Академия Блонвур - Lita Wolf

— А что, будете вечно ходить в любовниках?

— Не знаю. Во всяком случае, от Лона я предложения руки и сердца — или как уж это принято у вампиров — не слышала.

— Ну, почему же — он ведь просил благословения у твоего отца.

— Ага. В качестве издёвки. И кстати, Логвэй всё равно никогда не примет моих отношений с Лоном.

— Но на твоём месте я бы с отцом всё-таки поговорил, — сказал Элестайл, оставив без комментариев последнюю фразу Эльджеты.

— А не ты ли ещё совсем недавно был как раз против нашего с ним общения? — припомнила она.

— Против я был из-за Лона. Но раз уж Логвэй всё узнал…

— Ладно, я подумаю ещё, — решила эльфийка. — Скажи, нам долго осталось лететь?

— Пару минут.

— О-о!.. Значит, огни впереди это уже Адельвурт? — обрадовалась Эльджета. По правде говоря, она ощущала дикую усталость и ещё больше хотела спать. — А можно проявить любопытство?

— Попробуй.

— Зинглару ведь нужна кровь? Где ты намерен раздобыть для него корм?

— Во всяком случае, не за пределами Бордгира, — язвительно улыбнулся Элестайл. — Кто-нибудь поделится. Корм ведь полагается каждому, но, например, супруги или друзья могут какое-то время попить одного — пока не придёт следующий караван. Когда же ты наконец усвоишь, что мы чтим договор?!

— Извини, — тихо вымолвила эльфийка.

Именно в этот момент вампир начал снижаться столь стремительно, что заложило уши. Неизвестно, услышал ли Элестайл её извинения, но ей было уже не до повторений. Инстинктивно она судорожно вцепилась в руки мужчины, изо всех сил стараясь не завизжать.

Перед самой крышей одного из зданий замка он, к счастью, резко сбавил скорость, так что «приземлились» они вполне удачно. Лонгаронель и Зинглар уже стояли тут, причём Зинглар снова выпустил крылья.

— Идите спать, — сказал Элестайл, обращаясь к другу и его возлюбленной. — С Зингларом я сам разберусь.

Эльджету не надо было просить дважды. Взяв Лонгаронеля под руку, она поспешно увлекла его к выходу с крыши.

Когда Эльджета вышла из купальни, Лонгаронель уже лежал в постели, как обычно, убрав крылья. Девушка юркнула к нему под одеяло, пристроив голову на плечо, и спальня погрузилась во тьму.

— Могу я спросить, сколько лет Кридирнору? — поинтересовалась она.

— Двести девяносто.

— Ого! А Элестайлу? — предприняла девушка очередную попытку раскрыть не дававшие покоя секреты. Но почему, почему он упорно не доверяет ей?! Ведь теперь они в Бордгире.

— Видимо, именно ради этого вопроса ты начала с Кридирнора? — улыбнулся Лонгаронель.

— Ну почему же, возраст противника Элестайла мне тоже было любопытно узнать. А про Элестайла так и не ответишь? Это государственная тайна?

— Да. — Вампир помолчал несколько секунд, а потом добавил: — Но я ведь уже говорил тебе, что мы с ним ровесники. А мой возраст ты знаешь.

— То есть Элестайлу реально тоже тридцать пять? Но как же так? — Эльджета приподнялась на локте и пристально посмотрела ему в глаза. — Ведь Дагратдер правит Бордгиром уже лет сто пятьдесят.

— Дагратдер — да. А Элестайл всего десять.

— Ах вот что он имел в виду, говоря, что получил это имя вместе с троном, — задумчиво произнесла эльфийка. — До него правил какой-то другой Дагратдер.

— Именно так. Давай спать.

Очевидно, Лонгаронелю не очень хотелось развивать тему смены королей на троне Бордгира.

Ну хоть что-то наконец рассказал — уже прогресс.

Но ей не давал покоя ещё один вопрос. Совсем из другой области. Потому всё же решилась его задать:

— Лон, скажи, а у нас могут быть дети?

— Конечно, могут. Только не сейчас, — добавил он тоном, от которого у Эльджеты сжалось сердце.

— Ну, это понятно. Какие уж тут дети в столь тревожные времена, — вздохнула она. Лонгаронель нежно коснулся её губ.

— Зря ты думала, будто мне неведомо, что такое мать, — вспомнил он вдруг. — И что такое потерять родителей, я тоже знаю.

— А что с ними случилось? — Эльджета подняла голову, глядя на него с сочувствием.

— Они погибли. Ладно уж, расскажу, почему на престол взошёл Элестайл. — Комнату вновь озарил приглушённый свет. — Десять лет назад в Бордгире уже имела место попытка переворота. В конце концов мятеж удалось подавить. Бунтовщики, во главе с отцом Кридирнора, были казнены, а Рият — совет кланов — короновал Элестайла. Тогда мало кто верил, что он справится с возложенной на него ответственностью — он действительно был слишком молод, да и совершенно не готов к такой роли. Но, откровенно говоря, лично я считаю, что Элестайл справляется даже лучше своего предшественника.

— А почему же его отец вовсе не готовил сына к управлению государством? — удивилась Эльджета.

— Первый Дагратдер приходился Элестайлу дядей, а не отцом. Его собственные дети тоже были убиты во время мятежа.

— Тогда понятно. А родители Элестайла живы или..?

— Или. Они также погибли в той заварухе. Погибли плечом к плечу с моими… защищая Тень знает что, — вдруг добавил он, резко изменившись в лице.

— В смысле? — опешила Эльджета.

Вампир тяжело вздохнул:

— Всё не так просто. Нет, они-то погибли, защищая королевскую власть. Вот только Дагратдер явно не стоил всех этих жертв. — Он замолчал, словно бы собираясь с силами. Прикрыл глаза, потёр пальцами лоб и лишь тогда продолжил: — Дело в том, что желание Кронсталла вернуть власть в свои руки, это одно. Но в мятеже, в первую очередь, был виноват сам Дагратдер. Сто с лишним лет он правил нормально, а потом его начало заносить. Всё больше он становился самодуром и тираном. Вампиры не люди — долго такое терпеть не будут. Поэтому за Кронсталлом и пошли другие кланы. В итоге Бордгир едва не утонул в крови. В общем, я не уверен, что оно того стоило, — он снова тяжело вздохнул. — Тем более, и в самом Адельвурте ходили настроения, что Дагратдера следует скинуть. Это даже обсуждалось с другими кланами. В общем, насчёт Дагратдера все придерживались единого мнения. Но у него было двое сыновей. Короновать в этом случае полагалось одного из них. Однако Кронсталл был категорически против — они считали, что очень скоро сын пойдёт по стопам отца. Возможно, так и случилось бы. Тем не менее отец Элестайла защищал племянников, по крайней мере, младшего — стоял на том, что нельзя судить заранее, мол, тот ещё небезнадёжен. Вот тогда Кронсталл и поднял мятеж.

— Мда, а никто вокруг даже не подозревал, что в Бордгире такое творится, — протянула ошарашенная Эльджета.

— Естественно, — жёстко усмехнулся Лонгаронель. — Мы предпочли не выносить сор из избы. Поэтому преемнику Дагратдера и пришлось взять его имя — сколь бы оно ни было ему ненавистно.