Театр для Теней. Книга 1 - Наталия Аникина

— А Веиндора — опять не видел, — не открывая глаз, обиженно заявил Куцехвост.

— В этом нет ничего удивительного. Милосердный брезгует нашими душами даже после смерти, тем более, с чего бы ему являться тебе, если ты не умирал, — хмыкнула склонившаяся над ним Фай.

— Погоди, ты хочешь сказать, что он, — Мейв вперил взгляд в Анара, — вытащил из стенки иглу Швеи, а мы до сих пор живы?

— Да. Швее было угодно взять нашего нового друга под своё покровительство. Теперь каждый, кто посмеет поднять на него руку в Лэннэс, будет иметь дело с ней.

— И чем же я заслужил… такую высокую честь? — втыкая иглу в жилет, полюбопытствовал Анар.

Ощущение чуда покинуло его столь же внезапно, как и появилось.

— Чем быстрее мы это выясним, тем лучше, — прикрыла глаза Фай. Анар при всём желании не мог понять, что она чувствует по поводу произошедшего.

— За что она его так? Он тоже пытался вытащить иглу? — спросил Анар, уже по-новому, с сочувствием глядя на примётанного к камню человека.

— Не знаю, — дёрнула плечом Фай. — Обычно, она просто выкалывает глаза тем, кто излишне досаждает ей своим вниманием.

— Да, Так, ты уж объяснишь, так объяснишь, — ухмыльнулся Мейв. Фай поморщилась от «Так»-ого сокращения своего имени, но не удостоила автора даже взгляда.

— Она любит бывать здесь. А ещё она любит одиночество. Так что каждый, кто забредёт в эти туннели, должен быть готов к тому, что ему понадобится новое тело… Или уже и оно не понадобится.

* * *

У самых рыночных ворот — толстенных, обитых чьими-то шипастыми шкурами — дорогу алаям преградила траурная процессия.

Существа в серых одеяниях, с лицами, прикрытыми узкими масками из зелёной фольги, неспешно пересекали улицу. Четверо из них сгибалось под тяжестью громоздких металлических носилок. У обряженного в какой-то шутовской наряд покойника было ярко и нелепо размалёвано лицо, а спиральные рога — обмотаны проволокой с бубенцами.

— Ничего себе похороны, — тихо присвистнул Анар.

К Мейву подбежал отделившийся от процессии маленький рогатый мальчик с длинным свитком в руках. Алай взял у него бумагу, пробежал её глазами, подбоченился и громко зачитал:

— И у брата своего… украл корзину солёной рыбы, свалив вину на соседку… за что та была приговорена к… у-у, негодяй-то какой был ваш мертвец, оказывается! — протянул Мейв, возвращая пареньку свиток.

Мальчик поблагодарил, вычеркнул что-то в бумаге и вернулся к своим.

— Попросили зачитать что-нибудь списка прегрешений усопшего, — объяснил Анару Мейв. — У этого племени принято обличать покойников, чтобы их душам, от стыда, захотелось поскорее смыться к Милосердному под крылышко, а не расхаживать по Бездне в виде призраков. Мол, так им легче расстаться с прошлой жизнью…

Толчея на базаре стояла неописуемая. Долгое время Анар, стиснутый галдящим потоком, не мог разглядеть даже собственные ноги, по которым то и дело пробегали чьи-то шустрые лёгкие лапки. Несколько раз ему почудилось, что кто-то пытался прокусить его сапог.

— Да не думай ты о них сами увернутся, — неверно истолковал его жесты Мейв.

— Не в этом дело. Мне всё время кажется что меня кто-то грызёт! — тряся ногой, крикнул ему отставший Анар.

— Ох мы с Фай (кстати, куда она делась?), мы с Фай такие болваны — мы не дали тебе правильные сапоги. Давай-ка свернём сюда, что-нибудь придумаем.

Мейв завёл Анара в проход между рядами.

