Королевская кровь. Расколотый мир - Ирина Котова

– А Стена им разве не должна стать преградой? – недоуменно поинтересовалась Василина. Повернулась к Стрелковскому.

– Не могу сказать, ваше величество, – тяжело признался Игорь Иванович. – Стена действует на войска из других стран, но сказать, сработает она или нет против иномирян, никто не может. Мы надеемся, что да, но готовимся к худшему.

В образовавшейся тягостной паузе громко треснуло полено в камине. Все обернулись. Под изумленными взглядами присутствующих из камина огненной полосой выпрыгнул огнедух, обернулся большим гепардом, держащим в зубах что-то яркое, сияющее, и, урча, положил это на пол перед Марианом.

– Огооонь тебя теперь не троонет, – прогудел он. Подластился к королеве и прыгнул обратно в камин. Все это произошло так быстро, что мужчины успели только повскакивать со своих мест.

– Что это, Мариан? – с любопытством спросила Василина.

Принц-консорт поднял подарок – сияние в его руках уменьшилось, и все увидели золотой браслет с выгравированными магическими знаками. Поморщился – артефакт был еще горячим, – надел себе на запястье над брачным браслетом и, секунду поколебавшись, подошел к камину и прикоснулся к огню. Пламя обтекало его кожу, не причиняя вреда.

– Полезная вещь, – сказал Байдек, усмехнувшись. – Особенно в нынешних условиях.

Мужчины медленно рассаживались обратно.

– Правильно я понимаю, моя госпожа, – ровно проговорил Тандаджи, – что явление этого существа нормально? И не представляет для вас или кого-то еще опасности?

– Это огненный дух. Я учусь им управлять. Но прикасаться не советую, они опасны, – откликнулась королева.

– А этих духов в помощь армии никак приспособить нельзя? – тут же увидел выгоду министр обороны.

– Не знаю, – честно ответила Василина. – Господа, вы видите, я обучаюсь на ходу. Если у меня будет чем вас порадовать, я обязательно это озвучу. А сейчас давайте дослушаем ваш доклад, Геннадий Иванович.

Министр обороны кивнул, перевернул страницу:

– Тяжелой остается ситуация с нежитью, ваше величество. Если со стороны наших войск действуют команды зачистки, трупы убитых стараются сжигать, то со стороны иномирян началось массовое поднятие. С одной стороны, нам это на руку, а с другой – в тылу врага остаются сотни поселений, люди из которых не успели или не смогли убежать. Теперь, помимо того что они живут при диктатуре варваров и постоянно подвергаются риску быть угнанными в другой мир, им угрожает и нежить. Твари охотятся стаями, и их число все растет. Мы пока бессильны помочь. – Он поднял глаза от доклада и резюмировал: – В целом ситуация стабильно неутешительная, ваше величество. Мы воюем на два фронта, и нам постоянно приходится отступать.

Снова показывали кадры с мест боев: Василина сидела бледная, сжимая ручку, и только муж рядом останавливал ее от того, чтобы крикнуть: «Хватит!»

Совещание закончилось. За окном вставали вечерние сумерки. Василина отпустила подчиненных, устало откинулась на спинку кресла. Байдек погладил ее по плечу, поцеловал в висок, встав за спиной.

– Ненавижу все это, – сказала она тихо. – Я не видела детей со вчерашнего дня, я устала, хочу есть и отдохнуть. У меня голос уже сел от совещаний и советов. Я не могу больше смотреть на трупы убитых солдат, Мариан. И понимать, какая я никчемная.

– Это не так, – коротко сказал он. – Ты просто устала. Я прикажу принести кофе.

Он потянулся к телефону, чтобы вызвать секретаря.

– Нет, – Василина потянула его за рукав. Он обернулся – она смотрела с тяжелой, усталой решимостью. – Попроси, пусть срочно принесут свежей крови, Мариан.

Кровь неизвестно как, но нашли, принесли через пятнадцать минут, и королева оценила вышколенность своего секретаря – лицо ее было профессионально-равнодушным. Большую кружку поставили на стол. Василина смотрела на нее с минуту, встала, схватила и, запрокинув голову, с отчаянием начала глотать горячую плотную кровь. Байдек молча стоял рядом.

Она выпила меньше половины, отстранилась отдышаться. На глазах ее блестели слезы. Снова поднесла ко рту кружку – и тут Василину согнуло и вырвало. И рвало очень долго и очень жестко.

Секретарь за дверью, услышав первые звуки из королевского кабинета, встала и непреклонно потребовала всех ожидающих удалиться. И сама ушла, закрыв двери в приемную и приказав охранникам никого не пускать.

Потому что королева должна выглядеть в глазах подданных стойкой, хладнокровной и на все способной. А этого трудно достичь, когда из кабинета слышны звуки отчаянных рыданий, перемежаемых рвотными спазмами и успокаивающим голосом принца-консорта.