Нефрит - Елена Синякова

Покосившись на Мию, я поняла, что не только я начинаю улыбаться во все зубы от умиления, потому что Вульф в своем медвежьем обличии был просто очарователен!

Настоящая плюшевая радость, которая послушно уселась на мохнатую попу посреди снега, потоптавшись широкими лапками и опуская голову, словно не мог смотреть в глаза никому.

Такой хорошенький и непривычно миниатюрный!

Нет, он не был мелким по сравнению с людьми, и походил скорее на настоящего медведя, которого можно встретить в лесу!

Не такой огромный, мохнатый и хищный, какими были все наши Беры в своем втором облике. при виде которых сердечный приступ могли схлопотать даже знающие охотники!

Не трехметровый черный великан с клыками и когтями больше моей ладони, каким был Нефрит или Север.

Да, если бы я увидела такого мишку в лесу, то приняла бы его за настоящего без сомнения!

Вот только я снова не понимала, почему все лица Беров вытянулись от удивления, застыв в полном недоумении, словно они увидели призрака не иначе, и только Карат продолжал чуть улыбаться кончиком губ, оттолкнувшись плечом от веранды и зашагав вперед, чтобы отодвинуть плечом притихшего Ледяного и опуститься на корточки перед Вульфом, приподнимая мохнатую морду вверх:

— Тебе нечего стыдиться, Вульф.

Мишка смущенно фыркнул, на что я улыбнулась, склонившись ближе к Нефриту, чтобы прошептать:

— А что не так? Ведь он тоже мишка, как и вы…просто еще молодой и не вырос.

Замечая, что по коже Нефрита пронеслись мурашки, оттого, что склонилась слишком близко, я смущенно застыла, почему-то кинув быстрый взгляд на Отца, ожидая, что мне снова сейчас погрозят пальцем.

Но, к счастью, наш грозный громогласный Отец был занят исключительно рассматриванием Вульфа и пока не обращал внимания на то, что я сделала, сама того не замышляя, и как отреагировал Нефрит, когда его пальцы сжались на мне с силой и жаждой.

— Вульф гибрид, — наконец произнес Карат, не поднимаясь с корточек и продолжая рассматривать мишку спокойно и без лишних эмоций, чего нельзя было сказать про остальных, когда Беры поспешили вперед, чтобы тоже посмотреть на невиданного зверя, — Раньше ему подобных называли детьми греха.

— И что это значит? — покосился на Карата Север.

— Запрет на смешение крови между родами, — тихо ответил Ледяной, пошкрябав задумчиво свою белоснежную аккуратную бороду. и не сводя глаз с Вульфа, — Нельзя чпок…

— Пап!

— Ну всмысле….нельзя ловить медведиц чужого рода. ибо Полярные должны родиться только от полярных, как и Бурые от бурых, а Кадьяки от кадьяков. Но, видимо. кто-то решил поставить эксперимент, — заключил Отец, кивая на мишку, чей окрас действительно был не равномерный, а шерсть на удивление короткой и отчасти похожей даже на соболиную, когда на черном мехе вокруг морды и на лапах выступала бежевая полоска шерсти.

И снова медвежья мордашка опустилась вниз, словно он не мог выносить взглядов, стыдясь того, кем он был, напряженно вытянувшись, когда рядом с Каратом так же на корточки опустился Янтарь, а вслед за ним и Север.

— Да ладно тебе киснуть, малец! — рассмеялся вдруг Янтарь своим низким басистым басом, от которого дрожали кончики заснеженных елей, пихнув локтем мишку, чья мордашка изумленно вытянулась и впервые приподнялась, — Батя тебя рыбой откормит, еще больше меня вырастешь!

И словно лопнул пузырь первого шока, удивления и ступора, в котором находились все Беры, когда мужчины мягко и легко смеялись, по-братски касаясь мишку своими большими сильными ладонями. чтобы потрепать по стоячим ушкам, или пощекотать за мохнатый бок, отчего бедный в конец смущенный Вульф переступал с лапы на лапу, но впервые улыбался даже своей медвежьей мордашкой, блестя пипкой черного носа, явно не ожидая ничего подобного.

Нефрит отпустил меня вслед за Мией, которая с радостью кинулась к мишке, пока я улыбалась во все зубы, начиная смеяться от общей атмосферы семейного тепла и невероятного добра, на которые эти огромные мужчины были способны не смотря ни на что, понимая еще и то, что сделал Нефрит это не только потому. что решил дать возможность посмотреть поближе на нового брата в нашей такой большой и разношерстной семьи, а скорее потому, что ему нужно было собраться с мыслями и побыть от меня на расстоянии…чтобы успокоиться и перестать сжимать и разжимать кулаки.

И все таки страсть и желание Берсерков воистину не знает границ!

А еще с этим что-то нужно было делать…и срочно!

— Какой же ты хорошенький! — Мия просто цвела и смеялась так мило и очаровательно, наглаживая разомлевшего Вульфа, сидя на коленях Севера. где оказалась и я, когда подошла ближе, отчего Бер привлек меня к себе, не давая опуститься на снег и обнимая легко своей большой рукой, на что я с благодарностью улыбнулась. тоже потянувшись к мишке, чтобы прикоснуться к его необычной шерсти, и краем глаза видя, как Север цыкнул и покачал головой, покосившись на Нефрита.

— Никогда не видел подобных медведей, — задумчиво присел рядом с Севером и нами Туман, подмигивая ВульФу, на что раздался смешок Отца, что возвышался над всеми:

— Не видел он! Да таких как Вульф, даже Я не видел, что уж про вас говорить. соплей недорощенных!

Мишка хрюкнул от смеха, смущенно покосившись на Отца и на Тумана, который устало закатил глаза, но все таки ничего не сказал в ответ.

— Выходит таких и не было в последние века? — поднял свои синющие глаза Север на Отца, впервые посмотрев и на Карата тоже, что стоял рядом с Ледяным, не пытаясь что-то сказать или сделать.

— Их убивали вместе с отцами, которые отступили от правил Берсерков. — чуть дернул плечом Карат, словно это ничего не значило, улыбнувшись, когда Мия всплеснула руками:

— Что у вас за правила такие?! Чуть что — сразу убивать!

— Благодаря этим правилам наш род до сих пор жив, принцесса. и схоронен от глаз людей, — на удивление мягко произнес Карат. пока я старалась не задумываться над этим….а еще не смотреть в сторону Нефрита, который так и продолжал стоять чуть поодаль ото всех, наблюдая за тем, как я осторожно глажу по мягкой шерсти Вульфа.

Едва ли ему помогло расстояние, ведь в неоновых глазах горел все тот же огонь, а кулаки сжимались и разжимались, пока он пытался бороться с собой и своими желаниями. А ведь я всего лишь склонилась к нему, чтобы спросить, ничего не замышляя и теперь чувствуя себя растерянно и даже испуганно, но не потому что боялась его силы или страсти, а потому что состояние Нефрита не давало ему покоя.

Нет, с этим определенно нужно было что-то делать!

Понятно, что в ближайшее время моя рана не заживет сама по себе, но ведь должен же быть какой-то другой способ унять его страсть и это всепоглощающее желание?

— Идемте в дом, а то девочки замерзнут! — хлопнул Отец по плечу Севера, чуть подмигивая Вульфу и осторожно поднимая нас с Мией с колен Бера, чтобы отнести в дом, когда через его огромное плечо, я смотрела за тем, как все большие мужчины поднимались с корточек, а Вульф снова шмыгнул за ближайший сугроб, чтобы обратиться в человека и натянуть свои светлые шорты, подбегая к Нефриту с широкой ошеломленной улыбкой.