Возвращение Томаса - Юрий Никитин

Олег подставил лицо свежему ночному воздуху, на террасуслабо доносятся пьяные крики, веселые вопли, снизу поднимаются тягучие ударымолота по железу, вкусно пахнет кожами и свежим хлебом. Некоторое время онприслушивался к ночной жизни замка, а когда сзади послышались шаги, он удивился,что это не Лилит, как почему-то ожидал, а кто-то из местных.

Подошел и бестрепетно смотрел снизу вверх маленькийтолстенький священник. К груди прижимает обеими руками толстую книгу, как щит,на лице борются страх и решимость, глаза беспомощно мигают, а рот то сжимаетсяв твердую линию, то кривится, как у ребенка, что вот-вот заплачет.

— Ты был невесел на пиру, сын мой, — сказал онслабым голосом, — я не знаю, что тебя гнетет, но нас, служителей церкви,Господь поставил для того, чтобы мы могли помочь людям разобраться в желаниях ипоступках, вместе с ними отыскать верный путь...

Олег посмотрел на толстенького священника с вялымлюбопытством. Эту породу знает, простые и недалекие люди, искренне верящие, чтоименно по воле Господа иконы творят чудеса, над монастырями в небе возникаютдивные знаки, а когда грядет война или мор, то Господь по небу бросаетхвостатые звезды, предупреждая, предостерегая...

— Спасибо, — ответил он вежливо. — Но естьлюди, что предпочитают со своими мыслями разбираться сами.

— Это нелегкий путь, — предостерегсвященник. — И чаще всего неверный.

— Согласен, — ответил Олег. — Ученый человеквсегда лучше подскажет неграмотному крестьянину, чем тот отыщет сам.

— Вот-вот, сын мой...

— Но только, — сказал Олег мягко, — я нетакой уж и неграмотный крестьянин. Спасибо, падре, но займись лучше челядью водворе. Я вижу там внизу и чревоугодие, и прелюбодеяние, и все остальные грехи,как совсем смертные, так и полусмертные...

Священник покачал головой, из круглых детских глаз страхпостепенно уходил, язычник не так уж и страшен, взамен пришла решимостьпастыря.

— Сын мой, они — христиане! Они ответят за свои грехи,если не искупят добрыми поступками. А вот ты блуждаешь во тьме неверия. Не порали тебе послушать о житии Христа, о его мученической смерти и чудесах, которыевоспоследовали...

Олег прервал:

— Падре, куда больше чудес творили жрецы богов, которымпришла на смену вера Христа. Так что не в чудесах сила.

Священник опешил.

— Как это... не в чудесах?

— Да так, — ответил Олег с грустью в голосе.

— Но чудеса, — сказал священник горячо, —лучшее доказательство Божьего присутствия!

— А какие чудеса творили наши старые боги... —протянул Олег.. — К тому же они куда более реальны!.. С ними можноговорить, с ними можно общаться, с ними можно даже подраться. Наши боги дажеживут на земле. Кто в лесу, кто в реке или озере, кто носится вместе стучами... Даже те, кто в небе, сходят на землю, чтобы влезть в постель к чужойжене, пока муж воюет на кордоне...

Священник кивнул, в глазах блеснула радость.

— Знаю, — сказал он обрадованно, — так былрожден славный рыцарь Геракл, отмеченный многими доблестями, но с нелегкойсудьбой, за что Господь в конце концов и забрал его к себе на небо.

— Не на небо, а на Олимп, — буркнул Олег. —Был я на том Олимпе, одни драные козы траву щиплют. Я к тому, что наши боги —реальные. Жили на Олимпе, потом куда-то ушли. Кто-то сгинул, кто-топриспособился... Хотя вряд ли, слишком уж эллинские боги были... э-э...чувственные. У них цель всей жизни была в том, чтобы совокуплять друг друга,людей, коз, коров, птиц, рыб, мух... Такие никогда не приспособятся. Это Перун,который бабами или жратвой мало увлекался, а все занимался целыми племенами инародами, как-то нашел компромисс...

Священник спросил всполошенно: