Книжные хроники Анимант Крамб - Лин Рина

Я глубоко вдохнула окружающий меня мир: кисловатую резкость беленой бумаги, затхлость книг, свежие чернила, дубленую кожу, металлическую фурнитуру, пыль, старое и новое золото, свет, проникающий через огромный стеклянный купол, превращающий круглый зал в мерцающий серый дворец неизведанных знаний.

Внизу стены также были заставлены книгами, здесь была точно такая же система. Я вытащила из кармана юбки маленький блокнот и карандаш и нарисовала схему расположения тематики книг. Хоть в ней и прослеживалась определенная логика, я все равно не смогла бы запомнить все сразу.

И справа, и слева, как и наверху, высокие двери вели в широкие, заставленные книгами коридоры, которые ускользнули от моего внимания, когда я только вошла.

Там я нашла книги на менее важные темы, неспециализированную литературу и даже неожиданно большое количество романов и сборников стихов.

Полки, лестницы, перила и деревянные панели стен были искусно украшены резьбой, золотыми вставками, и статуями. Художник использовал всего несколько мотивов, однако они повторялись в совершенно разных вариациях. Герб Великобритании: лев, единорог и множество лилий.

Я не заметила, как пролетело время, я как раз читала книгу о восхождении и падении Наполеона, когда рядом со мной кто-то кашлянул.

Дочитав строку до конца, я подняла глаза и испуганно вздрогнула. Случайно я слишком громко захлопнула книгу, и шум неприятно разнесся эхом по всему залу.

Мистер Рид стоял передо мной, удивленно приподняв бровь и смотря на меня поверх очков.

– У вас нет часов, мисс Крамб? – спросил он таким мягким голосом, и мне стало ясно, что что-то не так.

– Нет, мистер Рид, – робко ответила я и заметила, как резко дернулись его губы. Мне опять бросилось в глаза то, что он не носил бороду, это было необычно для молодого человека. Но возможно, он просто не придавал значения модным тенденциям нашего времени, и это делало его, по крайней мере в моих глазах, чуть более приятным.

– Прошло три четверти часа с тех пор, как я вас отпустил. И у меня нет времени искать вас по всему зданию, – сказал он мне, и мягкость в его голосе исчезла так же, как и мое приподнятое настроение.

Я всегда могла хорошо подобрать слова, всегда могла дать отпор. Однако у меня не получилось бы сказать что-то умное в ответ на его грубость и при этом не выглядеть невежливо. И это больше всего меня раздражало.

– Пойдемте со мной! – строго указал он, и я проследовала за ним между стеллажами, возвращаясь в читальный зал.

– У каждой книги свое место, – начал он, и я закатила глаза, чего он не заметил, так как шел впереди. – На каждой книге есть ярлычок, – пояснил он, словно я была непроходимо глупа, и мне не хотелось знать, каких людей ему пришлось учить до меня, что теперь он счел необходимым объяснять мне что-то настолько банальное. Или он делал это, потому что я женщина. – Задача помощника библиотекаря – знать такие вещи. Эта библиотека должна стать вашим вторым домом, и вы должны относиться к работе очень серьезно. – Он повернулся ко мне и снял очки. – Потому что я отношусь к ней очень серьезно, – добавил он, и, казалось, в его голосе было больше скрытого смысла, чем в словах до этого. Напряженная атмосфера повисла в воздухе, когда он стоял там и смотрел на меня. Пытаясь донести до меня, что для него книги были величайшим благом, и я должна была отнестись к этому с уважением. Эта библиотека действительно была для него очень важна.

Затем он снова отвел взгляд и повесил очки на жилет, как делал раньше.

– Вы будете выполнять поручения, на которые у меня не хватает времени, и зачастую их будет больше, чем то, с чем, как вы думаете, вы сможете справиться, – заверил он, и я вновь поплелась за ним. – Я жду вас в семь тридцать. Вы заберете последние выпуски газет от разносчика и заплатите ему. Затем газеты должны быть скреплены и развешаны на стойке. – Он указал на фойе, где располагалась высокая стойка с огромным количеством газет. – Старые выпуски вы отнесете в архив. Вы также будете выдавать и принимать книги. Возвращенные экземпляры должны быть отсортированы. Поврежденные книги отложены и, когда наберется определенное количество, отправлены реставратору, чтобы он смог их восстановить. – Теперь мистер Рид говорил все быстрее. Стало заметно, что за последние несколько месяцев он уже много раз перечислял это, и я быстро вытащила блокнот из кармана, чтобы сделать заметки.

Если я действительно хочу доказать ему, что он меня недооценил, то теперь мне нужно быть особенно внимательной.

– Вы запишете новые книги в картотеку, прикрепите на них ярлыки и проверите ключевые слова для поисковой машины.

Хоть я и записала все, смысл слов был не понятен. Что за поисковая машина?

– Позвольте задать вопрос, – бездумно прервала я его, и он раздраженно повернулся.

Его взгляд упал на блокнот и карандаш в моих руках, и я на мгновение задумалась, как хорошо он на самом деле видел без очков. Они ему нужны только для чтения?

– Вы что-то записываете? – шокированно спросил он, и я кивнула, не понимая, было ли это оскорблением или похвалой.

– Вопрос, – напомнила я, когда он продолжил пристально смотреть на мои руки и растерянно моргать. – Поисковая машина? Как она выглядит? Как настоящая машина? Она здесь, в библиотеке? – теперь настала моя очередь наброситься на него со словами, и на мгновение он действительно потерял дар речи.

– Да, это настоящая машина, мисс Крамб. И она находится в этом здании. Если быть точным, она находится рядом с комнатой, где вы оставили свое пальто. Удивительно, что вы ее не заметили. – Он снова обрел дар речи, а затем слегка кашлянул. – Но об этом мы поговорим чуть позже. На данный момент у вас и так более чем достаточно дел. – Его голос неожиданно снова принял этот резкий тон, и короткий миг благодушия, который мы разделили, закончился быстрее, чем я могла насладиться им.

Мистер Бойль был прав. Этот мужчина был сложным.

Мы поднялись вверх по лестнице, сделали один круг по коридору и снова спустились вниз, пока мистер Рид беспрерывно объяснял мне общие принципы работы библиотеки, которые при этом оставались такими расплывчатыми, что в половине из них мне пришлось разбираться самой. Мой список становился все длиннее, и мне постепенно становилось понятно, почему все молодые люди так быстро бросали эту работу. Это было просто невозможно. Так много информации за такое малое время, мне придется сильно постараться, если я действительно хочу доказать, что чего-то стою.

Некоторое время спустя, которое показалось мне часами, но на деле могло быть не более чем получасом, библиотекарь отпустил меня с напутствием: я должна была обратиться к нему, если у меня возникнут вопросы. Но в его взгляде стояло четкое предупреждение: не пользоваться этим предложением слишком часто.

В конце концов он удалился, держа под мышкой почту, которую забрал с кафедры. Еще одна вещь, которая в будущем будет входить в мои обязанности. Я проследила, как он, не оборачиваясь, исчез в своем кабинете, и осталась стоять в нерешительности в холле.