Рыцарь двух миров - Сергей Садов

Исправлять мою оплошность взял на себя Мервин, который очень быстро сумел завладеть вниманием родителей и Витьки. Уже через час он рассказал им многое из того, что знал обо мне. Потом он встал.

– Извините, но мне надо срочно выйти по одному делу с Нарнахом. Прошу вас извинить нас, но обещаю, что долго мы не задержимся.

– Но, – попробовал было возразить Вильен. – Какое дело?

– Срочное. – Мервин чуть ли не силой повел за собой Нарнаха. Наконец тот сообразил:

– Ах да, конечно же. Совершенно срочное дело. Мы ненадолго.

– Знаешь, – заметила мама. – Честно говоря, я не знаю, ругать тебя или хвалить. Я понимаю, почему ты хотел скрыть от меня свой бой у ворот Амстера и свое путешествие, но если ты заметил, то все получилось гораздо хуже, чем, если бы ты все честно рассказал.

– Понимаю. – Я понуро опустил голову.

– Егор, Егор. – Мама прижала меня к себе. – Глупыш ты мой. Давай договоримся, что ты больше не будешь нам устраивать таких сюрпризов?

– Обещаю, – искренне сказал я. – Только, мама, по законам этого мира я считаюсь совершеннолетним.

Мама расхохоталась.

– Всыпать бы тебе, совершеннолетнему, – в сердцах буркнул отец, но понятно, что он тоже уже не сердился. Только брат продолжал смотреть на меня как-то странно.

– Надо же, никак не ожидал от тебя такого, – наконец заметил он. Потом искоса посмотрел на родителей и шепнул мне:

– Мы с тобой еще поговорим о том, что осталось за кадром. Мервин ведь наверняка не все рассказал. Да и не знал он многого.

Когда Мервин и Нарнах вернулись, то мы уже обсудили с семьей почти все, что хотели.

Войдя в комнату, Мервин прошел на середину и посмотрел на меня, несколько секунд колебался, потом сказал явно не то, что хотел:

– Я созвал срочное совещание гильдии. Так что вы с Нарнахом можете решить свои проблемы уже сегодня вечером.

– К чему такая спешка? – удивился я.

– Энинг, есть еще кое-что, что тебе следует знать. – Мервин ненадолго замолчал, собираясь с мыслями. Это насчет Буефара.

– А что Буефара? – вскинулся я.

– Ты ведь не смотрел его бумаги, когда отправляли его тело на родину?

– Мне как-то не до этого было.

– Что ж, понимаю. В принципе никто не смотрел до тех пор, пока Даерх не стал разбирать бумаги. Там было письмо для тебя.

– Письмо?! Для меня?! Но с какой стати Буефару писать мне письмо, если мы с ним все время были вместе?

– Не знаю. Но, судя по другой бумаге, которую тоже нашли у него в вещах, он просто не мог решиться сказать тебе в открытую то, что хотел.

– Какую еще бумагу?

Мервин опять замолчал.

Я подошел к креслу и сел.

– Вываливай, Мервин, я готов.

– Что вываливать? – изумился Мервин.

– Новость.

– Да тут не новость даже. Завещание.

– Что?!

– Завещание. В этом завещание Буефар оставляет все свое имущество: земли, замок и прочее тебе.

Несколько секунд я молча переваривал новость.

– Но с какой стати? Я не хочу…

– Может тебе лучше прочитать письмо?

– Оно у вас?

– Да, Его Величество Отто Третий переслал мне его, посчитав, что я раньше с тобой увижусь.

– А при чем здесь Его Величество? Он то какое отношение имеет к Буефару?

– Разве ты не знал, что Буефар был близкий друг короля и воспитанником его сына, наследного принца?

– Нет. – Я замолчал, ошеломленный догадкой. – Так значит Отто Даерх – это наследный принц Тевтонии? И никакой он не Даерх, а Брейниннг. Как же я раньше не догадался. А Мастер-то, ведь он сразу понял кто передо мной и молчал. – Я повернулся к Мервину. – Но почему?

– Тебе лучше прочитать это, – Мервин протянул мне запечатанное письмо. – Наверняка у тебя отпадут многие вопросы.

Я нерешительно взял письмо. Потом взломал печать и стал читать:

«Энинг, если ты читаешь это письмо, то значит я уже мертв, потому что живым я никогда не решусь сказать то, что здесь написано. Я всегда считал себя смелым человеком, а сейчас не могу решиться поговорить с тобой.

Не знаю, поймешь ли ты, но у меня есть один дар. Хотя дар это или проклятие сложно сказать. Я чувствую смерть. Тогда я прервал поход, потому что почувствовал, как она приближается к моим родным. Я спешил, но ты знаешь, что я не успел. Однако мое появление было неожиданным для убийц. Они не успели замести следы, за что и поплатились. Правда не все – это я тебе уже рассказывал. С тех пор жизнь для меня закончилась. Я жил только ради мести, месть поддерживала меня. А потом перегорел. Понял, что отомстив, ничего не решу. Я бросил поиски убийц, хотя к тому времени их оставалось только двое – один тот, кто все организовал, второй просто участник. Я начал просто жить. Хотя для меня это была уже не жизнь. Я жаждал смерти, хотел ее, но не хотел ускорять ее.

Потом появился ты. Я сразу понял, что с тобой не все так просто, как кажется. А когда узнал, что ты рыцарь Ордена, понял, что помощь тебе может стать главным делом моей жизни. У меня снова может появиться интерес к жизни, я снова вспомню каково это радоваться и печалиться, каково снова научиться чувствовать».

Я на миг оторвался от чтения и невидяще уставился в окно. Буефар никогда не говорил мне, как важно для него это путешествие. А я то считал, что он как все Тевтонские бароны просто хочет подвигов. Как же я ошибался в нем! На что же годен дар рыцарского камня, если он не смог помочь мне прочитать то, что творилось в душе у Буефара? Я снова вернулся к письму.

«Потом я узнал от тебя о цели путешествия и понял, что не ошибся в важности дела, но к этому времени это для меня стало уже безразлично. Я понял, что дело не столько в твоем поиске Ключа, сколько в тебе. Сначала я относился к тебе просто как к ребенку, который волей обстоятельств вынужден стать рыцарем, и был готов в любой момент прийти на помощь. Но чем дольше продолжалось наше путешествие, тем больше я понимал, что моя помощь не очень то и нужна. Сейчас я могу признаться, что начал даже восхищаться тобой. Оставайся самим собой и ты многого добьешься, Энинг. Ты для меня стал сыном, а вся наша компании заменила мне семью, которую я потерял уже давно.

Однако Судьба распорядилась иначе. В Китиже я понял, что должен умереть. Я почувствовал приближение смерти. Я немного занимался магией и знаю, что мой дар сродни дару предсказателей, только немного другой. Я знал, что могу спастись, если поверну назад, но смерть требовала жертву. Кто-то другой тогда умер бы вместо меня, и я решил остаться. Но не вини себя. Я остался бы даже в том случае, если бы знал, что смерть должна взять только меня. Я хотел помогать тебе до последней минуты. Я не боюсь смерти.