По Острию Бритвы - Роберт Дж Хейс

Мой живот предательски заурчал при мысли о еде. Управляющий воспринял это как победу и откинулся на спинку стула, продолжая наблюдать за мной. Я взглянула на тарелку и увидела, что от нее идет пар. В водянистом бульоне плавали кусочки коричневого мяса и оранжевые овощи. Я облизнула губы и отвела глаза, встретившись взглядом с управляющим.

— Все это может стать твоим, Эскара, — сказал управляющий, обводя рукой стол. — Ты могла бы снова быть чистой. Сытой. Одетой. Я не прошу тебя клясться в верности Террелану. Я, конечно, не прошу тебя сражаться за Террелан. Я не прошу тебя убивать за Террелан. — Я чуть не рассмеялась. Империя Орран тоже не просила меня об этом; они взяли меня ребенком и никогда не давали мне выбора. Не то чтобы я возражала. Возможно, они и не оставили мне выбора, но они дали мне силу.

— Эскара, — продолжил он, — я хочу от тебя ответа на один единственный вопрос. Где ты обучалась?

Я не поняла. Это казалось таким безобидным вопросом. Управляющий уже знал, где я обучалась. У него было все это и многое другое в записях и документации, найденных после падения Вернана. Я ответила почти без колебаний.

— Академия Магии Оррана, — медленно произнесла я, ожидая увидеть обман этого засранца.

Управляющий кивнул и встал со стула. Он подошел к двери и распахнул ее. С другой стороны в ожидании стоял солдат.

— Сними с нее цепи и оставь в покое на десять минут, — сказал управляющий. — После этого она сможет присоединиться к остальным заключенным. — Он повернулся и посмотрел на меня с лукавой улыбкой на лице. — Спасибо тебе за сотрудничество, Эскара. Увидимся на следующей неделе.

Я сидела, ошеломленная, когда солдат вошел в комнату, взял со стола ключ и снял наручники с моих запястий. Он снял цепь и закрыл за собой дверь. Я оказалась одна в комнате с водой и зеркалом, тушеным мясом и вином, одеждой и ботинками. Я оказалась наедине со своим полнейшим смятением.

Какой же чертовой дурой я была. Возможно, это из-за моего возраста, но я не понимала. Я сидела и обдумывала то, что только что произошло, прокручивая все это в голове. Я потратила почти десять минут, пытаясь разгадать игру управляющего, но так и не нашла ответа. В конце концов я опустила взгляд на стол.

Вода для мытья была ловушкой. Потом я отправлюсь прямиком в Яму. Меньше всего мне хотелось выглядеть чистой. Одежда выделяла бы меня среди остальных. Некоторое время я смотрела на ботинки, жалея, что не могу их взять, но в Яме хорошая обувь была ценнее еды. Другие заключенные с радостью убили бы меня за возможность приобрести пару крепких ботинок.

Оставались только тушеное мясо и вино. Не могу передать, как сильно мне хотелось проглотить это рагу. Оно пахло восхитительно, несмотря на мою вонь, а я уже несколько месяцев не ела ничего, кроме каши и черствого хлеба. Мне так этого хотелось, что я уже держала миску в руках и почти поднесла к губам, прежде чем во мне проснулось упрямство. Я не знала, что задумал управляющий, задав мне вопрос, на который он уже знал ответ, и вознаградив меня так щедро за ответ. Но я знала, что это было то, чего он хотел. И я бы скорее провалилась сквозь землю, чем дала бы что-нибудь этому ублюдку.

Закричав, я разбила миску с тушеным мясом о дальнюю стену. Затем вылила воду для стирки на одежду и добавила в смесь вина. Наконец, я опустила глаза и увидела себя в зеркале. У существа, смотревшего на меня из-под грязи, было красное лицо, и оно рычало, как дикое животное. Я подняла зеркало, запустила им в дверь и ухмыльнулась, когда оно разбилось вдребезги. Думаю, тогда я бы перевернула стол, но он был прикреплен к полу, поэтому я ограничилась тем, что опрокинула стулья и снова закричала. Я была очень удивлена, когда солдаты не открыли дверь и не утащили меня прочь. Из-за двери не донеслось ни звука.

Особенность зеркал в том, что они сделаны из стекла, а у стекла есть свойство образовывать острые края, когда оно разбивается. Пока я ждала среди беспорядка, который сама же и устроила, я посмотрела вниз и увидела множество осколков, блестевших в свете лампы. Я опустилась на колени и взяла в руку небольшой осколок, быстро засунув его в бинты, которыми была обмотана моя левая рука.

Когда солдаты, наконец, открыли дверь, чтобы бросить меня обратно к остальным, я сидела на столе, разрывая по швам испачканную вином одежду и бросая ее обрывки на пол. Они не были вежливы, когда выводили меня из помещения гарнизона.

Глава 5

Я уже говорила, что всерьез моя жизнь началась в Яме, но это не совсем так. На самом деле, это наглая ложь, и я чертовски хорошо ее рассказываю. Я прожила пятнадцать лет своей жизни, прежде чем попала в тюрьму, и я бы не сказала, что хотя бы один год из них был спокойным. Нет, в моей истории есть нечто большее. Тебе нужно знать больше. Или, может быть, я просто тешу свое эго. Хрономанты любят говорить нам, что прошлое и будущее влияют друг на друга в равной степени. Прошлое влияет на то, как мы реагируем на события в будущем, а будущее влияет на то, как мы воспринимаем события прошлого. Поскольку прошлое существует только в воспоминаниях, оно полностью формируется под влиянием того, как мы на него смотрим. Итак, поскольку это моя история, я решила немного отвлечься.

Когда я была маленькой девочкой, лет пяти-шести, я любила две вещи больше всего на свете. Ну, может быть, не так сильно, как папу и маму, но, поскольку большинство пятилетних детей полностью зависят от своих родителей, я думаю, это справедливо — любить их больше всего на свете. Я любила деревья и любила небо.

Я выросла в маленькой лесной деревушке под названием Кешин, расположенной на южной стороне Иши, далеко от границы между Орраном и Терреланом. Для глаз ребенка, который не знал ничего лучшего, это место казалось оживленной деревней, но сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что оно было очень маленьким, всего пара сотен жителей. Мы торговали бревнами и фруктами, а моя мать плела корзины, которые продавались повсюду, но в основном Кешин держался особняком. Я понятия не имела о мире, который существовал за пределами этих лесов.

Еще