И маятник качнулся... - Вероника Иванова

— Не хочешь получить свою порцию славы? — удивляется Рогар.

— Не хочу, чтобы принц считал себя обязанным, — сухо поясняет ваш покорный слуга.

— Ты или слишком глуп, или слишком благороден, — вслух размышляет мой хозяин.

— Слишком глуп и слишком труслив — было бы вернее! — бурчу я.

— Впрочем, это твоё дело... Хотя, оказав услуги подобного толка всем королевским отпрыскам по очереди, ты мог бы рассчитывать на многое.

— Завидуешь?

— Сочувствую.

— Хочешь правду? Век бы не видел эту семейку!

— Даже так? Чем же тебя обидели Дэриен и Рианна?

— Мне было бы спокойнее жить, не подозревая об их существовании, — совершенно искренне отвечаю я.

— Всё мучаешься из-за клейма? — Понимание в голосе.

— Нет, уже забыл! Представь себе: это украшение очень осложняет жизнь!

— Не кипятись, дело поправимое... Я замолвлю словечко придворному магу, и он в два счёта сведёт рисунок...

— Ничего ты не понял! — Срываюсь на крик, и ближайшие прохожие испуганно шарахаются в сторону.

— Поясни. — Кажется, он бесконечно готов выслушивать мои глупости.

— Я не вправе сказать всего, но... Магия мне не поможет. Не сможет помочь.

— Любопытно... Ты хочешь сказать... — Он даже замедляет шаг.

— Меня нельзя лечить чародейством. Просто не получится.

— Так вот оно что! — осеняет Рогара. — А я-то удивлялся, почему ты так легко справляешься с волшбой...

— Примерно так... — неуверенно киваю я.

— Проблемка... — Он резко мрачнеет. — Хорошо, что сказал... Если не секрет: в чём причина?

— Родовое проклятие. — Не вижу смысла лишний раз лукавить.

— Очень любопытно... — Он надолго замолкает, видимо, вспоминая, не встречал ли в каких-нибудь «Хрониках» упоминания о подобном казусе. Не вспомнил. Потому что те «Хроники», в которых можно прочитать об истоках моего «уродства», доступны далеко не каждому. Даже с САМОЙ высокой степенью посвящения.

— Придётся вносить коррективы... — слышу я после паузы.

— Куда? — Фраза Мастера вызывает интерес, но — очень вялый.

— В свои планы, — отвечает Мастер. — Но всё же... Несмотря на твои «прохладные» отношения с магией, вчера ты сотворил настоящее чудо.

— Это какое же? — настораживаюсь я.

— Инициировал принцессу.

— И в чём же, собственно, чудо?

— Она не подлежала Инициации.

Сердце неприятно ёкает.

— Не подлежала?

— Кружево, передающееся в королевской семье по женской линии, имеет какой-то изъян... Я не интересовался подробностями, но знаю, что Соединения с Источником оно бы попросту не выдержало...

— Девочка сгорела бы заживо... — шепчу я.

— Ты не допускал такой возможности? — удивляется Мастер.

— Я даже не знал, что ей угрожает...

— И вот ребёнок, который и мечтать не смел об обретении Могущества, стал весьма сильным Мостом. Исключительно благодаря твоим стараниям. Как тебе это удалось?

— Мне была названа цена, и я заплатил... — отвечаю я, а в голове крутится одна и та же мысль: я расчётливо убивал беззащитное существо. Действительно чудовище — иначе не скажешь...

— Цена? — Мастеру не терпится узнать, что я имею в виду, но он чувствует: дальнейшие расспросы ни к чему не приведут, и оставляет попытки пробиться к Истине: — Ладно, всё потом... О, а мы уже пришли!

Я с недоумением пялюсь на высокие ворота. Что-то они подозрительно знакомо выглядят... Да это же...

— Я сюда не пойду! — отчаянно протестует ваш покорный слуга.

— Это ещё почему? — хмурится Рогар.

— Я... Да меня и не пустят!

— Вот как? Странно... Дом Гедрина славится своим гостеприимством...

— Только не для меня.

— В чём причина?

— Его малолетняя племянница уверена, что я изнасиловал Рианну, и не желает меня больше видеть. Боюсь, если я переступлю порог этого дома, меня ждут крупные неприятности...

— Когда нас пугали трудности? — весело заявляет Мастер и стучит в ворота.

Створки раздвигаются, и в образовавшемся проёме нарисовывается смуглое лицо Каролы.

— Мастер Рогар, добро пожаловать! Давненько вы у нас не гостили! — обращается она к моему спутнику, а, увидев меня, добавляет: — И Вы... заходите.

— Вот видишь, — вздыхаю я, но Мастер подмигивает мне и строго спрашивает домоправительницу Гедрина:

— И так-то встречают человека, который сделал столько добра?

Карола жалобно поджимает губы:

— Да как можно... Да мы со всем уважением... Вот только молодая хозяйка...

— А что с ней не так? — продолжает выпытывать Мастер.

— Рассержена она. Сильно, — украдкой оглядываясь, сообщает Карола. — На него вот.

— Из-за чего же?

— А то не догадываетесь... Переживает за свою гостью.

— Но я же ничего ей не сделал! — Мне хочется взвыть.

— Да я сразу поняла, что к чему, — кивает гномка. — Только Миррима не верит.

— Не верит?

— Ну, понимаете... Она-то ведь ещё... Не было ни разу...

Ну разумеется! У гномика период созревания совсем иной. Конечно, ещё не было.

— Так почему ты ей не... — От волнения я забываю слова.

— Да я... Это... Не знаю как... Может, вы...

— Я должен рассказывать девочке о том, что происходит во взрослеющем женском теле?! Да вы совсем оборзели... — Даже не знаю, что делать: то ли рассмеяться, то ли всплакнуть. Бредовейшая ситуация...

— А что? — веселится Мастер. — Коменданту ты всё объяснил просто и доходчиво. Чем девочка хуже?

— Это просто неприлично!

— Представь, что ты — доктор... — начинает советовать Мастер, но я не успеваю ничего представить, равно как и сказать, что думаю по поводу таких «представлений», потому что со двора доносится:

— Карола, кто там?

— Мастер Рогар пришли.

— Мастер Рогар?

— Старинный приятель вашего дядюшки...

— А... Вспомнила. Но что же ты его за воротами держишь?

Домоправительница распахивает створки шире, и Миррима натыкается взглядом на меня. Видели, как лужа покрывается ледком? Что-то подобное произошло и с глазами девчонки: они просто омертвели.

— Этот человек не войдёт в мой дом.

— Юная госпожа, позвольте заметить: неугодный вам человек является моим имуществом, и, не пуская его, вы отказываете и мне, — мягко замечает Мастер.