Игра с тенью - Катерина Полянская

Утро началось с тяжелой головы и звенящей тишины вокруг. Гиля не было, и откуда-то я точно знала, что в комнату он не входил. Он вообще в последнее время редко ночевал здесь, предпочитая диван в мастерской. А я… сегодня, пожалуй, впервые ощутила что-то отдаленно похожее на обиду.

Так хотелось к кому-то прижаться, уткнуться лбом в сильное, теплое даже сквозь одежду плечо, выговориться и получить свою порцию сочувствия и поддержки! Я ведь не многого прошу! И так редко… Но подходящего человека рядом не было и приходилось довольствоваться одеялом, в которое я завернулась, словно в кокон. Нет, то есть были Гиль с Ликой, Дег и Виктория, но тепло мне давало почему-то одеяло.

Стоило подумать об этом, как вредный червячок сомнений высунул голову, чтобы сообщить, что если предметы становятся ближе людей, значит, люди рядом не те и вообще пора в жизни что-то менять. Но я на него мысленно цыкнула, проснулась окончательно и поплелась в ванную.

Там, отмокая в горячей воде, вспомнила, что вечером так к Гилю и не зашла, проспала как убитая до утра.

И, естественно, приведя себя в порядок, первым делом отправилась в мастерскую, но жениха не застала. Окна были распахнуты, по помещению гулял приятный ветерок, но ему оказалось не под силу выгнать отсюда запах краски, который, кажется, въелся в стены, предметы нехитрой обстановки, прочно завис в воздухе. Но мне нравилось… Творческий беспорядок, когда, прежде чем наступить куда-то, надо внимательно посмотреть под ноги, безумная какофония «ароматов», полотна разной степени завершенности, разложенные и расставленные повсюду. В комнатке, где я делала своих кукол, было примерно так же, только в меньших масштабах. Возможно, поэтому я и почувствовала в начале знакомства в Гиле Одинге родственную душу.

— Господин отправился на встречу с хозяином галереи, — сообщил Тензи, когда я спросила о женихе. — И просил передать, что вечером его тоже не будет.

А вот это уже странно…

— Вот как? — Я нахмурилась.

— Насколько мне известно, его пригласили расписывать декорации для городского театра, — с неизменной улыбкой, прячущейся в уголках губ, поделился информацией дворецкий. — Невероятно, но господин Гиль согласился и теперь трижды в неделю работает там.

Действительно, невероятно. Гиль — страшный затворник, мне даже в начале знакомства не удавалось вытаскивать его на свидания в город. А тут работа… И это при том, что он ненавидит обязанности!

Явственно ощущая, что что-то в этой жизни ускользнуло от меня, я поблагодарила Тензи, отказалась от завтрака и отправилась по ставшему уже привычным маршруту.

Пешком.

Но стоило углубиться в узкие улочки, как нахлынуло ощущение, будто чего-то не хватает. Чего-то важного. Несколько минут я шла, точно босиком по острым иглам. Потом в голову болезненно ударило осознание: тени!

Их не было. Вообще ни одной.

Если вдуматься, я не видела ни единой со вчерашнего утра.

Кожу обсыпало холодными мурашками. Я ускорила шаг.

Любимую кофейню и привычный утренний ритуал сегодня пропустила, сперва дело. Все равно пока не зайду к Дегейру и не узнаю новости, кусок в горло не полезет. Я прикинула направление и свернула чуть раньше, чем обычно.

Несколько минут — и я оказалась перед хмурым зданием Центрального управления правопорядка.

— Дег у себя, проходите, — дежурный меня знал.

Я послала потрепанному мужчине улыбку и бодро застучала каблуками по коридору.

Кабинет Дега и Вики располагался на первом этаже, в левом крыле. На самом деле после последнего повышения им должны были предоставить помещение повыше, но Дег уперся, а напарница перебираться без него не пожелала. Ходили слухи, что ей потом новое повышение предлагали, но тогда пришлось бы сменить город, и Виктория отказалась. Я в местные тонкости никогда не вникала, так, слышала краем уха что-то, но даже этого оказалось достаточно, чтобы догадаться об отношении одной рыжей особы к обаятельному красавчику. Невзаимном, судя по всему.

— Ксилена! — Дег высунулся из кабинета, как раз когда я подошла к двери и собралась постучать. — Проходи. А я шел ловить тебя в кофейне.

— Неужели я настолько предсказуема? — Настроение медленно поползло вверх.

Полусерьезное общение о важном, какое у нас всегда получалось с Дегейром, сейчас оказалось именно тем, чего мне не хватало. От сердца отлегло, и леденящий страх стал понемногу отпускать.

— Я внимательный, — ухмыльнулся старший следователь.

— Служба обязывает, — согласилась я, устраиваясь в потертом кресле для посетителей.

Таковыми чаще всего оказывались подозреваемые и прочие непритязательные личности, поэтому о новой мебели тут никто не заботился.