Серый властелин - Евгений Щепетнов

- Послушай меня - неприятно улыбнулась Амалия - если ты сейчас не сделаешь то, что я требую, предам тебя в жертву особо мучительным образом - я. И заверяю - способ этот будет очень непростым, и очень мучительным. Когда-то там тебя поймают или нет оккупанты, а я - вот она, тут. Что выбираешь?

- Да, да, сейчас, сейчас… - лавочник побежал в другую половину дома, и стало слышно, как мужчина требует приготовить воду. Через десять минут тазик с горячей водой и мыло уже стояли на табуретке посреди комнаты. Рядом лежало чистое полотенце и небольшое зеркальце из полированной бронзы.

Амалия с наслаждением зачерпнула горячей воды и стала умываться, смывая грязь и остатки присохшей крови врагов, убитых ей в лесу. Потом она, не стесняясь присутствия хозяина лавки разделась догола, и протёрла влажным концом полотенца всё тело, чувствуя, как кровь быстрее побежала по жилам. В лавке было тепло, и после промозглой улицы и хождения в одежде, промокшей от дождя и стирки в ручье, это тепло казалось ещё более приятным.

Лавочник положил на стул рядом чулки, несколько платьев, платков для головы и девушка, выбрав ярко-алое, облегающее платье, стала одеваться. Натянув чулки, Амалия почувствовала себя гораздо лучше, даже настроение улучшилось. Крепкие осенние туфли и почти новое пальто поверх наряда довершили переодевание. Затем настал черёд боевой раскраски - через двадцать минут в лавке стояла красивая девушка, с пухлыми, ярко красными губами, подведёнными синими глазами, с налётом порока на совершенном лице.

Посмотрев на себя в зеркало, Амалия удовлетворённо кивнула - настоящая шлюха! Повязав платок на голову, она спрятала свои короткие волосы, и теперь была готова к посещению трактира.

Посмотрев на лавочника, девушка достала из-под юбки кошель с монетами и кинула на стол два золотых. Подумала - добавила ещё один:

- Молчишь. Узнаю что болтал, что рассказал обо мне - всё равно найду и убью. А я узнаю. Понял?

Лавочник молча кивнул головой, прошёл к двери, и вынул запирающий брус, выпуская страшную Главу Тайной Службы на улицу.

Амалия вышла из дома и дверь за ней захлопнулась, как будто её ударило ветром. Девушка усмехнулась - помнят ещё, боятся - значит жива ещё. Откуда лавочник её знал - она не задумывалась. Дел с ним она не имела, но те, кто живёт в трущобах должны много знать, так легче прожить. И вообще - немного подольше пожить. Может - видел где-нибудь рядом с Владом - скорее всего так. Ей это было неинтересно.

Скоро она снова была у трактира. Немного помедлив, осмотрелась - вокруг было тихо. Поднялась по лестнице на крыльцо и отстучала в двери запомненный ей ритм - дверь открылась.

В трактире было очень тепло, даже жарко. Гремела музыка - музыкант пел что-то разухабистое, с матом и прибаутками. Мужчины, вид которых сразу наводил на мысль о ножах и кастетах, что-то распевали не в такт музыке, гремели кружки, стучали ложки - жизнь шла, как будто и не было никакого вторжения оккупантов.

Впустивший Амалию вышибала с недоумением уставился на неё:

- Ты откуда такая взялась? К кому? Я тебя не знаю!

- Я к Пауку. Он меня знает.

- Уверена? Как о тебе доложить?

- Скажи - старая знакомая, за жизнь хочет поговорить.

- Мутная ты что-то, старая знакомая. Оружие есть?

- Нет. Где я тебе спрячу это оружие? - и Амалия продемонстрировала платье, сидевшее на ней как вторая кожа. Заметно было, что оно надето на голое тело - съёжившиеся на холоде соски крепких грудей оттопыривали тонкую ткань платья.

- Ндааа…тут не спрячешь - ухмыльнулся мужчина, и шмыгнул перебитым бесформенным носом - стой здесь, сейчас я ему скажу.

Амалия отодвинулась в угол, скрывшись от глаз за вешалку с верхней одеждой. Вышибала пошёл к лестнице, ведущей наверх и исчез за плотной массивной дверью, открывшейся и закрывшейся легко, без скрипа, видимо петли были густо смазаны маслом. Появился вышибала через две минуты и кивнул головой на дверь:

- Иди, он ждёт! Он говорит - ты знаешь куда идти - в глаза вышибалы было немое изумление - какая-то шлюха, и вдруг хозяин так быстро и беспрекословно её принимает, будто важную персону.

