Каприз судьбы. Где, к чёрту, смысл? - Наталья Шеламова

Вместе с ее взглядом я почувствовал неожиданную легкость в теле, словно слабость исчезла, пусть и не до конца, но упасть прямо тут уже не хотелось.

Я свистнул, привлекая внимание инквизиторов, и усмехнулся. Стараюсь казаться таким сильным, а на деле еле стою на ногах. Но спокойного выражения с лица не убираю, словно убить их для меня – раз плюнуть. Ведь им необязательно знать о моем состоянии.

– Нехорошо нападать на девушек, – с издевкой произнес я.

– Это он! Безумец!

Видимо, они пришли как раз таки за мной. Но я уже не удивлялся – этого стоило ожидать.

Троица сразу же бросилась на меня, перехватывая поудобнее мечи. Я увернулся, когда один из инквизиторов сделал выпад, взмахнув клинком, но усталость и избитое тело сыграли надо мной злую шутку – сталь оставила на руке глубокий порез, и я зашипел.

Чертово заключение! Мои силы почти на нуле, и сейчас мне каким-то чудом нужно сделать так, чтобы меня не прирезали. Хотя бы в первые мгновения, словно пойманную в ловушку дичь – это будет уже совсем обидно.

Я метнулся к нападавшему и ударил его по руке, выбивая меч, локтем попадая точно в челюсть. Инквизитор покачнулся, а после упал, потеряв сознание, но тем временем рядом со мной уже был второй. Я успел среагировать, чтобы вовремя развернуться, уходя от очередного лезвия, и, схватив слугу Божьего за мантию, ударить коленкой прямо в живот, а затем отбросить в сторону стоявшей у дерева Алден.

Ведьма тут же наклонилась к упавшему мужчине. Одно на первый взгляд легкое движение – и шея мужчины была сломана.

Внутри что-то кольнуло. Я громко выдохнул, понимая, что она убила моего, по сути, сторонника. Своими сильными руками. Просто свернула шею.

Правильно ли я поступаю?

Последний противник тоже с ужасом посмотрел на ведьму и сделал шаг назад.

Нет, нельзя дать ему уйти.

Я подхватил меч оглушенного мной инквизитора и в несколько быстрых шагов подскочил к жертве. Прижал холодную сталь к его горлу, хватая другой рукой за грудки.

Капюшон упал с головы мужчины, открывая его лицо. Это был даже не мужчина – совсем еще юный парень, который со страхом смотрел мне в глаза.

Я знал, что все мысли о задании уже потерялись в его сознании. Я видел лишь страх. Страх смерти, которую должен принести я.

Рука невольно дрогнула, и я до крови прикусил губу.

Убить его… Отнять жизнь у живого человека. Не ведьмы, не врага – своего товарища. Он ведь просто выполняет свою работу, уже даже не пытаясь спастись.

Промедление могло стоить мне жизни – будь только этот инквизитор более опытен, сыграй он на моем нежелании убивать. Но он лишь смотрел на меня светлыми глазами, и я чувствовал, как дрожит его тело.

– Прошу… – прошептал он, хватаясь за мою руку, которой я держал его мантию.

Он молил о пощаде.

Ненароком я взглянул на ведьму. В ее глазах плескалось удивление.

Ну конечно, откуда же ей знать, что я не из тех жестоких инквизиторов, которые развлекаются пытками и убийствами ведьм?

Ее взгляд заставил меня вздрогнуть, связав все внутри тугим узлом, выбивая последние страхи изнутри.

Я не могу быть слабым. Только не при ведьме.

Одно резкое движение стали – и из шеи парня брызнула кровь. Он с хрипом осел на землю, до последнего цепляясь за мою руку, и его пальцы пребольно обожгли чувством вины.

Я тут же отбросил меч в сторону и, невольно сжимая кулаки, отвернулся. Вижу алые брызги крови на зеленой траве, и к горлу подкатывает ужас.

Несколько шагов даются мне с трудом. Мозг пульсирует, отбивая какой-то ужасный ритм. В горле стоит ком, а перед глазами темнеет все больше.

Я убил его.

Я стал таким же чудовищем, как Алден…

Не желая встречаться с ней взглядом, я постарался как можно быстрее скрыться в тех кустах, из которых вышел. Руки предательски дрожали, и, как только листва закрыла меня от оставшейся на поляне ведьмы, я упал на колени, опираясь окровавленными руками на траву.

Воздух больше не пьянил, а противно жег горло.

Я глухо зашипел и ударил кулаком по траве, не в силах выносить резкий прилив ужаса. Ужаса от самого себя, от чувства вины, от крови на моих руках.

Сзади послышался треск веток. Я почувствовал ее взгляд.

– Что тебе нужно?! – прорычал я, не поднимая головы. Сжимая под руками уже окровавленную траву.

Кровь. Она словно везде.

Я слышал, как она обходит меня. Ее тяжелые ботинки остановились прямо напротив, но я не хотел поднимать головы. Увидел, как она согнулась, присаживаясь на корточки, и знал, что она смотрит прямо на меня.

Слабый… Я не хотел показаться таким, но в итоге выгляжу еще хуже, чем если бы не убил его.

Я совершил ошибку. Очередную.

– Ты раньше не убивал? – тихо произнесла она.

Я уже не чувствовал в ее голосе холода. Но понять, что в нем было, сейчас все равно не мог.

Голова гудела.

– Нет.

Я собрался с силами и разогнулся, садясь ровно. Посмотрел на нее с ненавистью, будто это она управляла моей рукой.

Все произошло из-за нее. Это она виновата в том, что мне пришлось убить инквизитора. Убить человека.

Она прочитала это в моих глазах. Тихо произнесла:

– Спасибо.

Я пару раз моргнул, не понимая. Спасибо?

Спасибо?!

– После того, что я сделала с тобой, – продолжила она, смотря прямо на меня, – ты все равно спас меня. Я понимаю тебя, убивать нелегко.

– Нелегко?! – рыкнул я, сжимая кулаки. – Нелегко убивать? Как ты смеешь говорить, что понимаешь меня? Ты, чертова ведьма!

Я уже почти кричал. Моя злость передалась и ей, и она скрипнула зубами, срываясь в ответ.

– Я не всегда была ведьмой! Я тоже когда-то убила в первый раз, Безумец!

Злость тут же схлынула, слегка проясняя взгляд. То, с какой злой искренностью она это сказала, удивило меня. Хотя, казалось бы, на удивление у меня уже не должно оставаться эмоций.

Она словно стала обычным человеком сейчас. Но такое лицемерие было таким несвойственным ведьмам. Чувства внутри окончательно перемешались, запутывая сознание. Но я знал одно – я не буду верить ни единому ее слову.

– Когда Мерула убила Мару, – процедила Трэа, продолжая, – она забрала нас. Я не хотела убивать, я просто хотела жить. Мара учила нас не приносить вред окружающим, несмотря на то что сама когда-то делала обратное. Но мы были в руках Мерулы, и творить зло оказалось единственным выбором. Если ты не убьешь, то убьют тебя. И если бы я не пошла за Мерулой – давно бы сама искупалась в своей крови.