Последняя искра - Алана Русс

Эда стушевалась.

— Я не… Велор! — кинжал она всё же взяла дрожащими пальцами. — Я не помню… Не могу вспомнить знаки печати!

Прежде чем я успела предложить свою помощь, Дракула гневно раздул ноздри. Зрачки серых глаз, прежде чуть расширенные, словно схлопнулись до крохотных злых точек.

Велор выдохнул, будто освобождаясь от непосильного груза, и вмиг стал ещё злее. Выхватил оружие из рук сестры и воткнул остриё в крышку люка.

Небрежный росчерк, другой, несколько кривых, но знакомых мне запирающих символов…

— Уж зарядить-то сама в силах? — кинжал, прекратив кромсать древесину, скрылся в ножнах на поясе, а я диву давалась, как у Велора изо рта яд не сочится, как из змеиной пасти. — Или только слёзы лить да права качать горазда?

Рассерженно дёрнув плечами, Эдана шлёпнула ладонь прямиком в центр корявой руны. Магия вмиг заполнила занозистые бороздки и стёрла их, а вместе с ними и люк, будто их и не существовало вовсе.

— Отлично! — похвалила я Эду, и та слабенько улыбнулась.

Велор тем временем огляделся. Аккуратно подобрался к самому краю.

Крыша, на которой затаились мы, и впрямь была плоской и покрытой мягким материалом, словно огромными листами подорожника. Но если домик напротив, похожий по архитектуре, вкривь и вкось был облеплен мансардами и комнатушками и напоминал башню в игре дженга, то убежище Лилет имело пристройки ровно до второго этажа. К тому же часть коридора и комнат, как я и подозревала, была скрыта от глаз магией.

«Чего только не придумают, чтобы налог скостить», — проворчала я про себя.

Слева и справа к убежищу словно прилипли жилые дома повыше. Крыши у них были высокие, скошенные со всех четырёх сторон, как пагоды. Толстое калёное стекло вышлифовано временем, ветром и редкими дождями, а водосборные жёлоба, чуть загнутые по краям, напоминали океаническую волну, застывшую на снимке.

Красиво, конечно, но бродить по такой крыше…

— Вниз здесь не спуститься, — едва слышно выдал Велор, будто попросту нам выпала честь подслушать его мысленные рассуждения. — Уйдём чуть дальше, а там видно будет. Вперед! — уже громче сказал он, обращаясь к нам.

Дракула, не разгибая спины и сосредоточенным звериным взглядом оглядываясь, уже подобрался к тому краю, где возвышалась крыша соседнего дома, как я его остановила.

Игнорируя недовольный взгляд, коснулась кончиками пальцев расшибленного лба Эданы.

— Спасибо, — с облегчением вздохнула она, когда изумрудные искры стёрли синяки и ссадины.

— Да не за что.

Я через силу улыбнулась, ощутив секундное головокружение.

— Идёмте! — поторопил Велор. — Если нас заметят… Пригнитесь!

Топот ног вдоль тесной улочки, вперемешку с абсолютно дикарским улюлюканьем, заставил сердце забиться в припадке.

Мы с Эдой едва ли не распластались по крыше. Я думала, сейчас нас вампирюга, как тесто, раскатает. Приложит воздушной гирей, чтоб даже волосок вздыбиться не посмел, но нет. Дракула всего лишь присел, припав на одно колено и низко склонив голову.

— Наши? — шепнула Эдана, но Велор, напряжённо вслушиваясь, выставил палец и медленно помотал головой.

Была в его движениях затаённая хищность, плавность перемежалась с резкостью. В это мгновение он был прекрасен как никогда, точнее, как истинное творение Сореса.

Я сглотнула, отводя взгляд. Укол с новой дозой горечи вовремя обжёг вены, дав понять, что то была чужая красота. Та, что спешит погубить. Морочащая и не дающая взамен ничего, кроме боли.

Глаза я подняла лишь тогда, когда Эда из положения лёжа перетекла на коленки и под чутким руководством Велора двинулась к краю, за которым распростёрлась полуметровая пустота меж стенами домов.

Одно хорошо — стеклянная крыша соседнего дома возвышалась над нашей и имела выступающие свесы, как поля шляпы. Они с лихвой перекрывали пролёт. Только и оставалось, что подпрыгнуть да за край уцепиться.

Дракула осторожно поднялся, подхватил Эдану за талию и подтолкнул вверх. Эда зацепилась за край водосборного жёлоба. Велор придерживал сестру за ноги, дожидаясь, пока та взберётся, и тихонько рассказывал, что делать дальше.

Я покрутила головой, прислушиваясь и дожидаясь своей очереди. На улице стало тише. Похоже, битва теперь шла внутри, прямо под нами. Запахло дымом, и сердце предательски сжалось.

Только бы никто не пострадал! Ни Шарар, ни Акитар, ни молоденькая пустынница…

Отбросив дурные мысли, я с замиранием сердца глядела, как Эдана, пыхтя и то и дело скользя пальцами по стеклу, карабкается на крышу. Пытается подтянуть ноги вслед за телом.

Дурное воображение мигом нарисовало картинку, где Эда срывается и падает в руки Велора, а кусок выломанного стеклянного жёлоба в её израненных до костей пальцах медленно окрашивается алым.

— Лиза.

Вновь присев и прислушавшись, Велор взмахом руки подозвал меня, когда Эдана, к счастью, благополучно взобралась на крышу и уже осторожно, на карачках отползала в сторону вдоль края жёлоба.

Игнорируя вспышку ярого нежелания, я подобралась к вампирюге поближе. Мужские пальцы крепко обхватили за талию. Одно прикосновение, а сердце, вместе с кровью выплеснуло в тело ощущение безопасности и полной беззащитности одновременно.

— Обхвати меня за шею, — холодно велел Дракула.

Но стоило мне коснуться неприкрытой жёстким воротником кожи, Велоровы пальцы сжались ощутимо крепче, и наши взгляды схлестнулись.

Не знаю, что меня дёрнуло, но слова вылетели сами собой.

— Что у тебя с Лилет?

— Поверь мне, ты не хочешь знать, — коротко бросил Велор, сдвинув брови, а я, не разрывая взгляда и по-прежнему сжимая в пальцах ворот его камзола, приподнялась на мыски и прижалась всем телом.

Такой непривычный и несвойственный чистюле-вампирюге запах грязи, чужой крови и пота удивительным образом смешивался и подчёркивал его особый дух. Горько-сладкий, острый, обволакивающий и дурманящий.

Не будь под нами в эту секунду кровопролития, не стой мы сейчас на краю крыши, и не шипи Эдана сверху, подгоняя и пугливо озираясь, я бы впилась в тонкие, с лёгким насмешливым изгибом губы. Укусила, заставила подчиниться.

Седьмое чувство подсказывало — Велор не отвергнет. Попросту не сумеет противостоять мне и моему огню.

Что ж, кажется, я начинала понимать, почему драконы злоупотребляют в своём племени ментальной магией. Власть опьяняет.

— Ты просишь поверить? — прошептала я тихо, но зло, будто от досады, что не могу сделать всего, чего так нестерпимо хочется. — Да как же верить, если ты на каждом шагу меня обманываешь? Кто для тебя эта разбойница? Почему она знает о тебе больше, чем я?

Велор вздрогнул и словно вышел из-под моего контроля. Вместо ответа отстранился и без труда подкинул меня вверх.