти, и вот иду теперь!

— А! Тогда ясно! Слушай — ты постой тут немножко. Я сейчас дровяк отволоку и вернусь. Проведу к штабу. Ох и много тебе узнать надо… даже не знаю, с чего начинать…

Помня о болтливом характере соседа, Макс почти с ужасом замахал руками:

— Хватит трепаться — говорю же: от жажды вот-вот свалюсь!

— А! Ладно! Извини! Стой тут! Я пулей!

* * *

Пулей у Жоры не получилось — Максу пришлось прождать его минут пять, показавшихся вечностью. Трудно терпеть, когда знаешь, что где-то рядом тебя наконец-то напоят.

Вернувшись, Жора, не останавливаясь, поманил за собой:

— Пошли, Макс. Ты это — только сильно ничему не удивляйся. Пока новенький, много чего не будешь понимать. Фигни здесь всякой хватает. Я в первые дни тоже дурак дураком был.

— Дни?! Мы ведь вместе сюда попали!

— Нет, там хитро все. По всему получается, что чем ближе стоишь к светляку, когда он начинает бросать сюда все, что вокруг него, тем быстрее оказываешься возле буя. У нас тут есть ребята, которых целая толпа попалась. Когда последний из них долетел, первый уже полгода здесь околачивался. А может, он и не последний был — не все из них добрались. Может, на Земле остались, может, утонули, может, Анфиса их того… или еще что случилось. Так что не удивляйся — так всегда бывает. Даже те, кто совсем рядом стояли, вместе не попадают никогда.

Несмотря на туман в голове, Макс напрягся — информация была очень важной.

— А ты здесь сколько уже?!

— Да я не считал… Месяца два, наверное.

Остановившись, Макс начал лихорадочно вспоминать последнее, что увидел на Земле. Как кто стоял, какое расстояние между ними было.