Тень за спиной - Карина Пьянкова

И на этот раз Уинтер меня не разочаровала.

— Были два студента. Они сейчас учатся в магистратуре, второй курс. Уилл Грехэм и Марк Сандерс. Оба, кажется, были без ума от той остроухой куклы. Даже подстраивали гадости профессору Моргану. Пока он не поговорил с ними серьезно. В конце концов, он же не тащил эту нелюдь в постель.

Я изумленно приподняла брови. Как-то плохо верилось в такое вот заявление. Быть может, девушка заблуждалась насчет своего идеального мужчины?

— Вы уверены в этом? Все же мисс Лилэн была красива, а профессор Морган молод… Они проводили вместе много времени…

Мелани снова уселась на стул и прикрыла глаза.

— Ни единого шанса, — тихо произнесла она с какой-то затаенной обидой. — Профессор Морган потерял жену и дочку за два года до собственной смерти. Для него это стало ужасной трагедией. Он так и не оправился. Профессор не смотрел на других женщины. Совершенно. Ушел с головой в науку. Ничем не интересовался, кроме своих исследований.

Воскрешение… Он изучал возможность воскрешения… Неужели просто хотел вернуть жену и дочь? Неплохой стимул для работы. Кто-то после потери семьи стремится бороться со злом… А кто-то просто пытается снова дать жизнь умершим. Как сделал это профессор Морган.

То есть… Возможно, он наложил на себя руки, когда осознал, что эксперименты обречены на провал и обмануть судьбу не получится? Тогда выходит, гибель ученого и убийство Иллис Лилэн никак между собой не связаны. Просто для мужчины это стало закономерным финалом длинной трагедии. А вот у эльфийской целительницы трагедия была уже своя.

Сверх того, что мне сказали, ничего полезного вытащить из Мелани Уинтер мне не удалось. Или она больше ничего не знала, или я просто не знала, какие следовало задать вопросы.

По крайней мере, у меня было еще три возможных свидетеля. Работы все прибавляется и прибавляется.

Стоило выйти в коридор, как позвонил напарник. Словно почуял.

— Джексон, как твое ничегонеделание? — спросил он, даже не сказав «привет».

В голосе Холта явственно слышалось самодовольство. Нашел что-то.

— Мое ничегонеделание было отличным. Морган был некромагом.

На то, чтобы переварить эту новость, Дэмиану потребовалось секунд тридцать. В целом я понимала его чувства.

— Но ведь Иллис Лилэн была целительницей, разве нет? — растерянно спросил Холт.

Я подтвердила:

— Да, была.

— Какого черта эльфийской целительнице консультироваться с некромагом? Что у них вообще может быть общего?!

Вот-вот. Хоть кто-то теперь сможет понять мои чувства.

— Один тип из университета сказал, что между эльфийским целительством и некромагией не так мало общего, — пробормотала я. — Правда, я сомневаюсь, что между смертью Моргана и убийством эльфийки есть взаимосвязь. Морган покончил с собой.

Холт вздохнул. Да, все верно. Если бы преподавателя убили, то можно было бы еще покопаться в этой мутной истории с некромагией и эльфами. Но… Слишком много этих чертовых «но».

— Вернусь в участок — подниму материалы по делу. Может, все же проморгали убийство. Списать все на суицид — всегда удобно.

Удобно. Кому хочется возиться с висяком? Получать втык от начальства…

— Посмотри. А я тут еще немного поброжу. Мне назвали еще двух человек, с которыми Лилэн общалась. Попробую найти их и порасспрашивать.

— Ну, давай, — благословил меня на дальнейшие подвиги Холт. — Только совсем уж там не пропадай. Встретимся в участке.

Жаль, я вчера была не в том состоянии для разговора и как следует не расспросила Винсента. Он ведь что-то знал об Иллис Лилэн. Возможно, о Моргане он тоже мог рассказать что-то интересное и полезное.

Надо было вести себя с ним… помягче. Наверное. Но кто вообще мог знать, что навязчивый тип не просто раздражающий фактор, а еще и источник какой-никакой информации по делу? Если столкнусь с Винсентом еще раз, стоит полюбезничать… Пусть меня и передергивает от одной мысли. А еще стоит хорошенько расспросить Еарри о нетипичном посетителе.

Декана факультета некромагии, к моему огромному сожалению, на месте не оказалось. Какой-то там то ли симпозиум, то ли конференция… Я даже не стала вникать во всю эту научную галиматью, которую на меня вывалила его секретарша. Елавное, что добраться до главы факультета нельзя, а уж по какой причине — дело десятое.

Добившись примерных сроков возвращения профессора Флина, я отправилась на охоту на двух магистрантов, о которых говорила Мелани Уинтер.

Грехэм и Сандерс… Заурядные фамилии. Интересно, какими они окажутся на самом деле?

Пришлось хорошенько побегать по кабинетам, чтоб узнать об их местонахождении. Сандерс, как оказалось, попал в больницу пару дней назад из-за неудачного эксперимента. А вот Грехэм, тот так и продолжал торчать в лаборатории. И это меня изрядно напрягало, потому как добровольно идти в лабораторию к некромагу… Тут нужно обладать изрядной крепостью духа.

Если я думала, что аудитории магов смерти располагались на самом нижнем уровне, то зря. Оказывается, имелся еще один уровень, уходящий прямиком под город. Именно там творилось то, о чем лучше вообще не знать рядовым жителям Нивлдинаса.

Работа с мертвой материей. Превращение ее в немертвую. Нам читали на четвертом курсе краткий курс некромагии, так что в общих чертах я представляла, чем именно там могли заниматься. Поэтому спускаться в лаборатории очень не хотелось. До дрожи в коленях.

На входе имелась отдельная проходная. Хмурый седой охранник-человек потребовал у меня пропуск. Учитывая, что на вид мужчине было не больше сорока лет… Словом, мне еще меньше хотелось идти в лаборатории.

Однако полицейский значок запросто сошел за пропуск. Разве что мне посоветовали не пытаться пройти в те двери, на которых висит табличка «не беспокоить».

Словно бы у меня были суицидальные наклонности…

— А Грехэм… там у него ничего на меня не выскочит? — с долей опаски осведомилась я у охранника.

Поняв, насколько я на самом деле взволнована предстоящим визитом в святая святых факультета некромагии, мужчина рассмеялся.

— Да нет, инспектор, вы не волнуйтесь, у них там ничего не шевелится и даже не собирается. Главное, в склянки руки не суйте — и все будет в полном порядке.

Я поспешно заверила, что никуда руки я совать не буду, потому что запасных все равно нет.

Из лабораторных помещений вышли бы отличные декорации для любого фильма ужасов. Тусклый свет, странные звуки… а временами еще и истошные крики. И оставалось только гадать, это вопли возвращенных к подобию жизни мертвецов или же живых приносят в жертву, или пытают.

Что бы ни говорили по телевидению, некромагия — это некромагия. Кровавое, жестокое искусство. Наука убивать с пользой, и использовать уже мертвое на благо.