Дикая и опасная - Кира Стрельникова

Бродин поперхнулся смехом, Тим поднял брови и с недоумением посмотрел на меня.

— С какого перепугу-то? — осторожно спросил он. — Что упустили?

— Мы до сих нор не в курсе, как Григорьев выглядит, — огорошила его. — Фотку у Базы не удосужились спросить!

— Точно, лохи, — протянул Верден и даже слегка покраснел. — Ладно, вечером попрошу прислать. И адрес Вермишелева в Москве, раз на то пошло, чтобы не забыть потом, — со вздохом добавил он, сдаваясь моей идее смотаться в Первопрестольную.

Игорь уехал, и мы остались одни. Я захватила полотенце и направилась в ванную, собираясь покайфовать часик под горячей водой, тем более что уже начался сентябрь, стало прохладно, а отопление, как всегда, еще не включили. Но на полдороге меня перехватил Тим.

— К вампирам, значит, собралась вечером? — вкрадчиво поинтересовался он, ухватив за локоть и притянув к себе спиной.

Я тут же ощетинилась, думая, что собирается отговаривать.

— Дома не останусь! — упрямо нахмурилась, напряженно замерев в его руках. — Даже не думай!

— Мм… А можно нескромный вопрос? — В его голосе появились мурлычущие нотки, и у меня как-то подозрительно ослабли коленки, а по телу разлилось знакомое томление.

— П-попробуй, — пробормотала я слегка охрипшим голосом, но уже не пыталась выбраться из объятий.

Черт. Соскучилась безумно. И, кажется, определенно знаю, о чем будет вопрос.

— У тебя уже все в порядке?.. — Его губы коснулись шеи, заставив вздрогнуть.

— Хочешь проверить? — Я все-таки высвободилась, подошла к двери в ванную и оглянулась, хитро улыбнувшись. — Или за душевное равновесие вампиров переживаешь?

— А тебе обязательно нужно объяснение моего интереса? — Светлая бровь изогнулась, и Тим шагнул ко мне. — И вообще, твоя аура лучше всяких слов дает мне правильный ответ, так что…

В следующий момент меня втолкнули в ванную и аккуратно прикрыли дверь.

— Я тебе спинку потру, не возражаешь? — Ладони Тима скользнули под футболку, погладив эту самую спинку и заставив выгнуться, а из моей груди вырвался судорожный вздох.

Ну, в качестве извинения за бессонную и нервную ночь одной спинкой не отделаешься, дорогой мой. Вместо ответа я притянула его к себе и поцеловала. И на ближайшие несколько часов вампиры, кинжалы, Григорьевы отошли на последний план, а я наслаждалась жизнью и Верденом. Извинялся он долго и со вкусом, против чего я совершенно не возражала.

Игорь вернулся под вечер с очень интересными новостями.

— Короче, — он плюхнулся на диван, — в той хате никого не было за день, и я перед уходом зашел туда, благо замок хреновенький стоит, — огорошил он известием, и пока Тим или я не выдали ему пистонов за самодеятельность, стажер продолжил: — Там такое ощущение, что кто-то все же бывает, но так, типа переночевать и поужинать-позавтракать. В ведре на кухне пустые коробки из-под «доширака», на диване в комнате одеяло и подушка, и пыль смазана кое-где. А еще, — Бродии сделал театральную паузу и довольно ухмыльнулся, и я поняла, что сейчас будет бомба, — во второй комнате следы пентаграммы примерно недельной давности. Она почти стертая, но фонит до сих пор, вбухано в нее силы немерено.

Ох, ничего себе новости. Значит, правильно я предположила, что квартира Яхонтова еще сыграет свою роль!

— Что за пентаграмма, смог определить? — Тим подался вперед, его глаза блеснули.

— Ну, по-моему, вызов духа из тонкого мира — Гарик снова помолчал. — Чьей-то души, или астрального тела, если угодно.

Я подавилась куском сыра, который под шумок точила, и вытаращилась на Бродина, недоверчиво покачав головой.

— Ёшкин кот, че за фигня?! Реально, что ли? — вырвалось у меня, сумасшедшая идея никак не хотела укладываться в голове.

— Нет, сочинил, потому что пошутить захотелось. — Гарик хмыкнул и пожал плечами. — Да, реально пентаграмма, кого-то из того мира сюда притащили. Чью-то душу.

У меня начали медленно закипать мозги, я зажмурилась и тряхнула головой.

— Интере-э-эсно… — протянул Тим, откинувшись обратно на спинку кресла. — Так-так, хрен с горы ищет Яхонтова, вампира знал пропавший Григорьев, а теперь кто-то рисует пентаграмму вызова в квартире, где мы грохнули его супружницу… — Верден замолчал задумавшись.

— Кого, Григорьева жену? — с недоумением переспросил Гарик, слегка запутавшись в размышлениях начальства.

— Яхонтова, — поправила я. — Светлану мы замочили недавно.

Посмотрела на Вердена — судя по его отсутствующему взгляду и легкой улыбке, ему пришла какая-то идея.

— Колись, — категорично заявила я.

— Не буду пока, — неожиданно ушел он от ответа. — Надо поймать того, кто шарится в хате Яхонтова, а там по результатам посмотрим, — озвучил Тим решение.

— Так… — я немного подумала. — Давайте таким образом. Сегодня сходим в Петропавловку, а завтра я смотаюсь на Грибоедова, посмотрю что к чему, — предложила свой вариант действий.

— Одна? — Верден нахмурился, а я чуть не захихикала.

Опачки, что, тоже очково за меня стало? Теперь понимаешь, почему я дергаюсь и ору на тебя, красноглазый мой?

— Можем вместе, — пожала я плечами, все же сдержав неуместное сейчас веселье. — Игорь дома останется, на связи будет, если что. Вдруг мне удастся понять, кто и что там шаманил? И чью душу неизвестный призвал?

— Почему неизвестный? — отозвался Тим. — Хрен с горы, ясно же.

— А может, Григорьев, — парировал Игорь. — Он же там последний появлялся.

— В общем, приедем, посмотрим, — подвела я итог.

Вечером Верден отправил просьбу насчет фотки и адреса Вермишелева, и мы отправились в Петропавловку. В этот раз никакой полиции, документы я перед уходом, как и обещала, проверила у Тима лично, так что на территорию мы попали беспрепятственно. Я осмотрелась и углядела прямо по курсу, в здании слева от собора, замечательное скопление рваных аур. Штук пятнадцать точно. Поежилась, непроизвольно крепче вцепившись в руку Тима.

— Нам туда, ребята, — махнула рукой в нужном направлении.

— Вижу, — Верден кивнул. — Так, не дергаться, Сонь, блок нам всем поставь, твой они вряд ли пробить смогут, — скомандовал он. — Заходим, говорить буду я, вы помалкивайте и глупостей не делайте.

Хороший план. Я так вообще спрячусь за его широкую спину и не буду отсвечивать, у меня, конечно, все уже закончилось, но… фиг его знает. От греха подальше.

Двери препятствия не представляли, но когда я доставала отмычки, руки немного тряслись. Тим еще, перед тем как зайти, нарисовал нам всем Отал, и, вспомнив, как Ольга не могла выйти из своей комнаты, я немного успокоилась. Гарик так вообще был как удав, сама безмятежность, что удивительно для новичка.

— Теперь подойти точно не смогут, — удовлетворенно кивнул Верден, и мы зашли.