Одержимый. Рыцарь Империи - Андрей Буревой

– Ну а что с нашей задумкой? Идут дела?

– А то! – На лице Калвина расползлась одухотворенная улыбка. – Пока вас не было, городские цены уже на треть взлетели! Так что очень вовремя мы вложились!

– Что-то несильно недвижимость подорожала… – не разделил я его восторгов. Вот если бы цены скакнули вверх раза в два от прежнего, то да, это было бы реально здорово.

– Так это только начало! – заверил меня компаньон. – Сомнения ж у людей закономерные были, что леди Кейтлин покончит с Алым. Да и нет у большей части римхольцев особо средств, чтобы вкладывать их в дома и лавки. Вот подтянутся из других городов богатеи, почуяв возможность наживы, так цены и взметнутся вверх.

– Ну ладно, ты в этом деле опытней, тебе и думать, – махнул я рукой, решив не забивать себе голову лишними проблемами. Мне бы прежде с привезенной добычей разобраться, которая уйдет за сумму на порядок большую, чем стоит наше совместное с тьером Труно римхольское предприятие…

Бес, правда, начал возмущаться, доказывать, что деньги никогда нельзя оставлять без внимания, но я не стал его слушать. Ибо отмыться хотел куда больше, чем грядущие прибыли считать да места их новых вложений искать.

Пока приводил себя в порядок, незаметно день догорел. А на улице, несмотря на приход ночи, не стало менее людно и шумно. Наоборот, всеобщее веселье только обороты набрало. Добраться до дома градоначальника оказалось все так же нелегко. Еле протиснулся через толпу, попутно отбиваясь от желающих угостить меня дармовой выпивкой.

К слову, отказывался я зря. Вполне можно было не являться на обещанный пир, а с таким же успехом напиться на городской площади. Разве что в доме градоначальника компания поприличней была – из римхольских богатеев, крупных чинуш и прочего уважаемого люда. Все такие важные, разодетые в пух и прах – ну просто страсть. Что, впрочем, не помешало никому из них наклюкаться до поросячьего визга…

А Кейтлин даже не наряжалась. Все в том же эффектном наряде боевого мага щеголяла. Для вящей внушительности, видимо. Да для того, чтобы осадить подвыпивших мужчин, для которых и трезвых суккуба являет собой неодолимое искушение.

Ну а если брать в целом, то пир, несомненно, удался. Ведь было выполнено главное условие доброго пиршества – чтобы выпивка текла рекой, а закуска всегда была под рукой. Насилу расползлись все по домам… А я вернулся в свою комнату в таверне. Не собирался же меня никто у себя в гостях оставлять. Нет, Кейтлин меня вечером из виду не теряла, но и из ближнего своего круга как-то особо не выделяла. Ну за исключением того случая, когда повествовала разинувшим рты римхольцам о повергании Алого и второго огнедышащего дракона. Честно все рассказала о моем участии в этой эпической битве… Не вдаваясь в некоторые ненужные детали, конечно.

Только, если честно, лучше бы она вообще умолчала о том, как я бился с чудищами. Потому как изрядно подвыпивший народ тут же бросился меня качать, подбрасывая чуть ли не до украшенного лепниной потолка огромного зала для приемов. Так плохо мне даже в драконьей пасти не было… После тридцатого подкидывания у меня глаза уже в разные стороны смотрели. А Кейтлин, как мне показалось, с откровенным ехидством наблюдала за всем этим. Ее-то, понятно, качать не решились – только чествовали беспрестанно, поднимая за нее бокалы.

А утром… Вернее, не утром, а уже ближе к полудню, у меня жутко болела голова… А рядом в постели обнаружилась какая-то сладко посапывающая малышка… Черноволосая. С припухшими от поцелуев губами… Хотя я точно помню, что с пира один уходил… Неужели на площади кого-то подцепил?

Ожесточенно почесав затылок, я растолкал спящую одетой на моей постели девицу, что даже сапог не сняла, завалившись на чистое покрывало.

– Ты кто? – спросил я у своей гостьи.

Та, не поднимая век, со стоном приложила руку ко лбу.

– Я… Я Флем… – хрипло выговорила она, а затем, резко распахнув глаза, с ужасом уставилась на меня. Да как взвизгнет, подскакивая: – А ты кто и что ты делаешь в моей постели?!

– Вообще-то это моя постель, – оглядевшись на всякий случай и удостоверившись, что это мой номер в «Драконьей голове», заметил я. – И у меня, знаешь ли, тоже возникает закономерный вопрос: что ты в ней делаешь? Да еще и одетая…

– А-а… о-о… у-у… – ошарашенно оглядевшись и уставившись на меня округлившимися серо-зелеными глазами, издала нечленораздельный возглас девушка, довольно молодая и миловидная, надо признать. А затем заломила ручки: – Родители меня убьют, если узнают!..

– Ну так, может быть, тогда и не стоит им ничего говорить? – прозрачно намекнул я. – Ведь, судя по всему, меж нами ничего не было… Наверняка пришли пьяные до полной невменяемости и завалились спать. Если я даже на твою одежду не покусился, а с себя сумел лишь сапоги сбросить да куртку снять.

– Да-да, не нужно никому ничего говорить – пусть все случившееся останется между нами! – яростно закивала Флем да тут же за голову схватилась, страдальчески сморщившись. – А то меня точно на учебу в столицу не отпустят, – простонала она.

– Вот и договорились, – облегченно перевел я дух и поспешил к столу-тумбе, на котором стоял графин с водой.

Напоить пришлось и девушку. После чего, чуть придя в себя, она, отчаянно краснея при каждом взгляде на меня, поспешно ушла. Ну или скорей украдкой выскользнула из номера, тихо и незаметно. Хотя это и не имело смысла – все равно в коридоре не было абсолютно никого.

Я тихонько прикрыл за ней дверь и, облегченно переведя дух, прошептал:

– Пронесло…

После этого оделся и отправился в зал здоровье поправлять. Что и делал с успехом до самого полудня, потягивая крохотными глоточками охлажденное красное вино. А там и ожил. Поел. В голове сразу стало проясняться. А там вспомнились и вчерашние мои приключения. Когда я, возвращаясь в «Драконью голову» в изрядном подпитии, случайно наткнулся в толпе на девушку, облик которой живо напомнил мне Кейтлин. Было какое-то едва уловимое сходство в чертах их лица. А одинаковый цвет волос его только усугублял. Вот у меня крышу и снесло…

«И хорошо, что и я, и Флем были слишком пьяны, чтобы дело зашло дальше откровенных ласк! Иначе быть беде! – представив, в какой переплет мог угодить по причине утраты контроля разума над позывами души, неистово жаждущей воплощения своих самых сокровенных желаний, и чуть не облившись холодным потом, оторопело подумал я. Да тут же отодвинул от себя подальше недопитое вино, решив: – Нет, неумеренные возлияния мне отныне категорически противопоказаны! Отныне и до тех пор, пока не женюсь на Кейтлин!»

Покачав еще головой, я вздохнул. И, ругнувшись на потешающегося надо мной по своему обыкновению беса, отправился по гостям. Обещал же…

Но сразу попасть к Атеми не удалось. В зале меня перехватил Джегар, принесший дивную весть о том, что я приглашен леди Кейтлин отужинать с ней. Сегодня, в восемь вечера. Так что пришлось возвращаться да спешно разбираться с одеждой – в порядок ее приводить. А то сапоги не чищены, пряжка на ремне не блестит, а рубахи – ни одна не глажена.