Дверь ВНИТУДА - Юлия Фирсанова

— А что, если им записать показания? — предложила я вслух программу действий.

— Записать? — не понял мысль вампир.

— Очная ставка почти провалилась. Дадим им по листку бумаги и ручки, пусть в столбик напишут список всех, с кем из причастных к «Перекрестку» виделись за прошедшие двое суток, а мы сравним. Вдруг это наведет на какую-нибудь дельную мысль?

— Можно попробовать, — заинтересовался Конрад методой, и я, как самая знающая месторасположение в квартире канцтоваров, пошла на их розыски, отпустив напоследок шпильку:

— Что пробовать, писать надо, надеюсь, от страха и перехода в иную расовую категорию никто букв не забыл?

— Я не боюсь! — рыкнула в спину Зоя. Даже не видя ее, можно было отчетливо представить хищный оскал.

— А кто сказал, что я про тебя? — хихикнула я, ткнув из-за спины в примерном направлении Вадика, старавшегося казаться максимально незаметным. Похоже, предложи ему сейчас неведомый благодетель дар обращения в мышку или комарика, куратор воспользовался бы им без раздумий и сожаления, начисто игнорируя все возможные предупреждения о потенциальной опасности.

Н-да, пребывание в одной небольшой точке пространства с парой вампиров и сердитым кайстом плохо влияет на нервную систему! Я вот тоже начинаю ощущать себя странно, хотя чего там, я уже почти неделю себя странно чувствую, незачем мелочиться.

Но странности странностями, а прогрессирующего склероза в перечне недостатков кураторов не числилось, поэтому через пяток минут или даже меньше Вадик и Зоя были разведены в разные — для чистоты эксперимента — комнаты и вооружены письменными принадлежностями. Работа закипела.

Удивительной оказалась экономная скорость движений свежесозданной вампирши. Я только теперь поняла, насколько на самом деле адаптирован Конрад к жизни среди людей и как умело нам подражает. Зоя пыталась освоить искусство мимикрии, учась у создателя буквально на ходу, однако прорывалась ее новая суть весьма наглядно. Словом, свой список на кухне под контролем ЛСД она закончила очень быстро, и когда я говорю «очень», именно это и подразумеваю. Оставалось только удивиться, почему не загорелась от трения бумага или ручка. Наверное, их одновременно подмораживал взглядом Ледников! Это ведь он только в моем присутствии пиротехнические шоу устраивает.

Я как раз выходила из ванной, сполоснув руки после розысков оборудования в пыльных кладовых, когда Ковальская передавала законченный список куратору. Сухая формальная благодарность в ответ даму совершенно не устроила.

— Сергей, я изменилась, но мои чувства к тебе нет. — Атака в стиле «матросы на зебрах» не произвела на ЛСД никакого эффекта.

В ответ раздался лишь шелест бумаги, похоже, куратор складывал листочек или изучал его.

— Сергей, я люблю тебя, неужели ты выбросишь из памяти все, что было между нами, из-за пары недоразумений? Или я противна тебе теперь потому, что изменилась? — Трепетное признание и последовавшая за ним попытка сыграть на жалости снова ни к чему не привели.

Куратор решил полностью соответствовать своей фамилии и полностью опровергать мнение об огненной природе темперамента потомков фениксов. Он банально игнорировал Зою. Она же его игнорировать не желала и, кажется, попыталась перейти от слов к действиям, но добилась лишь грохота упавшего стула. Потом Ледников все-таки снизошел до ответа:

— Зоя Вадимовна, повторюсь, я считаю целесообразным оставить нашу связь в прошлом и в дальнейшем придерживаться исключительно деловых отношений. Попрошу вас учитывать это. — Голос кайста казался куском арктического льда, воплощенным в звук неизвестным заклятием.

— А если я не хочу? — скрывая отчаяние за глухим интимным мурлыканьем, спросила вампирша.

«Нет, ну это совсем гордости не иметь, так на мужика вешаться! — мысленно посетовала я. — И что она только в этой клювастой заразе нашла? Эффектная ведь женщина, и поинтереснее кавалера легко очарует».

— Тогда мне придется просить вашего создателя отдать приказ, — сухо проронил ЛСД и вышел из кухни.

Зоя дернулась за ним, и оба увидели меня, расправляющую полотенце на веревочке у ванной.

— Счастлива? — прошипела Ковальская, пытаясь использовать взгляд вместо лазера дальнего действия.

Я секунду-другую подумала и согласилась:

— Наверное, да, жизнь очень интересная штука, а когда в ней есть место настоящему чуду — еще более интересная! Вот с покушениями разберемся, и в два раза счастливее буду, как Матроскин от коров!

ЛСД хмыкнул почти весело (неужто знаком с мультиком?), а вампирша зашипела змеей:

— Не надейся, что если он ушел от меня, то станет твоим!

— Зоя Вадимовна, — я постаралась улыбнуться как можно более доброжелательно, все-таки она теперь под рукой Конрада числится, то есть почти за наших играет, а «наши», пусть даже условно, все равно самые лучшие уже потому, что наши, — Сергей Денисович и так мой… Куратор! И ничего более. Я уже устала это повторять. Но вы так настаиваете на нашей связи, что еще раз десять скажете, и я сама поверю в отношения иного рода и начну реализовывать ваши навязчивые фантазии. Ей-богу!