Летний лагерь - Влад Райбер

Были проблемы с сетью. Наверху экрана ползла строка «Только экстренные вызовы», но я не мог дозвониться даже по единому номеру оперативных служб.

В то же время мне сыпались сообщения от Вани. Он писал мне ежесекундно:

Гера, это случилось!

Теперь всё в твоих руках.

Если ты не сделаешь всё, что я скажу,

все в этом доме умрут.

Полиция едет!

написал я в ответ.

Сообщение повисло, как неотправленное, но сосед на него ответил:

Никто сюда не едет.

Следом посыпался ещё десяток сообщений:

И бояться мне уже нечего.

Гера, я умер.

Я умер!

Вместо меня теперь Тёмный джокер!

Останови его!

Тебе придётся разделить его на шесть частей, иначе он не остановится.

Возьми топор!

Разруби Тёмного джокера.

И сожги его куски!

Останки Миланы тоже сожги.

Этот поток сумасшествия убивал и мой здравый ум.

– Ваня, перестань беситься! – закричал я в стену.

Телефон продолжал разрываться от уведомлений:

Гера, я умер.

Уничтожь моё тело.

Надо было его успокоить. Я взял с кухни фильтр-кувшин, чтобы с порога плеснуть Ване в лицо холодной водой и соврать, что за ним уже едут.

Я вернулся, открыл дверь и увидел, что он и правда лежит на полу мёртвый!

Он не притворялся. У Вани были открыты глаза и рот. И он не дышал. Пузырьки слюны на губах были неподвижны.

Я опустился на колени, приложил ухо к холодной груди. Тихо. Не только сердце. Всё в этом теле замерло. Ваню нужно было спасать немедленно. Если это ещё было возможно!

Телефон не работал. Окна тряслись от грома.

Я закрыл глаза на несколько секунд, чтобы перевести дыхание и немного привести ум в порядок.

Звон в ушах стал тише. Мне пришла здравая мысль: «Ведь в доме полно других людей. Они могут помочь».

Я побежал по коридору и без стеснения стучал в каждую дверь:

– Скорую! Звоните в скорую! Быстрее!

Из комнат в разных сторонах коридора вышли только двое. Тётя Вера в сорочке наизнанку и студент Юра. Видно, он ещё и не ложился. Парень был сонный, но полностью одетый.

Соседи ещё и не узнали, что случилось, но уже пытались звонить.

– У меня нет сети! – сказал Юра.

– У меня тоже ничего не ловит. – Тётя Вера смотрела в экран своего кнопочного телефона.

– Да как это нет? Не может быть такого! – кричал я.

– Наверное, из-за грозы. – Студент пожал плечами. – Что случилось-то?

– Ваня умирает! – ответил я. – Или уже умер… Тогда надо бежать за помощью.

– А нашатырь есть? – спрашивала тётя Вера.

Я на ходу натягивал куртку и махал на неё руками. Какой тут нашатырь, когда он не дышит и сердце не бьётся…

Но мне не удалось выйти из дома. Наша магнитная дверь не работала. Я выдернул провод, а она всё равно не открывалась. Её как заварили снаружи или заложили кирпичами.

Ваня так и сказал: никто не войдёт и не выйдет из дома до утра. Мне стало казаться, что не все его слова были бредом.

Мне нужен был какой-нибудь инструмент, чтобы выбить дверь. Я поднялся обратно. В коридоре было темно, и слышались только раскаты грома и плеск воды.

Я подумал, что соседи разошлись по своим квартирам, но когда зашёл к себе, увидел тётю Веру. Каков был мой ужас, когда её немолодое лицо озарила вспышка молнии.

– Что вы тут делаете? – спросил я.

Женщина держала руки в замке и трясла ими, будто молилась, но из её рта вырывалась только бессмысленная тарабарщина.

Я просил объяснений:

– Что с вами? Что случилось?

– Ва-ва-ваня! Т-т-там! – женщина говорила как замёрзшая.

Тётя Вера жила на свете не меньше полувека. Неужели её так напугало бездыханное тело, что она не дошла до своей квартиры и спряталась у меня?

Надо было увидеть своими глазами. Я почувствовал себя по-дурацки оттого, что приходилось мотаться туда-сюда. Вышел обратно в коридор и снова услышал это чавканье, которое в прошлый раз принял за плеск воды. Теперь я понял, что это не так.

В конце коридора кто-то сидел на полу, изогнув спину. Во тьме были хорошо видны белые бинтовые повязки.

– Ваня, ты живой! – Я спешно зашагал к нему, но резко остановился, когда разглядел, что там происходило.

На полу лежал студент Юра. Ваня, которого я считал умершим, сидел над ним и, держа его за шею, вгрызался в его затылок!

Чокнутый старьёвщик убил студента!

– Он был такой умный! Так и хотелось попробовать его мозги, – сказал Ваня чужим голосом, подняв взгляд на меня. – Угощайся, сосед!

В меня полетел крупный дрожащий кусок. Я увернулся, но мне на лицо попали мелкие капли.

Ваня смеялся и прыгал за мной по коридору, как дикое животное. Я не успел закрыться, а только защемил дверью его голову. Он, улыбаясь, щёлкал зубами и брызгал кровавой слюной.

Я старался удержать дверь, а позади меня, прижавшись спиной к стене, вопила тётя Вера.

– Пустите меня, я тоже хочу с вами! – орал Ваня сатанинским голосом. С его лба сполз бинт. Под ним была начисто срезана кожа.

Тут я не удержал дверь, он выбил её, сбил меня с ног и, пробежав прямо по мне, бросился на тётю Веру. Ваня набросился на кричащую женщину и одним рывком оторвал ей голову!

Увиденное не усваивалось сознанием как реальность. Мой невысокий и худощавый сосед держал за волосы оторванную голову тёти Веры, а её тело изогнулось на полу, кровь быстро расползалась по ламинату.

– У неё был противный голос! Скажи! – Ваня засмеялся и бросил в меня голову.

Я опять убегал. Умалишённый садист играл со мной в догонялки. Выбежав из своей квартиры, я забежал в его и успел щёлкнуть задвижкой.

– Соседушка! Дорогой мой! Зачем ты заперся в моей квартире? Открывай! – Ваня яростно стучал в дверь.

Раздался звонок. Это дребезжал старый дисковый телефон. Я и не думал, что городские телефоны кто-то до сих пор обслуживает. Да и этот был похож на один из предметов антиквариата, но я взял трубку, схватился, как за спасительную соломинку. Хотел кричать, чтобы сейчас же вызвали помощь, но звонивший опередил меня.

– Гера, слушай внимательно! – это был голос Вани… его настоящий голос, а не те насмешливые вопли. – Тот, кого ты видишь, – не я! Это Тёмный джокер. Я умер, а он вселился в моё тело, как я и говорил. Руби его на куски. В ванной лежит топор. Давай быстрее. Он сломает дверь.

Я так сильно сжал трубку, что не смог бы отпустить её сам, но она вдруг раскалилась и обожгла мне ладонь[19].

Телефон гудел и плавился, на корпусе вздувались пузыри. Пока я тряс обожжённой рукой, трубка таяла на полу, а голос в ней твердил:

– Знаешь страшные истории про Пиковую даму? Она не единственный зловещий дух. Есть и другие!

Я забежал в ванную, чуть не споткнулся о гору мешков с солью. Стены были в крови, сама ванна перетянута пищевой плёнкой. Слова моего соседа только казались бредом, но он не говорил ничего, кроме правды.

Топор валялся среди мешков. Я