Творцы - Талани Кросс

Демон ей тоже не ответил, только несколько пузырей лопнуло с протяжным вздохом. Ну да, не демоническое это дело объяснять очевидные, по его мнению, вещи. Но разве это не он создал Лану такой глупой? Мог бы и побольше догадливости вложить!

— И что за материал ты использовал для моего создания? — выбравшись из очередной песчаной ловушки, буркнула она.

— Сердце! — охотно ответил демон. — Этот идиот Калки возжелал силы и отдал взамен свое сердце, совсем не понимая, какой мощью обладал на самом деле. А я и забрал — чего добру пропадать-то?

Лана нахмурилась. Легенду о Калки и Агни она, благодаря отцу, хорошо знала, но не могла поверить, чтобы из чужого сердца можно было сделать душу.

— Зачем?

Демон, выпятив грудь колесом, самодовольно улыбнулся.

— Это очень романтично — создать женщину из ребра мужчины… Или его сердца. То самое единое целое, о котором мечтает каждая девочка и каждый недобитый романтик. А еще практично, когда надо вернуть человеку его же силу, хоть он от нее отказался. От силы-то отказался, а вот от женщины уже сложнее, потому что из чего ни выбирай, инстинкты все равно победят. Тебе, кстати, какой вариант больше нравится?

— Оба сразу. Не нравятся. При любом раскладе меня как вещь используют…

Когтистая ладонь с размаху припечатала Лану по лбу, от чего девушка свалилась обратно в песок. Потом все та же лапа подняла ее за шкирку и хорошенько встряхнула, как в тот раз, когда демон вытащил ее душу из отравленного тенью тела.

— Она, значит, учиться отказалась, — причитал он при этом, — парня из череды вероятности у меня увела так, что он тоже ничему не научился. Наворотили потом дел на пару, вместо того, чтобы один раз нормально поговорить. А я виноват?! Это после того, как мне пришлось вмешаться, чтобы вас, идиотов, спасти! Мне же теперь в реку еще знаешь сколько без ритуалов не сунуться? Думаешь, кто-нибудь вообще вспомнит про ритуалы?

Лана собиралась возразить, что никакой помощи и не было, но вспомнила про подсказки из череды вероятностей и прикусила язык, виновато понурив голову. Демон поставил ее обратно на песок. Его пузыри вновь лопнули с протяжным вздохом. Повисла тяжелая тишина, и казалось, скажи кто из них слово, оно увязнет в тишине, как в трясине. Но лучше уж говорить, чем молчать.

— Значит… — неуверенно начала Лана. — Значит, отсюда мне самой выбираться, раз ты больше не можешь вмешаться?

— Значит, самой, — подтвердил демон. — И со своими надуманными страданиями тоже самой, да. Но последнюю подсказку дам — не профукай.

Лана с надеждой подняла на него взгляд и, получив когтистой лапой по лбу, свалилась обратно в песок.

— Вот ты гадина! — поднимаясь на ноги, возмутилась девушка и обнаружила, что находится в битком набитом клубе.

Ее разом со всех сторон окружили громкая танцевальная музыка, потные пьяные тела в поисках приключений и случайных связей, витающие над всем этим пары сигаретного дыма и алкоголя… В общем, все то, что Лана терпеть не могла. Она осмотрелась по сторонам, пытаясь понять, как отсюда выбраться. К счастью, никто из танцующих ее не видел. К несчастью, их было много, и они сновали туда-сюда, из-за чего невозможно было понять, где выход. Лана приподняла голову, чтобы высказать демону все, что думает о подобной помощи, но заметила мерцающую синюю стрелку-указатель. «Сучка там», гласила надпись на ней.

— Сучка там, — задумчиво повторила Лана и пошла туда, куда показывала стрелка.

Они сидели у барной стойки: Шана и парень, которого Лана едва не приняла за Дэна. Но нет, это был не Дэн: моложе, другой разрез глаз, чуть тоньше нос, немного другие скулы и главное, карие глаза, а не черные. Не линзы, а именно другой цвет. Шана поглаживала парня по коленке и что-то рассказывала, призывно улыбаясь в перерывах. А он неспешно пил пиво и пялился ей в вырез. И не требовалось большого ума, чтобы догадаться, чем закончится их разговор.

«Я идиотка! — Лана крепко зажмурилась, чтобы вдруг не заметить новых отличий и не расстроиться ещё больше. — Какая же я идиотка!»

Кулаки непроизвольно сжались. Снова захотелось оттаскать Шану за волосы, как тогда в кафе. Жаль, не получится. Или?..

Но стоило открыть глаза, как картинка сменилась на больничную палату. Бледная Лана-из-прошлого лежала на кровати, а рядом с ней на стуле сидел похожий на взъерошенного воробья Дэн. На усталого взъерошенного воробья. Сидел и держал бессознательную Лану-из-прошлого за руку, то целуя ее пальцы, то прикладывая к щеке тыльную сторону ладони. А когда Лана-из-прошлого вздрагивала во сне, он склонялся к ней и, поглаживая по плечу, говорил, что все хорошо. Кажется, так продолжалось на протяжении нескольких часов.

Лана-из-настоящего видела все как будто в ускоренной съемке и заметила, как небо за окном окрасили в розовый первые лучи рассвета. Лана-из-прошлого подорвалась на кровати и ничего не понимая закрутила головой по сторонам. Потом увидела Дэна и отшатнулась назад. Он успокаивающе поднял руки с раскрытыми ладонями на уровне груди и сказал:

— Это всего лишь я, Дэн. Ты как себя чувствуешь?

— Нормально, — буркнула Лана-из-прошлого и упала обратно на подушку. — Я где? Что произошло?

— В больнице. Тебя ранили, ты потеряла много крови, но уже все хорошо, — Дэн ободряюще улыбнулся и погладил ее по плечу. — Поспи, я посижу рядом.

Лана-из-прошлого кивнула и, закрыв глаза, почти сразу уснула. А он снова взял ее за руку.

От увиденного Лане-из-настоящего захотелось взвыть. Дэн не только ей не изменял, так ещё беспокоился за нее, а она даже не вспомнила об этом, когда проснулась. А позже днем, когда он спросил, могут ли они поговорить, она ответила, что не только говорить с ним не хочет, но и видеть его тоже! Самовлюбленная слепая эгоистка! Да она чуть ли не сама вытолкала его в Лабиринт Смерти! Сама изменила, сама пыталась убить… А Дэн даже не стал пользоваться ее огнем, вернувшись самостоятельно. Отказался воспользоваться, чтобы вернуть огонь ей. Отказался, потому что Яма не мог не предложить.

— Яма! — Лана, озаренная внезапной догадкой, ударила кулачком по подставленной снизу раскрытой ладони. — Яма поможет мне выбраться и вернуться обратно в реальность. И я поговорю с Дэном. Не мог же он кормить меня своим огнем только затем, чтобы потом бросить, не поговорив! Да точно! — И заорала во весь голос: — Яма! Яма, твою синекожую мамочку за ногу!

По плечу постучали. Лана обернулась и увидела стоящего перед ней великана. Яма добродушно улыбался, как будто совсем не услышал, как она только что помянула его маму.

— Как добралась, Искорка?

За его могучей спиной высились врата. Они были огромны — из костей и черепов людей и зверей, покрытые льдом и пламенем одновременно. И ни одной прорехи, ни одного отверстия — даже замочной скважины не наблюдалось. Но в то же время они были прозрачными, словно не существовали вовсе, и сразу за ними плескались зеленые воды другого мира.