Красная зима - Галина Гончарова

Десяток яиц?

И то… скорее уж в морду дадут, чем взятку!

И никакой тебе благодарности, и денег не заработаешь… тьфу, а не работа!

Кругом враги!

Так, с мрачными мыслями и шел домой Стеф, когда навстречу ему из переулка вышел хорошо одетый господин. Явно из торов.

- Ох!

Столкнулись они хорошо! Стеф аж на землю полетел. Но обложить гада в три ряда не успел.

Мужчина тут же охнул, рассыпался в извинениях, поднял мужчину, и предложил Стефу посидеть где-нибудь.

Стеф подумал – и согласился.

Дома ждала семья, но видеть ее лишний раз не хотелось, Стеф потому и проводником устроился, чтобы лишний раз дома не бывать. Уж больно сволочную жену он себе подобрал!

И денег нет, и живут они плохо, и люди говорят…

Тьфу, гадина! И дочь не лучше! Даешь деньги – молчат, не даешь – сутками пилят, дряни…

Нет, домой ему вовсе не хотелось. А собеседник оказался понимающим…

* * *

Дорогой коньяк. Хорошая закуска. Красивые девушки.

Карты – почему нет?

И утреннее пробуждение.

Из приятных, ничего не скажешь! Стеф проснулся в одной постели с очаровательной и профессионально услужливой девушкой, выпил немного хорошего коньячку, хоть голова считай и не болела, позавтракал там же, в постели, наслаждаясь каждой минутой… и спустился вниз.

Вчерашний знакомый так и ждал.

- Доброе утро, жом Падловский.

Собственная фамилия Стефу не нравилась. Но возразить он не успел. Мужчина продолжил.

- Надеюсь, вы остались довольны девушкой?

- Да, вполне.

- И ужином?

- Да…

- Хотите повторить?

Стеф хотел. Но…

- Задарма только кошки дают!

- Это верно. Но я вам предлагаю неплохие деньги…

Деньги действительно были неплохие. А за что?

Да просто спрятать небольшой чемоданчик, да и провезти в депо. Там жом Айзек (не называть же свое имя всем подряд?) за ним и зайдет. Что в чемоданчике?

А вот это вас, жом Падловский, касаться не должно. Ни в коем разе… донести?

Ну-ну…

Я понимаю, что вы человек серьезный, хозяин своего слова. Хотите – даете, хотите – обратно берете. Но советую посмотреть сюда.

Что это?

Ну… тут всего хватает.

И показание жамы Люлю, которую вы изнасиловали. И ее же показания, но уже по обвинению в краже. И в избиении. И не только ее показания.

Вчера вы немножко разнесли кабак.

Попортили мебель, стены, обивку, подожгли кое-чего, бутылки побили… вам не впервой, правда? И убытков тут немного – пара десятков тысяч на золото… выплатите! Нет?

Ну…. Не выплатите. Посидите в тюрьме лет двадцать… ладно! Сколько высидите!

Подстава?

Да что вы, милейший! Это не подстава. А вот если вас – или кого из вашей семьи темной ночью встретят, да ноги переломают? Всякое ж бывает…

Вылетит из-за угла пролетка, или динамит в дровах окажется, или…

Вам семья и жизнь как – дороги? Или обойдетесь?

Перед тяжким выбором между деньгами и мучительной смертью, Стеф закрыл глаза – и мужественно выбрал деньги.

Дмитрий мило улыбнулся – и пообещал. Сразу же, как только получит свой чемоданчик. Целым и невскрытым! Но если что – мы приличные контрабандисты, любезнейший жом, если договоримся, будете нашим постоянным каналом. Есть такие травки, вы понимаете, такие полезные травки, которые почему-то не одобряют таможенники. Но вы же знаете, как избежать их внимания?

А ваши вагоны почти никогда не обыскивают!

Да и обыскивали бы – чтобы проводник хабар не спрятал? Не бывать такому!

Стеф с этим был полностью согласен. А впрочем, выбора у него так и так не было.

* * *

Два дня спустя он сидел на подножке вагона и поеживался.

Темнота.

Ночь.

Холодно.

Еще и нервы, конечно. Хотя ему и обещали крупную сумму, но ее еще получить надо. А вот посадить могут…

Полиция не дремлет.

Проверят, и – готово. Вообще, здесь тщательно проверяют… проверяли.

Сначала – очень тщательно. Потом – стало проще и спокойнее.

Есть такое понятие – транспортная развязка. Вот, Морельск, вроде бы небольшой городок, был именно такой транспортной развязкой. Железнодорожным узлом. Здесь и депо, здесь и ремонт, здесь и отстойник для поездов… в отстойник сейчас бронепоезда и загнали. Но перекрыть-то его нельзя! Там же и ремонтные мастерские!

Чем и собирался воспользоваться Ромашкин.

Стеф услышал собачий лай, еще поежился. Может, не придет этот… опасный?

Но ждать надо.

Страшно…

* * *

Скрытно проникнуть через периметр, пролезть под носом у охраны, отвлечь их…

Все верно. Но зачем устраивать шоу с перестрелками, погонями и прочим? Приличные боевики ходят тихо.

Пришел, ушел, и только когда все взлетело на воздух… и тогда никто не догадается, кто именно приходил. Вот это правильная работа.

Митя старался так и действовать. Но и на старуху бывает проруха.

Сейчас он не мог попасться. А потому…

Какое средство способно напрочь отвлечь внимание и людей и собак? Да собачья же свадьба. Ищем и находим течную сучку, собираем на нее кобелей – и запускаем все это на территорию. Охраняемую. Или поднимется шум и гам… он в любом случае поднимется, тут вопрос только – со стрельбой или без. Но, как правило, в собак не стреляют.

Зачем?

Шавки и шавки.

Разбегутся…

А Митя, пока все будут заняты – люди собаками, собаки – размножением, спокойно проникнет на территорию. И уйдет так же спокойно.

Сучка попалась небольшая, светленькая, с черными пятнами вокруг глаз и на спине. И очень удачная. Кобелей она собирала быстро – вот уже штук десять, и все косятся, аж облизываются… Митя сделал еще несколько шагов, поставил собачку на землю, и прицельно пнул.

Низко полетела.

К дождю…

Кобели бросились за ней. Митя отступил в темноту. Теперь подождать немного, а там… без него весело будет!

* * *

Весело и было.

Митя?

Да там трехголовый Змей Горыныч пролететь мог на бреющем полете, приветственно помахивая хвостиком, никто бы его и не заметил. Кобели помчались за сучкой, кого-то по дороге цапнули, какой-то ретивый идиот выстрелил, сторожевые собаки рвались с поводков, лаяли, рычали, порывались подраться с пришельцами… кому тут есть дело до скромного террориста?