Кафедра зооцелительства - Юлия Журавлева

Утром я с опаской открывала холодильный ларь. Звуки он издавал такие, будто сам переваривал попавшие в его чрево продукты. Но нет, все оказалось на месте и даже не испорченное. Работал ларь вполне нормально, надеюсь, и дальше продолжит в том же духе.

А потом я с грустью поняла, что мы с Саймоном забыли кое-что важное: посуда. В общажной кухне, конечно, имелись кастрюли и сковородки, но в них не то что готовить, их в руки брать страшно. Поэтому, перебившись бутербродами с чаем, я сбегала в оранжерею и презентовала букет растроганным травникам. Мне же за это досталась банка с жимолостью, как раз успевшей поспеть к началу лета.

И все бы ничего, если бы не ожидавшие меня орудия труда: ведро и тряпка со шваброй призывно стояли в кладовке. Я со вздохом надела халат, набрала воды и пошла мыть мол, на мой, весьма требовательный, взгляд, и так достаточно чистый.

Леон Пильн, по обыкновению безупречный, гладко выбритый и идеально причесанный, принял мою работу, проверил наличие всех необходимых вещей, их нужное количество и расположение он знал безо всяких шпаргалок, одобрительно кивнул и отправил составлять отчет по веществам.

Пришлось просмотреть журнал за последний месяц, выписать все использованные вещества и их количество, проверить остатки и свести баланс. Баланс упорно не сводился, количества не совпадали. Я то и дело лазила в журнал, пытаясь понять, где могла ошибиться.

Промучилась я с отчетом до обеда, так и не сведя его до конца. Местор Пильн, подойдя и посмотрев в мои сто раз зачеркнутые-перечеркнутые записи, только покачал головой, велел сделать перерыв на обед и со свежей головой возвращаться к заданию.

- Местор, а можно я лучше полы помою? - взмолилась я, представив, что и после обеда придется ковыряться с цифрами и таблицами.

- Вот уж не ожидал, что вам так нравится мытье полов, - заулыбался наставник. - Но закончить придется. У вас ошибки в подсчетах, будьте внимательнее.

- Так может вы скажете, где у меня ошибки, и закончим на этом? - с надеждой спросила я.

- Нет, - целитель оказался на редкость безжалостным человеком. - Я хочу, чтобы вы как следует освоили работу с отчетами и ведение первичного учета. Как доделаете это, возьметесь за ревизию лекарств и артефактов. Что нужно дозаказать со склада, и какие артефакты нужно подзарядить. Только, конечно, не забудьте переписать все начисто.

Выходила я из приемного отделения в совершенно расстроенных чувствах. Честно, не понимаю, на что рассчитывал местор Альдер, отправляя меня работать к этому перфекционисту. Чему я там должна научиться? Заработать денег можно и работая разносчицей в кафе, и после мытья полов это уже не казалось таким страшным. А с отчетом я и подавно ни в жизнь не разберусь. Уже перед глазами цифры хороводы водят. Я раз десять все пересчитала, а все равно не нашла ошибки.

Ноги, гудевшие еще со вчера, сами принесли меня в зоосад к церберу. Начинаю понимать тех, кто любит животных и не любит людей: как здорово, когда тебя обожают и облизывают без оглядки на твои способности.

- Элиза? - Джаред Рил вышел из-за кустов с ведром еды для трехглавого пса. - Вы так соскучились по нашему малышу, что решили навестить его посреди дня? - о том, что мне некуда ехать, смотритель знал, поэтому других вопросов не задавал.

- Отдыхаю. У меня обеденный перерыв, - я почесала “малышу” одну голову за ухом, и две другие тут же потянулись ко мне, оттесняя собрата по телу.

- А где работаете? - смотреть взял миски и принялся накладывать в них мясное рагу, а я невольно вспомнила о том, что перерыв у меня для того, чтобы поесть, а не чтобы рассиживаться просто так.

- С Леоном Пильном, - проглотив голодную слюну, ответила я.

- О! Вам просто несказанно повезло! - поразился Джаред.

- Да не особо, - слушать очередные восторги о том, как мне “повезло” работать с таким замечательным целителем, мне не хотелось.

- Так, - смотреть поставил три миски в ряд, и цербер тут же переключил свое внимание на еду. - Сейчас идем ко мне в берлогу, перекусим, а заодно все расскажете.

В другой раз я бы, может, и отказалась, но зверь так аппетитно ел в три глотки, что даже желудок громко и возмущенно заурчал, дескать: “Хозяйка, имей совесть!”

После обеда жизнь заиграла новыми красками, и если не думать об оставленном недоделанном отчете, было почти хорошо. Кислые щи приятно грели изнутри, а ароматный чай, как и всегда на травах, дразнил сладковатым ароматом. К тому же я выговорилась смотрителю, рассказав о том, как именно проходит моя работа с прославленным целителем и чем мне приходится у него заниматься.