Башня рассвета - Сара Маас

Шаол кивнул.

– Справимся и с продолжением, – твердо сказал он.

Так тому и быть. Вместе. Вместе они обязательно справятся.

Ириана слегка улыбнулась.

Караульный подвел к ним лошадь. Сейчас Шаол отправится во дворец, а она побредет к себе наверх и будет ходить из угла в угол, обуреваемая тревожными мыслями…

Пусть это глупо с ее стороны, но Ириана выпалила:

– А ты не хочешь остаться на обед? Повариха слезами обольется, когда узнает, что ты был здесь и не заглянул к ней.

Ириана знала: ею движет не только страх. Ей хотелось еще какое-то время побыть рядом с ним. Поговорить с ним так, как она редко говорила с кем-либо.

Минуту или две Шаол молча смотрел на нее, словно она была единственным человеком в мире. Ириана мысленно приготовилась услышать отказ. Быть может, он устал, и не надо его задерживать.

– А если мы пообедаем в другом месте?

– Ты хочешь сказать, в городе? – спросила Ириана, указывая на открытые ворота.

– Если, конечно, кресло выдержит поездку по улицам.

– Пешеходные дорожки ровные. – У нее забилось сердце. – А какая еда тебе нравится?

Они намеревались пересечь некую границу. И дворец, и Торра были местами пусть не закрытыми, но достаточно обособленными от внешнего мира. И здесь и там сохранялись их роли целительницы и пациента. А в город они отправятся как мужчина и женщина.

– Попробую… всего понемножку, – ответил Шаол.

Чувствовалось, он совершенно искренен. Он действительно хотел выйти с нею в город. Не столь уж важно, какую еду им подадут. Судя по тому, как жадно смотрел он сквозь ворота на вечерние улицы… Ему, как и ей, хотелось на время забыть о зловещей тени, нависшей над ними.

Ириана извинилась перед караульным: лошадь господину Эстфолу понадобится несколько позже.

– Я знаю, куда мы с тобой отправимся.

На него почти не обращали внимания. Люди торопились по домам; им было некогда глазеть на Шаола, едущего в кресле рядом с Ирианой.

Ехал он самостоятельно, как привык в коридорах дворца. Помощь Ирианы понадобилась всего в нескольких местах, где на пути встречалась колдобина или улица круто шла вниз. До выбранного Ирианой заведения нужно было проехать пять улиц. Ничего подобного в Рафтхоле Шаол не видел. Вместе с Дорином он бывал в нескольких местах, но там собиралась высшая знать. Попасть туда, даже имея деньги, было непросто – пускали лишь завсегдатаев и их гостей.

Место, куда привела его Ириана, напоминало рафтхольские заведения разве что обилием столов и стульев. Но сюда, как в таверну, мог зайти каждый. Фасад здания из светлого камня имел несколько дверей. В ожидании вечернего наплыва они были широко открыты. За дверями находился зал, а чуть дальше – такие же двери во внутренний двор. Впрочем, двор был не совсем внутренним. Он выходил на соседнюю улицу, от которой был отделен легкой оградой. Посетители могли одновременно наслаждаться видом города и любоваться звездами над головой. А вдалеке серебрилась под лунным светом гладь моря.

В воздухе плавали соблазнительные ароматы. Шаол узнал лишь чеснок. Остальные резкие, пряные и дымные запахи были ему незнакомы.

Их приветствовала распорядительница зала. Ириана что-то сказала ей. Женщина подозвала слугу, и кресло Шаола проворно вкатили во двор. Столик был на двоих. Тот же слуга быстро убрал лишний стул. Ириана села напротив Шаола. Посетители за соседними столами оборачивались и смотрели.

Не на него. На Ириану. Целительницу из Торры.

Похоже, Ириана не замечала их взглядов. Вернулся слуга и на одном дыхании выпалил названия всех кушаний, какие у них сегодня готовили. Ириана на своем ломаном халхийском сделала заказ.

– Тебе здесь нравится? – через некоторое время спросила она, обведя глазами двор.

Шаол смотрел на быстро темнеющее небо, где появлялись первые звезды. Когда в последний раз он просто сидел, забыв о своих обязанностях? Когда ел не только ради насыщения желудка, а не спеша, наслаждаясь едой?

Он подыскивал слова. Свыкался с непринужденной обстановкой.

– Такого у меня еще не было, – наконец признался он.

Ему вспомнился день рождения, который он праздновал с Аэлиной в оранжерее. Это был праздник наполовину. Половина его мыслей оставалась в стеклянном замке: кто на каких постах стоит, где может находиться Дорин. Но сейчас…

– Ты никогда не был в подобных заведениях? Или прежний король запретил и их?

– Нет, конечно. И в заведениях бывал, хотя и редко. Но я никогда не обедал, будучи просто самим собой.

Наверное, его неуклюжие объяснения лишь запутали Ириану, ничего не объяснив. Он не знал, как передать то, что он испытывал сейчас.

– Почему?

Ириана наклонила голову, и ее коса поползла по плечу.

– В родительском доме я был сыном управителя и наследником. В Рафтхоле – капитаном королевской гвардии. Теперь я – главный советник короля.

Ириана внимательно смотрела на него, терпеливо слушая сбивчивые объяснения.

– А здесь меня никто не знает, – продолжал Шаол. – Здесь вообще не слышали об Аньеле. И это…

– Дарит тебе свободу?

– Это делает меня другим человеком, – улыбнулся он.

Из внутреннего зала лился мягкий золотистый свет, играя на покрасневших щеках Ирианы.

– Я… очень рада.

– А ты? Ты часто приходишь сюда с друзьями, оставляя целительницу за порогом?

Ириана смотрела на прохожих.

– Друзей у меня не много… Не потому, что они мне не нужны, – торопливо добавила она, и Шаол улыбнулся. – У целительниц Торры заняты все дни. Нередко и вечера тоже. Бывает, мы ходим сюда. Но свободные часы редко совпадают. Поесть в нашей трапезной быстрее и проще. Так что целительницы – не слишком компанейские люди. Наверное, потому я и уцепилась за дружбу с Кашаном и Хасарой. Они вносили разнообразие в мою монотонную жизнь. Но их месяцами не бывает в Антике. И потом, дружба с людьми такого положения…

Шаола подмывало спросить, ходила ли она сюда с другими мужчинами, однако его вопрос мог испортить всю непринужденность этого вечера.

– Получается, ты, как и я, постоянно думала о своем ремесле.

Ириана кивнула:

– Возможно, когда-нибудь у меня и получится тратить часть времени только на себя. Научусь наслаждаться жизнью, отодвигая мысли о помощи другим. А пока не могу. Даже сейчас мне немного совестно.

– От таких мыслей надо освобождаться.

– Ты пробовал? И как? Получилось?

Шаол усмехнулся. Слуга принес кувшин с холодным мятным чаем.

– Мы с тобой научимся жить по-иному… если переживем эту войну.