Амулет на защиту - Юлия Богатырёва

— Не получается — с сожалеющим вздохом констатировал парень.

Архимагистр удовлетворено кивнул:

— Значит, сработало. Я установил тебе временный блок — на более надежный сейчас нет времени. Придешь ко мне через седмицу, и мы его обновим — распорядился ректор — А сейчас я попрошу меня покинуть. И так слишком много времени на тебя потратил, адепт Илай. Наверняка все ученики уже извелись от ожидания и недоумевают: куда это их любимый ректор с обязательной торжественной речью запропастился? — усмехнулся Асмодей в седую бороду.

Илья и сам чувствовал, что слишком задержался здесь. Поэтому, он с готовностью встал и коротко поклонился:

— Благодарю вас, господин ректор — тут он кое-что вспомнил — Можно мы с Глафирой завтра зайдем за пропуском в закрытые архивы библиотеки?

— В этом нет необходимости. У тебя уже есть доступ в твоем кольце. Туда же я поместил и поисковые чары, которые, надеюсь, помогут упростить поиск нужных сведений. Что касается Глафиры, то в архив ты сможешь провести не только ее, но и любого сайла, согласившегося стать твоим помощником, если возьмешь его за руку своей рукой, на которой находится кольцо. Однако будь осторожен, Илай, если ты ошибешься в выборе, и твои помощники станут слишком много болтать о том, что видели в закрытых архивах, отвечать за это придется тебе, ты понял?

— Да, ректор Асмодей — новоиспеченный адепт склонил голову в знак согласия и вышел за дверь, где на него сразу же набросилась Глафира:

— Илай, ну наконец-то! Почему так долго?!

Юноша замялся с ответом, а потом выдал первое, что пришло в голову:

— Долго потому, что наш ректор блокировал мне доступ к моим молниям. Теперь я не могу выпустить и малюсенькой электрической искорки, представляешь?! — сокрушенно вздохнул парень — И еще он выдал мне кольцо, как у тебя. Точнее почти такое же. Он решил, что незачем мне светить своим иномирным происхождением, так что теперь я для всех… адепт из магоуниверситета Аквитании — припомнил Илья сложную формулировку — Прибыл к вам по обмену, чтобы изучить источники по древним артефактам, так как провожу исследование на эту тему… Фух, вроде бы ничего не напутал!

— Здорово! — восхитилась Глафира, но тут же спохватилась — То есть я хотела сказать, что у тебя отличная легенда, а вот молнии и вправду жалко. Но не расстраивайся, это же временно, ведь так? — парень утвердительно кивнул, и девушка тут же потребовала — Покажи кольцо.

Юноша поднял левую руку на уровне лица подруги, и та принялась вертеть ее со всех сторон, приговаривая:

— Надо же! И вправду кольцо адепта. Везет же некоторым! Мне до такого еще несколько оборотов учиться…

— Фира, — внезапно подал голос Кристоф, до этого молчавший — Я тебе еще нужен? Если нет, то я поеду домой.

— Ой, да, Крис, сейчас мы с Илаем тебя проводим — спохватилась невеста и обратилась к другу — Дашь мне немного времени с ним попрощаться? А потом я тебе здесь все покажу и с друзьями познакомлю.

— Конечно — ответил Илья и тактично отошел в сторону, не желая мешать друзьям своим присутствием.

Спустя две с половиной седмицы

Илья с Глафирой вот уже четвертый круг сидели в библиотеке с покрасневшими глазами и гудящими головами и пытались вот уж третью неделю (если считать в земном времени) найти хоть какое-то упоминание об алтаре смерти.

Сегодняшний день ничем не отличался от предыдущих: те же горы просмотренных свитков, толстенных фолиантов и кучки вестов (магических шаров, в которые маги-путешественники телепатически записывали свои путевые заметки).

Если бы не бодрящий настой айла Бетруччи, которым Илья щедро делился с Глафирой, оба бы еще на второй седмице свалились бы с диагнозом «переутомление».

Юноша решил не тратить время даром, и мобилизовав все свое знаменитое упорство в свое время помогшее ему «уломать» на обучение Виктора Михайловича, на следующий день после прибытия засел в библиотеке, прерываясь только на еду и краткий сон.

В столовой академии, где он регулярно появлялся, поначалу на него кидали любопытные взгляды, и кое-кто из учеников, да и местных адептов, пытались завести знакомство (в отличие от магистров, которые предпочитали разглядывать издалека и, похоже, считали ниже своего достоинства общаться с «каким-то там адептом»). Но Илья на все попытки подружиться не реагировал, безразлично выслушивал собеседников и вежливо отсылал по своим делам, на все вопросы отвечая, что он занят исследованием древних артефактов, и кроме самого исследования его ничто не интересует.

Естественно, ученики не могли не заметить, что из всех присутствующих сайлов, он выделяет только Глафиру и общается только с ней. В итоге жаждущие общения маги переключились на нее и попытались выудить у нее сведенья о новеньком. Пришлось друзьям дополнить легенду тем, что якобы Илья — сын старинного друга отца Глафиры и отец попросил ее присмотреть за ним.

В конце концов среди учащейся братии юноша прослыл замкнутым ботаником, которого всюду таскает за ручку графская дочка. Даже младшие ученики перестали воспринимать его всерьез и посматривали свысока. Но друзьям это было только на руку — чем меньше внимания привлекал юноша, тем лучше.

Через седмицу, как и было велено, землянин явился к ректору для обновления магического блока на молниях. В тот раз ему даже удалось перекинуться парой слов с Элиасом и узнать, что у того всех хорошо и отношением к себе он вполне доволен. Мало того, на основе общения принца фей и архимагистра, последний уже подумывал отправиться с визитом к королю Эфрозиру, а затем созвать внеочередное заседание совета ордена магов и возобновить дипломатические отношения между сайлами и феями… Однако и в тот раз у ректора не хватило времени заменить временный блок Ильи на постоянный, и он ограничился тем, что продлил его еще на семь дней.

А еще через седмицу, когда парень добросовестно явился в ректорскую все с той же целью, замученный и раздраженный Асмодей потребовал не отвлекать его по мелочам и зайти как-нибудь попозже. Попутно он пожаловался:

— В этом учебном полуобороте творится непонятно что! Все ученики, да и адепты будто с ума посходили! Устраивают ссоры и драки на ровном месте, жалуются друг на друга и на мастеров с магистрами, а те, в свою очередь на них… И все это расхлебывать приходится мне! Кто бы знал, как мне надоело выслушивать их претензии и разрешать споры, которые выведенной лямры не стоят! — пробурчал ректор, недовольно морщась и с мученеским выражением лица прикладывая ладонь к радужному хрустальному шару — Да-да, я вас слушаю, мастер Скерцо! Что у вас случилось? Ученики седьмой спирали разбили колбы в вашей лаборатории? Так заставьте их убраться там и купить вам новые! Скажите им, что это мое распоряжение… Ах, там был раствор вилениума? А как вы додумались хранить такой ценный раствор в лаборатории, куда есть доступ ученикам?! Что? Они забрались туда без спросу? Значит так: вы сварите новый раствор из тех ингредиентов, что остались, а виновные будут вам ассистировать. И, мастер Скерцо, не стесняйтесь поручить им самую грязную работу, чтобы поняли, как сложно его изготавливать. И пусть возместят материальную ценность пробирок. Вам все ясно? — Асмодей Валийский устало откинулся на спинку кресла и только тут заметил Илью, все еще скромно стоящего у двери — Ты еще здесь, Илай? Видишь, мне не до тебя? Иди в библиотеку и займись делом!