— Видишь? — Он поставил ногу на ящик и поднёс палец к сапогу. Из подошвы тут же вылетела белая искра. — Мау! — потряс рукой Мейв. — Мелким тварям хватает с лихвой. Ты не возражаешь, если я так же заколдую и твои?

— Может, я сам?

— Ты лучше по сторонам смотри, привыкай. Дай сюда ногу.

Пока Мейв возился с его сапогами, Анар обозревал окрестности. Несмотря на кажущийся хаос, рыночные ряды были организованы довольно разумно, охрана со своими обязанностями справлялась. На глазах у Анара, она успела поймать карманника, предотвратить драку, а один стражник ударом могучего кулака оглушил ревущую скотину, вздумавшую поднять на рога своего погонщика — видать, недаром многочисленная ездовая живность была в намордниках и шорах а некоторые звери ещё и стреножены.

— Хозяева знают, кого можно кушать, а их зверьё — нет, — сказал Мейв. — Всё, пошли дальше.

Стоило алаям покинуть своё укрытие, как на них и какого-то эльфа, к несчастью оказавшегося рядом, набросилась горбоносая усатая тётка, торговавшая фруктами. Низкорослый явно неэнхиаргского происхождения эльф шарахнулся налетел на зашипевшего на него карга, рванул обратно, врезался в её же прилавок и опрокинул ящик с фруктами. Они яркими мячиками запрыгали по мостовой. Эльфа и след простыл. Тут же набежала целая орава всевозможных мелких тварей. В мгновение ока они расхватали редкое лакомство и исчезли, вновь забившись в свои уголки и щелки. Охранник тётки, бросившийся было спасать товар, не обнаружил уже ничего, кроме какого-то погибшего в стремительной схватке за еду тщедушного создания. Поглядев на останки, мужчина задумчиво поскрёб затылок, а потом достал острый нож и, отодрав неудачливого вора от поля уселся и стал снимать с него пёструю, похожую на змеиную, шкурку. Торговка с любопытством наблюдала за ним, на время забыв о своей утрате.

— Бездна учит бережливости. Или циничной практичности, если угодно, — прокомментировал его поступок Мейв. — Ничто не должно пропадать зря. Такие похороны, — на ходу продолжил он, — которые ты видел у входа на рынок, — большая редкость. Многие сочли бы их расточительством. Обычно наши покойнички продолжают жить в телах других безднианцев… что? — остановился Куцехвост, поймав недоуменный взгляд Анара. — А… ну, типа: «Герой, пусть жизнь твоя теперь продлится в траве, деревьях и цветах…», — продекламировал он, широким театральным жестом обводя мясные ряды. — Да жрут они тут друг друга жрут.

— Мейв, а ты не мог бы рассказывать мне о чем-нибудь менее… мерзком? — попросил тот, всё ещё брезгливо подёргивая кончиком хвоста. — Я вот заметил что местная охрана больше смотрит вверх чем по сторонам. Да и эти арбалеты и магические жезлы повсюду. Это как-то связано вон с теми пятнами тепла на потолке?..

Пятна оказались некими тварями со смешным названием «пиху», которые с удручающим постоянством совершали налёты на рыночные лотки. Мейв рассказывал об их хитрости, изворотливости и невероятной маневренности в полёте с таким воодушевлением, что можно было заподозрить, будто не меньше половины добычи крылатых воров шло в его карман. Анар не переставал удивляться восторженному отношению безднианцев к окружающей их довольно жуткой действительности. О вкусах, конечно, не спорят, но ему очень хотелось понять истоки этой странной «любви».

— Мейв, а в Лэннэс есть какие-нибудь безопасные места? — спросил он. — Охраняемые районы, улицы, или что-то вроде того?

— А как же? Есть богатые районы — там держат целые армии охранников, а есть улицы или пещеры, где сами жители… — Куцехвост вдруг осёкся и встал как вкопанный. — Так, сейчас, кажется, придётся поворачивать обратно. Там Наполнители. Наполнители Сердец, — только и успел выдавить Мейв.