Ну, здравствуй, муж! - Татьяна Абалова

Справа от главы суда сидел Цессир-старший. Этот сверлил короля взглядом.

«Двуликие от природы. Никто не знает, что у них творится в голове. Надо было с ними первыми покончить».

Как же долго он плел паутину своей власти! Элькассар не желал покидать Агрид. Зачем? Если уйти вслед за Источником в новый мир, неизвестно, примет ли этот мир его как короля? А вдруг правителем станет Смерть? Или Валааху надоест изображать из себя обиженного, и он потребует корону? Что тогда будет ждать самого Элькассара? Бездна? Или прозябание у Источника?

Нет, власть для него все.

Сейчас в его семье можно найти представителя любого самодержца Всемирья, и он, Элькассар, дергает за ниточки каждое государство. Долгие лета, множество жен, еще большее количество любовниц и, как следствие, детей, позволили ему стать центром этого мира.

«Оборотней в моем роду нет, — поправил себя король. — Но и этот вопрос не из неразрешимых. Сегодня Песчаный Хаюрбат как никогда близок. Сколько у Хаюрба дочерей? Первый советник упоминал, что-то около двадцати? Для одной из них всегда найдется королевский ублюдок».

Слово «ублюдок» вернуло к мыслям о Кларидии.

«Отдать мальчишку на растерзание или потребовать право короля на помилование? С одной стороны, сын, а с другой — кость, которую можно бросить и отвлечь от последних событий во дворце. Что я потеряю, если Кларидия осудят? Дэйте носит его ребенка, а, значит, когда-нибудь Элькассары станут властителями и над зернами саара. В то же время слухи о том, что во дворце случилось нападение оборотней, не удержать. Благо Первый советник прикидывается, что ничего не помнит».

Элькассар остановил взгляд на бумагах, стопкой лежащих на столе.

«Если не будет у них удовлетворения от дела бастарда, могут начать расследование, и тогда придется объяснять, почему не сработала магическая охрана и пропустила в самое сердце королевского дворца оборотней. Хорошо, что Хаюрб уволок эту девку с собой, а, следовательно, нет свидетелей нашего с песчаным королем сговора. Гаррон тоже вместе с оборотнями сгинул, что, несомненно, жаль — мы потеряли влияние на его отца, но в другом случае пришлось бы Цессира-младшего ликвидировать как свидетеля сговора с хаюрдагами. Дура Самфира приволокла пса в зал переговоров. Сидит теперь, сопли на кулак мотает».

— К-хм, — лорд Вардбрук привлек общее внимание. Король вздохнул и сел ровнее. Покосился на орудие Смерти, чье острое лезвие зависло над головой. — Мы все здесь собрались, чтобы вынести приговор… — начал ректор.

Король поднял руку в останавливающем жесте.

— Я согласен, что Кларидий преступник. Готов принять любой приговор, вплоть до смертного. Возражать не стану.

Бастард застонал и уронил голову на руки, скрещенные на перегородке, отделяющей скамью подсудимых от общего зала. Он понял, что обречен: молить отца бесполезно.

Цессир нахмурил брови. «Что, Гердих? — Элькассар не смог скрыть кривую улыбку. — Не ожидал, что я так быстро сдамся? Когда узнаешь, куда делся твой сын, поймешь, почему я не стал вступаться за бастарда. Закон Первых магов соблюден. Око за око».

— Мы, Первые из Первых, собрались здесь, — повторил лорд Вардбрук, — чтобы вынести приговор королю.

— Ты хоть слышишь, что произносишь, Петэр? — насмешливый взгляд Элькассара остановился на ректоре академии, а ныне главе суда. — Я понимаю, многие лета и все такое, можно страдать маразмом и перепутать, но Кларидий далеко не король, и даже если выживет, им не станет!

Однако рука правителя потянулась к висящим на шее магическим амулетам, среди которых Цессир опознал смертельно опасные. Но Смерть не дремала. Лезвие косы блеснуло рядом с горлом Элькассара.

Жаждущая крови сталь холодила кожу, яснее ясного говоря о намерениях судей.

— На самом деле? Я не ослышался? Судить меня, короля? — он брезгливо отодвинул от себя лезвие.

Ненависть поднималась волной, но Элькассар нарочито широко улыбался. Он принял расслабленную позу, намекая тем, что ему опасаться нечего. Что взять с шаловливых детей? Поиграют в закон и успокоятся, стоит строгому родителю погрозить пальцем. Этого и раньше было вполне достаточно. Молнии из этого самого пальца метать ему позволяли древние корни. Помнится, прежнее здание суда выгорело дотла.

«Молодец дед, не побрезговал взять в жены погодницу из рода Говорящих с грозой».

— Ну-ну! — продолжил свой монолог король. — Посмотрим, какие доказательства вы мне на этот раз приготовили.

Уже которая по счету попытка справиться с семейством Элькассара проваливалась. В последний раз судьи не смогли доказать, что именно наследник трона оказался повинен в поражении западной армии в кровавой битве с эльфами. Ответ понес командующий, закупивший у Сытых колдунов поддельные амулеты Смертельного огня. На всех документах стояла его подпись, хотя на поставщика вывел старший сын короля.

— Интересно бы узнать, в чем вы меня обвиняете, — Элькассар сложил руки на животе, будто приготовился увидеть захватывающее театральное действие.

— Обо всем по порядку, Ваше Величество. Уверяю вас, судебные формальности будут соблюдены, — произнес лорд Вардбрук, и Цессир пододвинул к центру стола памятную пирамидку. В воздухе поплыло изображение молодого человека, отвечающего на вопросы дознавателя.

— Кто это? — король проявил нетерпение.

— Наш первый свидетель — лорд Фар Дафой из рода Читающих письмена, выпускник магической академии, ныне работающий в библиотеке.

Имя «Дафой» заставило Элькассара сжать губы, что не скрылось от внимания Гердиха.

Между тем допрос библиотекаря продолжался.

— Когда вам стало известно о списке, найденном вашим дедом — профессором кафедры Мировых языков?

— Я узнал о нем еще в Хаюрбате. Король Песков лично мне его показывал.

— И что вы там увидели?

— Списки родов Агрида, подлежащих уничтожению. Во всяком случае, об этом говорили пометки на полях.

— Не могли бы вы озвучить эти семейства?

По мере того, как Фар перечислял имена, лицо Элькассара медленно, но верно наливалось кровью.

— Вы узнали почерк короля Агрида?

— Да, я не раз видел его документы, у него характерное написание заглавных букв.

— Вы верите словам предателя, служащего Хаюрбу? — Элькассар поаплодировал рвению своих подчиненных. — Даже можете предъявить свидетеля, видевшего, что я лично причастен к уничтожению родов из этого мифического списка?

На стол легла следующая пирамидка. Теперь в воздухе плавало изображение той самой рабыни, которую увел с собой Хаюрб.

— Источник показал мне, — говорила Александра, волнуясь, — как погибли патриарх Вейховен и все те, кто был приглашен на праздник. Когда не осталось никого в живых, во дворце Белого лебедя появился принц, будущий король Элькассар Третий. Он спросил у убийц, все ли мертвы?