Волчье сердце - Александр Романовский

— Тысячу золотых. И шанс оставить преступную деятельность, присоединившись к добропорядочному обществу.

На этот раз расхохотался уже сам Хед.

— Пожалуй, первое мне нравится больше. Возможно, герцогское… кхе-кхе прощение мы все-таки примем. Не стоит так долго задерживаться на одном месте. И все-таки давайте теперь посмотрим на ваше предложение с другой стороны. Мы его выслушали, и у меня возникло несколько вопросов. Прежде всего скажите, как вам, почтенный, удалось вообще нас найти?

Старец усмехнулся, обведя взглядом лица разбойников. Все они казались гладко выбритыми, но Рагнар-то знал, что всякая растительность на них исчезает с восходом солнца, когда волки вновь становятся людьми. Кстати, он-то и был единственным небритым среди присутствующих. Не успел. На нем и остановил свой цепкий взгляд старик.

— Это было несложно, можете мне поверить. Если вы не забыли, должность моя называется придворный маг. Я следил за всеми вашими перемещениями и должен признать, что вы так же благоразумны, сколь и отважны. Никого из шерифских псов в эти пещеры и пирогом не заманишь. Не случалось ли вам встречаться с причиной оной славы?

— Случалось.

— Тогда вы понимаете, что я имею в виду. Конечно, делиться такой информацией не в моих, и прежде всего герцога, интересах. Вы приносите Его Высочеству немалый доход.

— Поверьте, — усмехнулся Хед, — мы делаем это исходя прежде всего из собственных интересов.

— Не сомневаюсь. И все-таки подошло время развязки нашей коммерческой эпопеи.

— Ясно. Тогда почему же вы не обратились к Повелителю волков?

— Ответ прост: я не смог его найти. Как будто его не существует вовсе. Однако это не так. Кроме того, я не уверен, что, даже отыщи я Повелителя, мне удалось бы подбить его на такую авантюру. Кто знает, может, он и не человек вовсе? Немалое число жителей Сторхейльма склоняются именно к этому мнению.

— А с нами, выходит, без проблем?.. — выгнул бровь ликантроп.

— Вы — люди. А это уже плюс. Во всяком случае, нашел я только вас.

— Что ж, понимаю, — кивнул Хед. — Должно быть, решили со своим герцогом отхватить напоследок порядочный куш? Или же шериф со своими псами — плохая управа на волков?

— Скорее и то, и другое вместе. Натравив на вас шерифа, герцог остался бы только в проигрыше. Повелитель волков продолжил бы творить свои дела безнаказанным.

— Фи, порядочному коммерсанту не к лицу думать так о бизнесе. Ведь вы и сами у него в долгу?

— Хорошо, что он не требует свои проценты!

Хед и придворный маг расхохотались, словно старые друзья.

— И хорошо весьма, — отсмеявшись, подтвердил Хед. — Вот только мы — другое дело. Две тысячи.

— А вы умеете торговаться!

— Иначе не сидел бы здесь.

— Полторы!

— Идет. Мы не жадные.

— Значит, по рукам? — подозрительно спросил маг.

— По рукам.

Старец и Хед торжественно пожали руки.

— Ну а теперь наши условия, — широко улыбнулся Хед. — Вас устроит, если драки не будет? Если нам удастся каким-то образом поладить с Повелителем, и он предпочтет покинуть Сторхейльм миром?

— А у вас странная манера обговаривать условия после заключения сделки!

— Можете подать на меня в суд. И все-таки?..

Волшебник задумался.

— Придется внести кое-какие изменения в наши букмекерские услуги… А может, просто вписать новый пункт?.. Ладно. Если не получится драки, такой выход нас тоже устроит. Хотя придется подумать. Но лучше бы драка…

— Посмотрим, — сказал ликантроп. — До свидания.

— Погодите, а как мы узнаем, что вы справились с делом? — резонно спросил Докирр. — Как нам рассчитываться с клиентами? Исходя из чего считать собственные барыши?

— Через неделю явитесь сюда с нашими «процентами».

— Ну ладно… — с заметной неохотой согласился маг. — Счастливо.

Дождавшись, пока чародей удалится на достаточное расстояние, один из разбойников — Тюр — возмущенно воскликнул:

— Хед, ведь мы не дадим ему уйти?!

— Почему нет? — удивился ликантроп.

— Ну, как… Он знает о нас и теперь представляет угрозу нашему существованию!

— Все-то вам нужно растолковывать на пальцах, — вздохнул Хед. — Даже с умерщвлением старца оная угроза не исчезнет. Наверняка кто-то в замке получил соответствующие инструкции на тот случай, если маг не вернется. Так что это ничего не меняет. И тем не менее почти все из сказанного им — правда. Поэтому я не сомневаюсь, что шериф от старика не дознается ничего. Это в интересах герцога. Слыхали о том, что творится в Сторхейльме?

Разбойники заулыбались.

— То-то. И мы не упустим возможность хорошо заработать. Тем более что делать ничего и не надо!

— Но ведь тогда Повелителю волков придется исчезнуть!

— И как раз вовремя. Мы и впрямь здесь засиделись. Пора трогаться в путь.

Прошла неделя…

Герцог, сидя на импровизированном троне, застыл в своей любимой позе — облокотившись о стол и подперев голову руками. Через два пустых места сидел Докирр. Молча и уставившись в гладкую поверхность стола.

Еще бы, герцог потерял свою любимую игрушку. Даже две.

Явившись в положенный срок, придворный маг застал в той самой пещере лишь Хеда да еще парочку разбойников. Они заявили, что справились с делом, в качестве доказательства представив маску Повелителя волков. «На поверку, — объяснили они, — он оказался обычным человеком. Вот только воспитали его… волки. Повзрослев и решив вернуться в мир людей, волчий приемыш стал мстить всему миру. Пришлось отговаривать его от этого опасного занятия и удалиться обратно в леса. К счастью, тот внял гласу рассудка».

Пожав плечами, Докирр передал им полторы штуки. Он не поверил ни единому их слову, но уговор дороже денег.

На прощание разбойники заявили, что тоже решили воспользоваться обещанным прощением светлейшего герцога и отойти от дел. Выдавив кислую улыбку, чародей удалился.

Маска была преподнесена герцогу и теперь лежала прямо перед его носом. О, светлейший правитель не сомневался, что на аукционе за нее можно будет выручить едва ли не больше, чем пришлось заплатить Чертовой дюжине. Да и сегодняшние барыши превысили доход казны за целый месяц.

По городу разгуливали вдрызг пьяные фанаты Дюжины, извлекая из мрачных убежищ своих недругов, недавних почитателей волков. Чтобы предотвратить массовые беспорядки, на улицы пришлось вывести весь гарнизон. Похоже, работать сегодня так никто и не собирался. Горожане единодушно устроили себе незапланированный праздник. Впрочем, для кое-кого он стал днем траура.

Из горла герцога вырвался жалобный стон: