Глубокоуважаемый микроб - Кир Булычев

Открылась дверь, и вбежал оживленный кузнечик.

– Доброе утро! – воскликнул он. – Все готово! Мы летим!

Тут его острый взгляд упал на развернутую газету.

– Ты уже прочел? – спросил он живо. – А я как раз хотел тебе принести, но забыл. Видишь, как мы с тобой прославились! Приятно, да? Нас ждут дальнейшие творческие успехи!

– Значит, так, – сказал Удалов жестко. – Значит, торгуем моими интимными моментами, позорим меня на всю Галактику?

– Не будь наивным, Корнелий, – ответил кузнечик. – Ты мне это воспоминание продал и не заметил его отсутствия.

– Продал, – саркастически произнес Удалов. – За бутылку средства от прыщей.

– А разве плохое средство? – нашелся кузнечик. – Разве не выводит?

– А кто мне сказал, что это средство универсальное? От всего?

– Не исключено, – сказал синхронист. – Его еще никто не пробовал употребить с другими целями. Кто может гарантировать, что оно не помогает от любви? Я лично не могу. Но не в этом дело. Собирайся живее, нас ждут растительные дома. Ты забыл?

– Кукольные? – спросил Удалов. – Как я могу верить человеку, дважды меня обманувшему?

– Почему дважды?

– А деньги? Рекордную сумму получил, бриллиантовую заколку купил, а за перелет с меня содрать хочешь!

– Клевета! – возмутился кузнечик. – Ты попал в дурную компанию! Завистники склоняют тебя к вражде с другом и благожелателем. Этот выжига, хозяин мнемотеатров, ввел в заблуждение прессу. Я с трудом покрыл расходы.

Круглые глаза кузнечика сверкали. Он был оскорблен в лучших чувствах. Но Удалов пересилил возникшую было жалость и решил кузнечику не верить. В конце концов, Удалов не первый день как на свет родился. То, что он средний, не значит, что он глупый. Поэтому Удалов притворно вздохнул и сказал:

– Ладно, не будем ссориться. Я должен признаться, что получил предложение сотрудничать в постановке фильмов. Вся выручка пополам. Через полчаса ко мне придут с авансом.

– Ты с ума сошел! – закричал кузнечик, и Удалов понял, что одним ударом выиграл битву. – Это же жулики! В лучшем случае они отдадут тебе треть!.. Ты их просто не знаешь! Тебе нужен искренний друг и защитник. Без меня ты погибнешь.

Кузнечик нервно вскинул коготки и проговорил совсем другим голосом:

– Кстати, Корнелий, я все забываю. Таскаю с собой твои деньги, да забываю отдать.

Лапка кузнечика исчезла на мгновение за пазухой золотого смокинга и выскочила обратно с пачкой денег. Кузнечик хлопнул стопкой о стол:

– Возьми, это твоя доля.

– Не надо, – ответил Удалов. – Я уже договорился.

– Да ты посчитай, посчитай… Неужели я тебя обману?

– Не хочу считать. Клади деньги обратно.

Кузнечик замер будто в задумчивости, потом внезапно ахнул:

– Как же так! Моя проклятая рассеянность! Я же остальные твои деньги в другой карман положил!

Кузнечик запустил лапку в тот же самый карман и вытащил оттуда еще одну пачку банкнот, вдвое толще первой.

– Все правильно, – сказал он. – Как камень с души упал. Теперь я беден, ты богат, и мы квиты. Чего только не сделаешь ради друга!

Кузнечик взмахнул лапками, но так неудачно, что из-за пазухи у него посыпались денежные купюры в таком количестве, что, даже упав на них, кузнечик не смог прикрыть их тельцем.

– Что делать! – воскликнул он. – Помоги мне, Удалов, собрать наследство, полученное мною сегодня утром от погибшей в извержении вулкана тетушки Тори.

Удалов помогать не стал. Он уже видел этого жулика насквозь. Но, честно говоря, не обижался. Жулики похожи, в каком бы месте Галактики они ни действовали. Обижаться на них нельзя. С ними надо планомерно бороться.

Удалов собрал деньги со стола, не считая, сложил в бумажник и, пока кузнечик ползал по полу, причесался, аккуратно уложив последнюю прядь поперек лысины, поправил галстук и произнес:

– Ну что ж, пора ехать. Проверим, сохранились ли в тебе остатки совести.

– Конечно, сохранились! – обрадовался кузнечик, поняв, что его простили. – Ты не думай, дорогу в оба конца я оплатил, билеты в кармане. Кстати, возьми от меня небольшой подарок. Обожаю дарить тебе подарки.

Кузнечик достал небольшую коробочку, прозрачную сверху.

– Только не выпускай, – сказал он.

В коробочке сидел, шевеля клешнями, маленький скорпиончик.

– На что мне такой подарок?

– Ах, Удалов, Удалов, – вздохнул кузнечик. – Не знаешь своего счастья. Я вчера этого звереныша в карты выиграл. Незаменим в жару или ненастье. Все знатные люди в этой части Галактики с ними не расстаются.

– Объясни, – сказал Удалов строго.

– Как известно, – ответил кузнечик, – скорпиончики живут на планете, где мягкий климат и множество фруктов. Но во время брачного сезона они перебираются на соседнюю планету, для чего проделывают несколько миллионов километров в вакууме и ищут своих подруг среди вулканов и песчаных бурь. Чтобы выжить, они научились менять в свою пользу окружающие условия. В радиусе метра. Там, где скорпиончик, всегда прохладно и приятно пахнет. Попробуй, испытай…

– Где я его испытаю? – спросил Удалов. – Здесь и так хорошо, прохладно.

– Проще простого.

Кузнечик убежал в ванную и пустил там горячую воду. Через минуту ванную заволокло клубами пара. Из клубов возник влажный Тори и сказал Удалову:

– Иди сюда, не бойся.

Удалов подчинился. Пар встретил его в дверях ванной, старался оглушить, обжечь и поглотить. Впечатление было отвратительным, но Удалов терпел. Он сделал еще один шаг в глубь помещения и вдруг увидел, как пар вокруг его головы и верхней части тела рассеивается, как будто Удалова поместили в шар, в центре которого была ладонь Корнелия с коробочкой на ней. Запахло свежими цветами. Скорпиончик зыркнул на Удалова маленькими глазками.

– Ладно, – согласился Удалов, – беру подарок в счет будущих расплат. А он не кусается?

– Как же ему кусаться, если он в коробочке? – Тут кузнечик взглянул на часы и обеспокоился. – Побежим, только осторожно, чтобы нас не заметили. Если будут спрашивать, мы идем гулять.

– Почему такая тайна? Не люблю тайн.

– Здесь все экскурсии запланированы, а поездка на Сапур не запланирована. Пока мы ее будем планировать, обед наступит, – объяснил кузнечик.

Но в глазах его Удалов не увидел искренности и потому решил быть начеку.

– Хорошо, – сказал Удалов. – Пошли, только сначала мне надо отправить телеграмму домой.

Кузнечик согласился, они зашли на телеграф, и Удалов, благо теперь у него было достаточно валюты, отправил сразу две телеграммы. Одну Белосельскому с благодарностью и сообщением, что работа съезда проходит на высоком уровне, другую домой, чтобы семья не беспокоилась. Он бы послал и третью, прекрасной Тулии, но адреса Тулии Удалов не знал.