Подземная канцелярия - Сергей Мусаниф

— Скагс, демон из внешнего круга ада. А вы — Гоша.

— Откуда вы знаете? — несколько удивленно спросил я.

— Я — демон, — напомнил он. — Я многое знаю.

— Что, например?

— Многое, — повторил он. — Но я здесь не для того, чтобы хвастаться своими знаниями. Я здесь, чтобы сделать вам предложение.

— Стоп, — сказал я. — Стоп, стоп, стоп… Кто-то из нас явно болен, и я надеюсь, что это не я.

— Я совершенно точно здоров, — сказал он. — Да и вы тоже. Просто у вас культурный шок.

— С чего бы это?

— От встречи с демоном.

— А вы — демон? — тупо спросил я.

— Демон.

— Доказать можете?

— А вы действительно этого хотите?

Я прислушался к своим ощущениям.

— Нет, — сказал я. — Не хочу. Но если вы хотите продолжить нашу беседу, нам обоим придется через это пройти.

— Хорошо, — сказал он. — Какое доказательство вас удовлетворит?

— Надо подумать, — сказал я. — А что вы можете делать?

— Летать.

— Копперфилд тоже может.

— Он — фокусник.

— Откуда я знаю, что вы не фокусник?

— А какой смысл мне показывать фокусы одному-единственному зрителю, да еще и в лесу?

— Не знаю, — сказал я. — Но это не значит, что смысла нет. Что вы еще можете?

— Могу спалить этот лес, — сказал он. — Это вас устроит?

— Вряд ли, — сказал я. — Кроме того, спалить лес может любой дурак с зажигалкой. Экология нынче плохая, леса то и дело горят. Не надо усугублять.

— Не буду усугублять, — сказал он. — Отрастить рога и копыта?

— Если это доставит вам удовольствие, — сказал я.

И он отрастил.

Не знаю, как у него это получилось. Я успел только раз моргнуть, а человек в сером костюме и с деревянным мечом в руке исчез. Вместо него передо мной стоял самый натуральный демон.

Два с половиной метра ростом, плюс рога, по два с каждой стороны, один короткий и один длинный. Тело было матово-черным и поблескивало чешуей, ноги заканчивались копытами такого размера, что самый матерый бык на корриде дал бы дуба от одного их вида. Еще у него был хвост, длинный, чешуйчатый, напоминающий гремучую змею. Глаза у него полыхали пламенем, а из пасти торчали огромные зубы.

— Вы довольны? — спросил он. Голос у него тоже изменился, теперь он был хриплым и гортанным, словно со мной разговаривал крокодил.

Вполне, — сказал я. — Вернитесь к своему прежнему облику, если это вас не затруднит. Я не отношу себя к демонофобам, однако, не ровен час, мимо кто пройдет. Страшно даже представить, что он подумает.

— Вы правы, — сказал он, так же мгновенно превращаясь в человека. — Никогда не следует забывать об осторожности.

— Истинная мудрость сквозит в ваших речах, — сказал я. — Так чего вы от меня хотите?

— Поговорим? — спросил он, присаживаясь на пенек и прикуривая большую сигару от указательного пальца.

— Поговорим, — согласился я.

Пеньков вокруг больше не было, так что я сел прямо на землю, прислонившись спиной к стволу.

— Сигару? — спросил он.

— Не откажусь.

Он угостил меня сигарой. Оказалось, что зажигалки у меня с собой нет, так что и мне пришлось прикуривать от его пальца. Серой от пальца не пахло.

— И что вам нужно? — спросил я.

— А сами вы, конечно, не догадываетесь?

— Вы не еврей? — спросил я.

— Почему вы спрашиваете?

— Потому что вы отвечаете вопросом на вопрос.

— Я — не еврей, — сказал он. — Я — демон.

— В это я уже верю, — сказал я. — Цена, которую должен заплатить я, мне понятна. Какова ваша?

— Назначьте ее сами.

— Боюсь продешевить, — сказал я.

— А вы не бойтесь, — сказал он. — В случае чего я вам намекну. Мы работаем для клиентов и не хотим, чтобы кто-то чувствовал себя обиженным.

— Что-то мне в это не очень верится.

— Тем не менее это так. Итак, что вы хотите в обмен на предмет, от которого до сих пор не получали никакой практической пользы и который в ближайшее время вам в любом случае не понадобится?

— Вы имеете в виду душу?

— Да, душу.

— И тогда после смерти я гарантированно попаду в ад?

— Вы снова абсолютно правы.

— И как там, в аду?

Он пожал плечами:

— Нормально.

— Не жарковато, нет?

— Местами жарко, местами не очень, есть места, где совсем холодно. Ад — он большой и разный.

— Ад — город контрастов?

— Можно и так сказать. Хотя размерами он превосходит все города мира, объединенные в один мегаполис.

— Очень много грешников?

— На недостаток клиентов не жалуемся.

— Тогда к чему вам еще и меня обрабатывать?

— Вы — особый случай.

— С чего бы это?

— Мы провели нечто вроде лотереи силами нашего ведомства. В целях поощрения, так сказать, — сказал он. — И сделали наши фирменные предложения всем победителям. Вы — последний.

— Они все согласились? — спросил я.

— Я не имею права раскрывать вам эту информацию, — сказал он. — Каждая сделка конфиденциальна.

— Но я не помню, чтобы я что-то выигрывал в лотерею в последнее время.

— Правый внутренний карман вашей куртки, — сказал он. — Тот самый, что закрывается на «молнию».

— Там мой бумажник.

— И еще кое-что.

— Откуда вы знаете?

— Я — демон.

— Я помню.

— Вы проверите карман?

— Проверю, — сказал я.

Я положил сигару на землю, чтобы не прожечь прокладку куртки во время манипуляции с «молнией», и влез в карман. Бумажник был на месте, впрочем, его тяжесть я чувствовал на каждом шагу, но было там что-то еще. Большое, плоское и круглое.

Я вытащил предмет на свет, им оказалась старинная монета.

А я совсем о ней забыл.

Я нашел ее, гуляя по лесу в первый день своего незапланированного подмосковного отпуска. Она лежала на самом видном месте и прямо-таки просила ее прибрать, удивительно, что никто не наткнулся на нее раньше меня.

Возможно, она даже была золотой, но я не могу определить этого на ощупь. Я знаю, что во времена, когда золотые монеты были в широком обращении, люди имели привычку прикусывать им край и смотреть на отпечатки зубов, но у меня не было никакого желания тащить найденные предметы в рот.