Элита - Кира Касс

нествах на всю страну. Пусть дети нарядятся и ходят от дома к

дому с песнями, как в старые добрые времена. Твоей сестре это

понравится?

—

Ну разумеется! Это понравится всем!

Он о чем-то задумался, прикусив губу.

—

Как думаешь, она не будет возражать, если мы

пригласим ее на праздник сюда, во дворец?

Я была ошарашена.

—

Что?!

—

Мне все равно придется рано или поздно позна-

комиться с родителями Элиты. Так почему бы не пригласить

ваших родителей, братьев и сестер па праздник, вместо того чтобы

ждать...

Договорить он не успел, потому что я повисла у него на шее.

Возможность повидать Мэй и родителей так меня обрадовала, что

я не смогла сдержать свой восторг. Он обвил руками мою талию и

заглянул в глаза. Его собственные сияли радостью. Каким образом

этому человеку, которого я когда-то считала полной моей

противоположностью, удавалось каждый раз придумать то, что

больше всего меня порадовало бы?

—

Ты серьезно? Они на самом деле смогут приехать?

—

Ну разумеется, — отозвался он. — Мне не терпится с

ними познакомиться, и потом, это входит в программу. И вообще, я

полагаю, всем вам не помешает повидаться с родными.

Когда у меня перестало щипать в носу, я прошептала в ответ:

—

Спасибо тебе.

—

Не за что... Я знаю, что ты любишь своих родных.

—

Люблю.

Он фыркнул:

Э ЛИ ТА

—

И совершенно очевидно, что ты готова ради них

практически на все. Ведь это благодаря им ты осталась на Отборе.

Я отпрянула от него, чтобы видеть его глаза. В них не было

осуждения, лишь растерянность от моего резкого движения. Но я

не могла просто пропустить его высказывание мимо ушей.

Необходимо расставить все точки над «i».

—

Максон, в самом начале, когда я осталась, они дей-

ствительно отчасти были причиной, но сейчас я здесь не из-за них.

Ты ведь это знаешь, правда? Я здесь, потому что...

—

Потому что?

Я взглянула на Максона, на его полное обожания лицо, светящееся

надеждой. Давай, Америка. Скажи ему.

—

Потому что?.. — повторил он снова, на этот раз с

озорной улыбкой, от которой сердце у меня дрогнуло еще больше.

Вспомнился недавний разговор с Марли и то чувство, которое меня

тогда охватило. Трудно было воспринимать Максона как моего

парня, когда он встречался с другими девушками, но то, что мы с

ним не просто друзья, очевидно. Меня вновь охватила надежда,

что, быть может, наши отношения могут перерасти во что-то

большее. Я не позволяла себе признаться в этом, но Максон успел

стать для меня кем-то особенным.

Я кокетливо улыбнулась ему и двинулась к двери.

—

Америка, сейчас же вернись на место. — Он опередил

меня и, заступив дорогу, обнял за талию, так что мы очутились

вплотную друг к другу. — Скажи, — прошептал он.

Я сжала губы.

-— Что ж, значит, придется прибегнуть к другим способам

коммуникации.

И он без предупреждения поцеловал меня. От неожиданности я

слегка пошатнулась в кольце его рук и обхватила его за шею... И

тут в голове что-то перевернулось.

Обыкновенно, когда мы с ним оставались наедине, я

отгораживалась от мыслей об остальных. Но сегодня я вместо себя

представила рядом с ним другую. Воображение рисовало ее в

объятиях принца, нежность в его взгляде, обращенном на нее, их

КИР А КА С С

свадьбу... У меня остановилось сердце, и я против воли

расплакалась.

—

Милая, что случилось?

Милая? Это словечко, такое ласковое и интимное, пробило в моих

заслонах брешь. Если у меня и было какое-то желание бороться со

своими чувствами к Максо- ну, в это мгновение оно исчезло. Мне

хотелось быть его милой, его дорогой, принадлежать ему одному.

Пусть это значило сделать шаг навстречу будущему, которого я

никогда не хотела, и распрощаться с вещами, которые всегда

казались мне незыблемыми, но мысль о том, чтобы сейчас

расстаться с ним, казалась совершенно невыносимой.

Да, я не была лучшей кандидаткой на престол, но если у меня даже

не хватит смелости признаться в собственных чувствах, я не

заслуживаю вообще никакого шанса.

Вздохнув, я пыталась унять дрожь в голосе.

—

Не хочу отсюда уезжать.

—

Если я правильно помню, когда мы только позна-

комились, ты утверждала, что этот дворец — клетка. Выходит, со

временем ты вошла во вкус?

Я покачала головой:

—

Иногда ты бываешь таким тугодумом.

Из горла у меня вырвался полузадушенный смешок.

Максон позволил мне отстраниться ровно настолько, чтобы я

могла заглянуть в его карие глаза.

—

Максон, я говорю не о дворце. Меня не волнует ни

одежда, ни постель, ни даже, поверишь ты в это или нет, еда.

Принц рассмеялся. Мое восхищение изысканными блюдами,

которые подавали во дворце, не было секретом ни для кого.

—

Я говорю о тебе, — прошептала я. — Я не хочу

уезжать от тебя.

—

От меня? — Я кивнула. — Тебе нужен я?

При виде его изумленного лица я прыснула:

—