Девушка проскользнула мимо него, как уж в нору, и по скрипучим ступеням поднялась наверх. Её почему-то удивил контраст - хорошо смазанная дверь, и такие скрипучие ступеньки. По короткому размышлению, решила - вероятно, чтобы было слышно, когда кто-то поднимается. Своего рода сигнальная система.

Паук сидел где и всегда - в кабинете в конце коридора. Там у него было что-то вроде конторы, где барыга принимал посетителей, скупал и продавал ворованные товары. Дверь была полуоткрыта, и заслышав скрип половиц, Паук крикнул бархатным голосом, под стать его благообразной внешности:

- Я жду, жду..проходите!

Встреть такого человека на улице, никогда не подумаешь, что это один из самых опасных людей в столице - этакий одуванчик, с седыми пушистыми волосами, длинной ухоженной бородой и залысинами на высоком лбу - ну ни дать, ни взять профессор, или учитель естественных наук. Однако Амалия знала, что на руках этого ‘учителя’ десятки, а то и сотни загубленных жизней купцов, торговцев, или тех, кто просто имел несчастье встать на его пути.

- Я так и знал, что это вы, госпожа - усмехнулся Паук, увидев Главу тайной Стражи - кто ещё из женщин мог так нагло требовать встречи со мной. И что вам от меня нужно? Кстати, замечу - ВЫ теперь не власть, теперь здесь другая власть.

- А тебе не кажется, что эта власть ненадолго? Что ещё вернётся власть императора Истрии?

- Честно скажу - сомневаюсь. Хотя я сам бы желал, чтобы прежняя власть, прежняя жизнь вернулась. Мне было легче жить при той власти, а это слишком уж жестока.

- Кроме того - как будто не замечая слов Паука холодно продолжала Амалия - достать человека можно и не находясь у власти. Есть тысячи способов превратить его жизнь в сплошную неудачу, или же вообще лишить его самой жизни.

- Понимаю - усмехнулся Паук и его глаза сверкнули красным, как глаза крокодила в лучах фонаря охотника - угрожаете - мол - руки длинные, достанем! Верю. Вам - верю. Ладно. Не о том речь. Что хотите? Какую информацию? Предупреждаю - информации у меня теперь немного - сильная власть не выносит соперников и уничтожает все преступные сообщества - так вроде называют нас ваши друзья-стражники? Наши организации практически полностью разгромлены, оборота товаров в порту нет, наши соратники разбежались. Какую информацию я могу вам дать?

- Мне нужно знать всё, что происходит в городе. Как настроение горожан, как обстоят дела с продуктами в городе, как работают структуры власти оккупантов, как они работают с населением, где стоят гарнизоны, сколько их, ну и так далее. Уверена, что ты всё это знаешь.

- Знаю. Ну ладно, слушайте: мы живём в загоне для скота. Всё население столицы скот. В любой момент мы можем оказаться на жертвенном алтаре. Время от времени хватают первых попавшихся, и совершают жертвоприношения. Вначале все думали, что эта власть такая же, как и остальные - установят свои порядки, и всё пойдёт по накатанной - приспособимся к этим законам, и снова заживём. Ан нет - первое, что сделали завоеватели - дали понять жителям столицы, что они скот. Первое время ещё можно было уйти из города с семьёй, с вещами. Теперь нет - бежать из города нельзя. Беженцев легко отследить по повозкам, вещам. Заворачивают обратно. Скоро начнётся голод. Люди спасались тем, что придумал ваш маг - как его там? Макобер? Везде, где только можно, выращивают мясницу. На всех клочках земли, на всех газонах маленькие огородики, которые жители защищают, как свой дом. Этим и живут. Но скоро стукнут морозы - мясница помёрзнет. Что есть? Нечего. Вот такая ситуация. Этот город огромный загон, в котором люди - корм для завоевателей. Думаете это пустые слова? Нет. После того, как людей приносят в жертву, их тела скармливают летающим драконам. Они очень любят человечину… Попытки бунта пресекаются сразу, быстро и жестоко. Убивают всех, кто живёт рядом, правых и виноватых. Говорят - эти земли слишком для вас хороши, надо освобождать их для викантийцев и аштаратцев. Пожили - и хватит. Мастеровые работают на армию вторжение - шьют, куют. Фактически в рабстве, за еду. Уйти не могут. Город-тюрьма, вот что это такое.